Зловещий миттельшпиль - RedDetonator

Теория о том, что аномалии притаскивают к нам людей и вещи из параллельных миров, нашла ещё одно железобетонное подтверждение. И люди из других миров, после смерти, попадают в наше царство мёртвых. Ну, а куда им ещё?

— А ты чего забыл здесь, Дмитрий? — без особого интереса спросил Алексей.

— Друга хочу найти и вернуть, — вздыхаю я. — Не видел такого? В камуфляжной форме, отдалённо похожей на твою, а ещё у него маска есть, вроде моей.

— Из царства мёртвых возврату нет, — уверенно заявил Алексей. — Ты бы возвращался, нечего тебе здесь делать.

— Откуда знаешь? — спросил я.

— Чувствую, что назад уже не вернуться, — вздохнул Алексей. — И любого тут спроси, так же ответит.

— А если бы было можно? — задал я вопрос.

— Неохота, — покачал головой Алексей. — Отмучился уже, а теперь можно и отдохнуть. Наконец-то.

— Тебя не смущает, что тут река Стикс и Харон? — спросил я.

— Это неважно, — покачал головой погибший солдат. — У каждого свой рай и свой ад.

— Так не видел?

— Нет, не видел, — ответил Алексей. — За сигареты, пусть и американские, спасибо, но ты бы шёл отсюда.

— Ясно, — кивнул я. — А девушку в странном одеянии?

Парень отрицательно мотнул головой, после чего потерял ко мне всякий интерес. Я огляделся, чтобы найти какого-нибудь более полезного собеседника.

Он говорил что-то об американцах…

Нахожу взглядом дядю в домашнем халате и иду к нему. А вот за ним, действительно, сидела группа одетых в военную форму мужчин. Видок они имели потрёпанный, видно, что были ранения, если судить по окровавленным перевязкам у некоторых, но сейчас их раны не беспокоили. Они сидели на камнях и смотрели в сторону врат.

— Не помешаю? — спросил я, подходя к ним.

— Мёртвым уже не помешать, — повернул ко мне голову один из американцев.

У него голова перемотана окровавленным бинтом, левая рука тоже, а одежда в каменной пыли. Чёрные «пожарные» усы местами подпалены, как и китель со штанами.

— Американцы? — спросил я.

— Ага, — ответил рыжеволосый парень в тяжёлом бронежилете. — Ты не похож на мёртвого. Чего забыл тут?

— Друга ищу, — сказал я, а затем достал сигареты. — Курите?

— Спрашивать даже не надо, — усмехнулся усатый. — Зови меня Клайдом.

— Артур, — назвался рыжий.

— Дмитрий, — представился я.

Американцы разобрали сигареты и с удовольствием закурили. Радостей у мертвецов немного…

— А чего это у тебя за марка? — удивился рыжеволосый. — «Лаки Страйк»? Никогда не слышал.

— Это не из вашего мира, — объяснил я.

— А, тогда ясно, — хмыкнул рыжий. — Так что за друг?

— Звать его Ильёй, — ответил я. — В военной форме, а ещё у него есть маска, почти как у меня.

Американцы переглянулись.

— Нет, не видели такого, — сказал Клайд. — Ты бы стареньких поспрашивал или «идейных».

— «Идейных»? — спросил я недоуменно.

— Эти подальше от реки сидят, — ответил на это Клайд. — Не хотят на ту сторону. Они тут давно…

— Как их найти? — спросил я.

— Те, кто останется, когда Харон приедет, — сообщил мне американец. — Вот с ними и говори о своём друге. Но, думаю, он уже на той стороне, так что…

— А девушку в странной одежде? — решил я осведомиться о Ани.

— Тут полно таких, — грустно усмехнулся рыжеволосый. — Вон та, например.

Он указал на девушку в ярко-красном зимнем комбинезоне и меховой шапке. Судя по остаткам экипировки, она погибла где-то в ледяных горах. Для них она, может, выглядит странно, но одежда у неё в пределах норм XXI века.

— Правда, что вы коммунисты? — спросил я у Клайда.

— Правда, — ответил тот. — Тебе русский сказал? Ругал нас, небось?

— Да не особо, — покачал я головой. — Как так вообще получилось, что в Америке коммунисты к власти пришли?

— Революция 1910 года… — с гордой улыбкой сообщил Клайд. — Свергли промышленников, казнили их президента-марионетку, заводы рабочим, землю крестьянам, а затем начали строить социализм, в точности по заветам товарища Архипова…

— Какого товарища Архипова? — спросил я.

— Величайшего идеолога марксизма-архипизма! — возмутился рыжеволосый.

— Впервые слышу, — признался я.

— Это потому, что ты неуч, — припечатал рыжеволосый. — Это знать надо!

— В моём мире коммунистическая революция случилась в России… — посчитал нужным сообщить я им.

Американцы переглянулись, а затем одновременно заржали, как кони.

— Чего смешного я сказал? — не понял я.

— В России?! Ха-ха! — утирая слезу, спросил Клайд. — А чего сразу не в Китае?! Ха-ха-ха!

— Ну, вообще-то… — начал я.

— В Российской империи, цитадели империализма, революция невозможна, — посерьёзнел вдруг Клайд. — Там самый реакционный режим, злостно эксплуатирующий рабочих и крестьян, а также раскинувший свои болезнетворные щупальца на Европу и Африку. И Китайская империя не лучше.

— У вас там всё настолько вверх ногами? — задумчиво спросил я.

— Наши братья в Китайской империи чуть не свергли слабосильного Сюнь-ди, но русские ввели войска… — с видимым сожалением произнёс Клайд. — Интервенты одолели революционную армию, а затем Охранка за четыре года физически уничтожила всех коммунистов и им сочувствующих. Эх, Сунь Ятсену чуть-чуть не хватило до победы… Так бы мы были не одни…

— Когда Харон прибудет? — спросил я.

— А мы откуда знаем? — усмехнулся Клайд. — Лично я умираю впервые.

Значит, остаётся только ждать.

Достаю из подсумка пенал с сигарами, приготавливаю и подкуриваю одну из них, сажусь на камень у берега и задумчиво закуриваю.

М-да… Параллельные миры — это безумие. Революция в США, которые не США, Российская империя, берущая штурмом Вашингтон — я ещё думал, что это у нас весь мир сошёл с ума…

Издалека, из каменных равнин, приходят новые люди. Они не рассматривают остальных, лишь бросают на меня неопределённые взгляды, после чего рассаживаются или разваливаются на камнях. Никто не разговаривает, всем всё равно — они здесь, чтобы дождаться рейса через Стикс.

Наконец, в бурных водах появилась здоровенная лодка с костлявым лодырем, одетым в просторный плащ с капюшоном. Он орудовал длинным шестом, с помощью которого толкал лодку — это действо было явно против законов физики, ведь течение было слишком сильным, чтобы удержать лодку на курсе с помощью какой-то палки.

Мертвецы синхронно встали с насиженных мест и без особой спешки устремились к столбу, к которому Харон пришвартовал свою лодку.

Я оглядел берег и увидел где-то два десятка мертвецов, которые не стали вставать. Можно и с ними пообщаться, но какой в этом смысл? Мне всё равно надо на тот берег, а там я уже всё проясню.

Надеваю маску и иду за остальными мертвецами.

Они вытаскивали из-под языков золотые монеты и передавали Харону плату за проезд. Я был в конце очереди, поэтому присутствовал небольшой риск не попасть на этот рейс.