Те, кто выжил - Александр Тамоников

Николай видел, как от берега отошли резиновые лодки. Охранник Виктор смотрел на реку. Из палатки появился вице-губернатор и подошел к нему.

Горшков потер ладони. Все складывалось как нельзя лучше. Теперь надо поднять Карася и выйти к реке. Что и было сделано в течение пятнадцати минут. Браконьеры между тем снимали сети, выпутывая из них рыбу. Крупную бросали в лодки, мелочь выкидывали в воду. Мелочь мертвой серебристой полосой пошла вниз по течению. Все это фиксировал на камеру Рудин. Наконец браконьеры закончили «работу» и направили лодки к берегу. Горшков обратился к своим односельчанам:

— Так, мужики! Близится финальный этап нашей акции. С этой минуты каждый из вас действует только по моей команде. Ты, Тихон, продолжаешь снимать происходящее на камеру. Ты, Карась, лежишь рядом с Тихонком мышью. Ну а я пошел. Настало время моего выхода.

Не отрываясь от видеокамеры, Рудин спросил:

— Один-то справишься? Может, отдать аппаратуру Карасю и пойти с тобой?

Николай запретил:

— Нет! Все должно быть законно. А закон здесь представляю только я. Нельзя давать повода вице-губернатору впоследствии даже упрекнуть нас в противоправных действиях. Да и один я сделаю все, что нужно. Вы ждите моей команды. Пошел я.

Николай пробрался сквозь кусты и вышел на поляну в момент, когда браконьеры вытаскивали лодки носами на берег. Вышел, зайдя третьему охраннику со спины.

— Внимание, милиция! Всем оставаться на своих местах!

Никто не ожидал ничего подобного. Но охрана вице-губернатора была подготовлена неплохо. По крайней мере, Витек пришел в себя быстро. Не дожидаясь реакции шефа, резко развернувшись, он вскинул помповик, направив его ствол на Горшкова. И несомненно выстрелил бы. Но Николай, находившийся рядом, ударом ноги выбил из его рук оружие и тут же нанес охраннику второй удар. Кулаком в нос. Удар коварный, вызывающий сильную боль и обильное кровотечение. Витек, схватившись обеими руками за физиономию, упал на мокрую траву. Николай же, закинув ружье охранника в кусты, выхватил пистолет, снял его с предохранителя, передернул затвор, поднял ствол вверх и сделал предупредительный выстрел, который заставил вздрогнуть браконьеров, крикнув:

— Еще один выпад в целях оказания сопротивления сотруднику милиции при исполнении им служебных обязанностей, и я буду вынужден применить оружие на поражение! Повторяю, всем оставаться на своих местах! Рыбакам два шага от лодок и лапы на затылок!

Оправился от неожиданности и вице-губернатор:

— Послушай, милиционер, ты знаешь, кто я?

— Знаю! По должности, заместитель главы областной администрации господин Комаров Вениамин Александрович, по факту обычный браконьер! Точнее, лицо, руководящее незаконным ловом рыбы!

Вице-губернатор злобно усмехнулся:

— Какой осведомленный страж порядка попался?! И неумный к тому же. Да, я отдыхаю здесь. В сопровождении охраны. О каком браконьерстве ты ведешь речь, лейтенант? Хотя ты уже, по сути, не лейтенант и не представитель правоохранительных органов. Я сейчас сделаю всего один звонок начальнику областного УВД, и приказ о твоем увольнении будет оформлен мгновенно. Но вернемся к браконьерству. Пожалуй, поговорю с тобой, чудиком несмышленым, у меня с утра хорошее настроение.

На этот раз усмехнулся Горшков:

— Еще бы оно было плохое! После шашлычка, спиртного, любовных утех с девицей, чей возраст, кстати, мы проверим чуть позже.

Вице-губернатор буквально взревел:

— Что? Да как ты, сопляк, смеешь таким образом разговаривать со мной, вторым человеком области! Совсем крышу на службе снесло? А ну, документы предъяви, чтобы я знал, кого гнать из милиции поганой метлой!

Горшков свободной рукой извлек удостоверение и, подойдя к чиновнику, развернул его:

— Лейтенант Горшков Николай Иванович, участковый оперуполномоченный деревни Семенихи Кантарского района.

Фамилия Горшкова что-то отдаленно напомнила чиновнику, но вот что именно, он вспомнить в данной ситуации не мог. Комарову помог сам Николай:

— Не напрягайте извилины, Вениамин Александрович. Я тот самый Горшков, которого три с половиной года назад принимал в Белом доме Переславля бывший губернатор и поздравлял с присвоением звания Героя России. Вы тогда при нем обретались!

Комаров вспомнил. Торжественный прием Героя России Николая Горшкова, одного из немногих выживших бойцов легендарной, прославившейся на всю страну пятой роты N-ского полка. Комаров же и организовал тот прием. И цветы губернатору подавал для вручения. От этого воспоминания дрожь пробежала по телу. Он прекрасно понял, что ничего не сможет сделать против участкового. Но и повиноваться требованиям лейтенанта не собирался, осознавая, ЧЕМ для него может закончиться данный инцидент. Действующий губернатор — человек крутой, в прошлом командующий армией, генерал. Он не знал о том, как отдыхает его первый заместитель. Узнает — конец. Не то что выгонит из администрации, а и под суд спокойно отдать может. И дружеские отношения Комарова с начальником УВД и прокурором области не помогут. Слишком известен этот, непонятно откуда свалившийся на голову Горшков и бескомпромиссен губернатор. Последний, по-армейски, решения принимает быстро, и Кремль его поддерживает. А посему следовало замять конфликт на месте. Для этого уничтожить улики. Лучшего Комаров не придумал. Он обернулся к охранникам, стоявшим в метре от лодок:

— Чего, придурки, застыли? Быстро затопить лодки!

Браконьеры было дернулись исполнять приказ шефа, но Николай предупредил:

— Ни с места, буду стрелять!

Вице-губернатор заорал:

— Делать, что я сказал, не будет он стрелять! Не тот случай!

Дмитрий и Евгений бросились к лодкам.

Горшков поднял пистолет и выстрелил.

Пуля ударила в землю перед правым охранником. Браконьеры, словно споткнувшись, рухнули на траву.

Николай взглянул на Комарова:

— Я же сказал, что буду стрелять! Зачем подставляете своих людей? Хотя… хотя, черт с вами, топите лодки вместе с сетями и рыбой. Все равно с момента вашего прибытия сюда и по настоящее время ведется съемка всего, что происходило и происходит на поляне и реке. Топите, тем самым вы усугубите положение и увеличите ущерб, нанесенный природе!

Комаров побледнел:

— Какая съемка?

Николай проигнорировал вопрос вице-губернатора.

— Так будете топить лодки? Или передумали?