Аномалия - Сергей Самаров

Джон Джонс оказался уже не молодым человеком, что как-то не вязалось с его спортивной машиной и не менее спортивной манерой езды. Впрочем, он и сам смотрелся человеком спортивным, энергичным и уверенным в себе, в движениях был стремителен и при этом полностью раскован, словно бы расслаблен. Носил ковбойскую шляпу и короткие ковбойские сапоги на высоком каблуке. Правда, обходился при этом без шпор, что и понятно, поскольку пришпоривать «Порше» удобнее было простой подошвой. И выглядел вовсе не таким незаметным, каким должен быть, по мнению Кошарски, агент ЦРУ и вообще агент любой разведывательной службы мира. Но Кошарски в данном случае мыслил сложившимися стереотипами, понимал это и старался избавиться от общепринятых понятий, как всегда старался избавиться от них в науке.

После короткого представления Фил показал рукой на свободное кресло и сам сел за рабочий стол:

– Я слушаю вас. Мы вчера как-то не обговорили цель вашего визита…

– Цель моего визита такова, что обговаривать ее в телефонном разговоре не рекомендуется. Да это, практически, и невозможно сделать. – Джонс положил на колени алюминиевый кейс, принесенный с собой, раскрыл и выложил на стол перед Кошарски несколько листков принтерной распечатки. – Поинтересуйтесь вот этим…

И не забыл уже на поверхности стола перевернуть листы так, чтобы профессор смог читать.

Кошарски достал очки, придвинул распечатку ближе к себе и, начиная с первых строк, уже задержал дыхание.

– Что это такое? – спросил, прочитав первые полстраницы.

– Вы меня спрашиваете? – вопросом на вопрос ответил Джон Джонс. – Я хотел бы вас спросить, насколько это интересно для вас и для вашего проекта.

– Для моего проекта, если считать это новым материалом, не интересно, поскольку наша установка работает именно по данному принципу. Изначально я даже подумал, что это просто утилитарное описание принципа работы моей установки. Только потом увидел некоторую принципиальную разницу.

– Так вы не видите здесь ничего для себя полезного? – старший агент Джон Джонс слегка удивился.

– По сути дела, это уже пройденный моей лабораторией этап. Пройденный за много лет, тем не менее уже оставшийся за плечами. Если бы эти материалы попали к нам, скажем, в конце прошлого века, они помогли бы нам существенно. Скажу даже больше: они позволили бы нам тогда уже совершить скачок во времени-пространстве. Сейчас, скорее всего, они только дублируют то, что мы сами наработали. А что это такое вообще?

– Это часть материалов Института физических проблем, что были когда-то вывезены из Советского Союза.

– Да, часть тех материалов нам в руки попала, – согласился Кошарски. – К сожалению, в них не хватало многих ключевых моментов.

– Это еще одна часть, – подтвердил Джонс.

– А почему она сразу к нам не попала? – не понял профессор.

– Потому что была похищена частными лицами, покидающими лабораторию по принципу крыс, бегущих с тонущего корабля. Но вы дочитайте до конца. Может быть, в дальнейшем будет что-то более интересное. Или вы огульно считаете весь материал вчерашним днем?

– Да-да, конечно, – согласился Кошарски. – Я прочитаю. Мне интересно, как они справились с задачей, которую мы долго не могли осилить.

Материал был небольшим и чисто описательным. По сути дела, это было изложение, предназначенное для общего ознакомления с темой. Но делал изложение, видимо, человек грамотный, хотя и не полностью владеющий англоязычной терминологией. Прочитав все до последней строчки, Фил Кошарски снял очки. И посмотрел долгим и внимательным взглядом на старшего агента ЦРУ, словно ожидая от того продолжения. Джон Джонс игру взглядов продолжить не пожелал и спросил напрямую, словно куда-то торопился:

– И что скажете?

– Скажу, что это есть не что иное, как рекламный проспект. Но никак не научный материал. Да, принципы излагаются верные, хотя не дается практических намеков на их применение. Но мы в своих лабораториях давно уже самостоятельно пришли к тем же выводам. И, более того, знаем, как применить теорию на практике. И даже применяем в работающем сейчас в испытательном режиме проекте «Жара». Слышали?

– Слышал. Именно потому я к вам и приехал.

– Вот. Единственный интересный момент в этом рекламном проспекте – он только называется, но никак не расшифровывается, хотя это и есть момент ключевой. Мы с горем пополам прошли эту стадию. Не могу сказать, что меня лично устраивает уровень, на котором мы его прошли, потому что вижу, что есть уровни несравненно более высокие. А вот на каком работают наши конкуренты – авторы этого рекламного проспекта, я сказать не смогу, пока не увижу настоящих материалов.

Джон Джонс думал недолго:

– Вы, мистер Кошарски, правильно уловили основной момент. Это и есть рекламный проспект. Человек, который располагает всей документацией на производство оружия, разработанного в Советском Союзе более 30 лет назад, желает провести аукцион и продать свои материалы. Он и раньше пытался это сделать, но слишком много запрашивал. Тогда, правда, без аукциона, напрямую. Сейчас поумнел, стал гибче…

– Сколько он просил? – лениво поинтересовался Кошарски.

– Миллиард долларов.

– Это почти скромно, – чуть-чуть подумав, сказал профессор.

– Вы так считаете? – Джон Джонс в удивлении поднял брови.

– Конечно. Сколько миллиардов было потрачено на систему ХААРП за все время осуществления проекта? Очень много, и будет еще потрачено гораздо больше. А эта установка, которая здесь рекламируется, способна заменить все антенные поля и не требует дополнительных трат на содержание. Но сделает, по большому счету, своего обладателя властелином мира.

– Это, может быть, сказано слишком громко, но условно я попробую согласиться.

– А сколько он надеется выручить с аукциона?

– Стартовая цена полмиллиарда. А дальше, он мечтает, обойдется без лимита. Наивный, одним словом, человек. Но, может быть, что-то у него получится. Вы, кажется, сделали такую же установку? – спросил вдруг Джонс.

– К сожалению… К сожалению, мы не смогли решить вопрос с передачей энергии в нужных количествах. Да, мы решили проблему минимизации энергозатрат, но не сумели создать то, что в предлагаемом проспекте именуется «контейнером». Если они решили эту проблему, сила у них в руках. Хотя мне верится с трудом, что 30 лет назад, не имея современных суперкомпьютеров, кто-то мог просчитать такую задачу.

– Эту задачу с карандашом в руках просчитывали два физика – Ландау и Капица. Слышали про таких?

– Плохо верится… – стоял на своем Кошарски. – Но отрицать не буду, потому что материалов не видел.

– Вот я и предлагаю вам съездить со мной на место и посмотреть. Человек, который продает материалы, не имея никакой собственной базы и условий, все же сделал минимизированную копию советской установки «Гранит». И будет демонстрировать ее возможности. Мне нужен специалист в попутчики, чтобы определить стоимость и целесообразность такой покупки.