Талисман десанта - Сергей Зверев

Тихий выстрел «эсвэдэшки» и красивый стрекот «калашникова» раздались почти одновременно. «Левый» тут же навсегда замер, уронив голову на приклад автомата, а «правый» с прошитым остроконечными пулями предплечьем и шеей сделал вялую попытку отползти за камень.

Новая боевая единица, которая, к удивлению боевиков, обнаружилась у десантников, конечно же, не прибавила им храбрости. Казалось, они вообще перестали предпринимать какие бы то ни было попытки активных действий.

Несмотря на количественное превосходство талибов, ситуация у русских десантников была не такой уж безнадежной. Грамотно построенный бой давал им шансы на выживание. По задумке старлея, вначале Краснощеков занимает высоту над ущельем и гротом, а потом к нему присоединяется и сам старлей. Вдвоем они держат круговую оборону и прикрывают старшину, который, меняя дислокацию, выводит из строя как можно больше противников. И даже если к темноте они вдруг окажутся на высоте в полном окружении, к тому времени на выручку уже подоспеют Батяня со Столяровым. А боевики, не ожидая удара в спину, могут и не выдержать. Оставалось прояснить ситуацию с Ивановым.

– Василий, – старший лейтенант нарушил тишину радиоэфира, – ты меня слышишь? – громко говорил он в рацию.

– Да, прием, – послышался ответ.

– Бросай все к чертям и быстро отходи ущельем в сторону селения. Мы будем стрелять у тебя над головой, ни одна сука не высунется. Найдешь Лаврова со Столяровым – и возвращайтесь с подарками для душманов. Понял?

– Так точно, – ответил тот.

В эту же секунду в ущелье и в рации Иванова раздался оглушительный взрыв.

– Василий! Вася! – крикнул Митягин.

Рация прапорщика замолкла.

Митягин не успел еще осознать, что Иванов убит, как над его головой затрещал «калашников» Краснощекова.

– Виктор, что там у тебя? – надрывая глотку, заорал старлей.

– Восемь уродов! Бегут и стреляют в мою сторону, – услышал он ответ, который перебила новая автоматная очередь. – У одного «РПГ». Сейчас я их уложу из подствольника…

– Действуй! Я сейчас. Тимур, ты тут, – обратился старлей к старшине, – смотри в оба, а я наверх к Виктору.

Митягин понимал, что боевики могут опередить его, и, насколько мог быстро, начал подниматься на помощь прапорщику Краснощекову, автомат которого уже стрелял, не смолкая.

Через секунду вверху раздался оглушающий взрыв. В лицо старшему лейтенанту Митягину полетел песок, мелкие камни и окровавленные обрывки камуфляжа прапорщика Виктора Краснощекова.

– Русский, бросай оружие, быстро! Надо поговорить! – крикнули вверху на ломаном русском языке.

Над скальным ущельем на мгновение появилось ухмыляющееся лицо круглолицего боевика. Вдруг он схватился за правый глаз и нагнулся. Сквозь пальцы просочились красные капли. Боевик упал, поджав ноги.

– Митягин, назад! – Внизу, на скальном выступе перед гротом стоял старшина Билялетдинов. Ствол его «снайперки» дымился, он стрелял с руки, не целясь.

В воздухе промелькнула связка гранат, похожая на авоську бутылок. Потом еще одна. Скальный выступ перед гротом разбило мощным взрывом. Потолок грота обрушился, а сам выступ, отколовшись от скалы, полетел вниз, словно каменный балкон сорвался с ветхого дома.

– Билялетдинов… – только и успел выдохнуть Митягин.

Взрывная волна выкинула его на каменный гребень. Из-за контузии в голове зазвенело, а перед глазами поплыли красные круги.

Старшему лейтенанту Митягину помогли подняться – сильные руки начали хватать его за плечи, он вырывался, а его держали. Внезапно русский десантник вызволил одну руку, нащупал на поясе «лимонку» и поднял над собой.

Талибы мигом бросились врассыпную. Махмуд схватил за ворот Карима и толкнул перед собой навстречу хлопку и волне осколков…

* * *

Солнце уже стало краснеть. Розовый оттенок приобрели перистые облака. Примерно через полчаса начнет смеркаться.

Батяня, Столяров и их проводник подъехали на лошадях к ущелью, которое ломаными линиями скал бежало на восток. Внезапно вдалеке раздался хлопок. Потом сразу два одновременно, а затем с некоторой задержкой еще один, но уже более слабый.

– Гранаты? – спросил Батяня.

– Похоже, – ответил Столяров.

Зульфакар, ехавший впереди, весь ссутулился, его лошадь вообще начала плестись.

– Значит, так, – сказал Батяня, соскакивая со своей лошади. – Мы пешком идем вперед – на разведку, а ты, – обратился он к проводнику на его языке, – берешь лошадей и потихоньку идешь за нами.

И по-русски добавил:

– Чтобы без фокусов. Понял?

Зульфакар уловил интонацию Батяни и кивнул головой.

Майор Лавров и капитан Столяров, соблюдая предельную осторожность, быстро двигались в сторону, откуда были слышны хлопки. Автоматы на ремне, наизготове. В любую минуту они могли открыть огонь по появившемуся противнику.

– Стоп! – Батяня поднял левую руку.

Возле каменного возвышения сидел бородатый талиб. Кровавыми ладонями он поддерживал разорванный живот. Боевик стонал, но был еще в сознании. Недалеко от него лежали трупы других боевиков.

– Что здесь произошло? – спросил Батяня по-пуштунски.

– Русские солдаты, – у боевика вздрагивали запекшиеся от крови губы. Он говорил с каждым словом все медленнее.

– Сколько?

– Четыре.

– Кто-нибудь из них живой? – Батяня со злостью тряханул боевика за плечи.

– Нет. Один из них был шахидом.

– Сам ты, сука, шахид, – Батяня наставил на него автомат.

– Я – нет, – прохрипел талиб. В глотке у него заклокотало. Он содрогнулся всем телом и замер.

Лучи заходящего солнца почти перестали проникать в ущелье. Батяня и Столяров окинули взглядом место недавнего боя. Профессионалам не составило труда восстановить картину произошедшего.

– Жалко ребят. Мужики. У них почти все получилось… – У майора Лаврова перед глазами встали лица всех четверых. Он вспомнил, как сам их отбирал, как они вместе проходили подготовку. – Они дорого, очень дорого отдали свои жизни.

– Если б не этот урод, мы б успели, – в сердцах произнес капитан Столяров.

– А где он?

Батяня и Столяров обернулись – проводника нигде не было.

Они спешно повернули назад.

– Вон он, – крикнул Столяров.

– Где?

– Спустился с лошадями в ущелье.

Батяня и Столяров побежали по краю, срезали поворот.

– Зульфакар, стоять! – крикнул Батяня со склона. – Еще шаг, и я стреляю!

Не спуская с прицела проводника, майор спустился в ущелье. За ним последовал и капитан Столяров.