Воздушные головорезы - Александр Афанасьев

То, что мы называем ваххабизмом, куда правильнее было бы именовать кутбизмом. Деятельность самых агрессивных исламских групп основывается на творческом наследии Саида Кутба. Именно он впервые заявил, что мусульманин, который не присоединяется к их движению, хуже неверного и его надо убить.

Ладно, все это теория. А на практике каждый четвертый египтянин живет меньше чем на два доллара в день. При этом видит, как развлекаются кафиры, богатые туристы, знает, что все эти шикарные отели на берегу Нила – они не для него. Он туда не зайдет никогда.

Так что личностей, желающих претворить теорию в жизнь в Египте, более чем достаточно.

Муса стоял в очереди на регистрацию и смотрел строго перед собой. Он не оглядывался и не проверял, чем заняты другие члены группы. Те люди, которые учили его, рассказывали о методах определения террористов в аэропорту, разработанных в Израиле, и он запомнил эти уроки.

Нельзя постоянно искать взглядом своих товарищей, но категорически не стоит и тупо пялиться перед собой. Иначе специально обученные люди подумают, что у тебя взрывное устройство. Надо выглядеть естественно.

Он был одет прилично и чистенько, как и положено европейскому студенту, может быть, даже чуть перестарался с этим. На нос парень нацепил очки с простыми стеклами, прическу сделал европейскую, в нормальной, то есть дорогой парикмахерской.

Ему выдали на это деньги. В его районе никто бы и не подумал идти в такое заведение. Все тамошние жители брились и стриглись у дяди Хасана. Тот принимал клиентов в старенькой парикмахерской, расположенной на первом этаже старого глинобитного дома. На втором он жил. Точно так же делали его дед и отец.

Жизнь шла подобным образом с незапамятных времен. Несколько поколений рождались и умирали на одном и том же месте. Люди стриглись у одного человека, финики и лепешки покупали у другого.

Но для того, что должен был сделать Муса, требовалась европейская прическа.

То, как его встретили в парикмахерской, лишь убедило молодого человека в правильности того, что они задумали. Он был хорошо, вполне прилично одет, но они как-то поняли, что перед ними бедняк и сын бедняка. Надо было видеть это молчаливое презрение, которому здешний персонал научился от англичан.

Нет, все правильно. Кафиры не несут в этот мир ничего хорошего, и джихад, то есть священная война, является обязательным делом. Парень сделал свой выбор.

– Простите…

Он тупо посмотрел на девушку в форме, сидящую перед ним.

– Ваш билет.

Он протянул лист бумаги с распечаткой из Интернета.

– Добро пожаловать, мистер Хассан. Вас пригласят на посадку, а пока вы можете отдохнуть.

Проходя в зону отлета, Муса краем глаза увидел Ису, стоящего в другой очереди.

Главными пассажирами на рейсе были, конечно же, русские. С тех пор как им снова разрешили летать в Египет, от них прохода не было. Множество толстых краснолицых мужиков! Почти все они сразу же, как только прошли таможенный контроль, ринулись к дьюти-фри, покупать харам, запретное. Омерзительные, толстомясые тетки, кричащие дети!

Когда русские снова начали прилетать в Египет, отец Мусы благодарил за это Всевышнего, говорил, что теперь все наладится и они смогут выучить сестру. О, Аллах, как люди могут быть такими слепыми?! Русские не принесли в Египет ничего, кроме грязи и разврата, шальных денег и доступных женщин. А сестру – не надо учить. Женщине нечего забивать себе голову всякой премудростью. Она должна выйти замуж и рожать детей.

Муса помнил, как работал аниматором в отеле. Он до сих пор с содроганием вспоминал ту похотливую тетку, которая не давала ему прохода буквально каждый день. Ее муж в это время набирался дешевого египетского джина.

«О, Аллах, поистине, я прибегаю к Твоей защите от мучений ада и мучений могилы», – говорил пророк.

В поле зрения Мусы оказался Иса. Он тоже успешно прошел контроль. Впрочем, иначе и быть не могло. Ни один из них ранее не арестовывался. У молодых людей при себе не было оружия.

До Москвы ходил большой «Эрбас А330». Все их места были у проходов, в экономическом классе. В самолете находились шесть человек, для которых заветы Аллаха оказались дороже всех богатств этой жизни. Муса знал только Ису. Они готовились к работе тремя парами. Так намного безопаснее.

Единственным их общим моментом, не считая пламенной веры, были часы. У всех одинаковые. На каждых с точностью до секунды было выставлено время начала действия. Как только самолет закончит набор высоты и ляжет на курс, они с именем Аллаха, милостивого и милосердного, начнут действовать.

Время пришло. Часы на руке Мусы пропищали три раза. Он встал, контролируя выражение своего лица, пошел к туалету, по пути обогнал стюардессу.

Заведение было занято. Муса с отчаянием посмотрел на дверь, был готов стучать, но тут створка открылась. Вышел русский. От него пахло табаком и алкоголем, короче, запретным. Он толкнул Мусу плечом и пошел на свое место.

Парень зашел в туалет и запер дверь. От русского здесь остался тот же омерзительный дух, смешавшийся с запахом фекалий. Стараясь не дышать, Муса поднялся на цыпочки.

Да, здесь. Вот оно.

Пистолет «глок-17», два магазина к нему. Один он вставил в рукоятку и передернул затвор. С именем Аллаха!

В дверь постучали.

Муса попросил Аллаха о помощи, отпер дверь и вышел. Перед ним стоял тот самый русский, который только что тут был.

– Борсетку забыл, – сказал он.

Молодой человек, разумеется, ничего не понял и посторонился, чтобы пропустить его.

Он пошел в салон, но тут за его спиной раздался крик:

– Эй, ты борсетку не видел?

Муса продолжал идти.

– Стой!

– Витя!.. – сказала женщина, поднявшаяся со своего места.

Наверное, это была жена русского.

– Он борсетку мою забрал.

– Витя, сядь!

Раздраженный русский подошел к нему:

– Где моя борсетка?

– Простите? – сказал Муса по-английски.

– Что, по-русски не спикаешь, да? Борсетка где?

– Простите, я не понимаю.

Жена пыталась его увести, но русский сопротивлялся. Он настырно шел к огню, назначенному ему Аллахом.

– А чего это за пазухой у тебя? – Русский сделал движение рукой.

Бах!

Выстрел встряхнул руку парня. Русский, несмотря на тяжелое ранение, пока стоял.

– Ты чего?.. – недоуменно сказал он и начал валиться на бок.

Истерически закричала жена.

Иса вскочил со своего места.

– Аллаху акбар! – с искаженным лицом заорал он.