Кровавые жернова - Андрей Воронин

Солнце, пробивавшееся сквозь желтую шторку узкого окна под самым потолком, засыпало стену над кроватью золотыми пятнами. Застрекотал вентилятор.

Присев на корточки, Антон достал из холодильника покрытые конденсатом банки с напитком. Здесь было уютно и просторно. Ничего лишнего. Кровать, два стула, круглый летний столик и душевая кабинка, отгороженная прозрачной занавеской. Хлопнула дверь, щелкнул врезной замок.

Марина, стоя в тамбуре, потянулась, коснувшись низкого потолка кончиками пальцев.

– День сегодня чудесный.

Полуянов поставил жестяные банки на стол и обнял женщину.

– У Тебя руки холодные, – выскользнула из объятий Марина. – Пока не согреешь, не прикасайся. – Она привычно щелкнула выключателем подогрева воды в душе и опустилась на кровать.

Антон нетерпеливо целовал ее, Марина уклонялась, задерживала его руки, но ее тело уже чувственно изгибалось, вздрагивало. Женщину заводила видимость борьбы. Она порывисто прижала мужчину к себе и замерла, ожидая продолжения. Путаясь в застежках, пряжках и рукавах, Полуянов раздевал ее и себя. Марина на время стала неподвижной. Антон обращался с ней как с куклой, неспособной пошевелиться самостоятельно. Голова женщины безвольно моталась. И только кончик острого языка скользил по ярко-вишневым губам.

– Ты слышишь? Слышишь меня? – шептал Полуянов в изящную раковину женского уха.

Марина приоткрыла глаза.

– А ты как думаешь? – губы разомкнулись и тут же сомкнулись.

– Мне кажется, ты не слышишь, не чувствуешь меня. Ты где-то далеко. Может быть, даже не со мной, – сбивчиво шептал мужчина.

– Сделай так, чтобы я вернулась, – улыбка появилась и застыла.

Полуянов скользил руками по обнаженному телу, нежной шелковистой коже. Бережно сжимая пальцы, прикасался губами то к шее, то к плечу, припадал лицом к пышным волосам и вдыхал их запах. Чуть различимый аромат духов волновал, заставлял дышать глубже и чаще. Антон с трудом сдерживал себя. Ему хотелось наброситься на женщину, не думая о том, что чувствует она, больно ей, приятно или отвратительно. И тут он ощутил, что тело Марины отозвалось. Именно тело, а не она сама! Пальцы дрогнули, впились ногтями в плечи мужчины. Губы, до этого твердые и неподвижные, размякли, согрелись. Женщина обвила его ногами и задрожала.

«Только бы не повернуться к ней спиной», – напряженно думал Антон.

Внезапно Марина выскользнула из-под него, повалила на спину. Теперь уже она всецело управляла тем, что происходило на кровати. И от Полуянова мало что зависело. Ему оставалось только лежать и прислушиваться к собственным ощущениям, каждая его попытка двинуться мгновенно пресекалась. Марина не сдерживала себя ни в чем. И в то же время в глазах ее читался стыд за то, что она вытворяет.

– Лежи, лежи… – приговаривала она, прикрывая глаза Антона рукой. – Я не хочу, чтобы ты смотрел сейчас на меня. Мне стыдно. Стыдно, что я с тобой, стыдно, что не могу сдержаться.

Антон даже пропустил момент, когда Марина остановилась, она протяжно вздохнула и соскользнула с него, легла рядом. Отвернулась к стене. Он гладил ее плечо. Ему показалось, что женщина плачет, плечи ее беззвучно вздрагивали, но когда Антон заглянул Марине в глаза, то понял, что она смеется.

– Что с тобой?

– Я удивляюсь. Удивляюсь себе, – Марина села, прикрылась простыней до пояса, – никогда не думала, что мне будет хорошо с тобой.

– Мы еще мало знаем друг друга. Помнишь, как мы увиделись впервые?

– Это было, – задумалась женщина, – очень, очень давно. Сергей привел меня на лекцию в ваш институт. Тебя я тогда не запомнила. Лица не разглядела. Ты сидел ко мне спиной. В синем пиджаке. Пиджак помню, тебя нет. Сергей мне до этого много говорил о своих друзьях.

– А когда ты рассмотрела меня?

– На своей свадьбе, когда ты пригласил меня танцевать. Помнишь? – Марина запрокинула голову.

«Какая у нее длинная шея, – в который раз восхитился Антон. – Кажется, я оставил след от поцелуя. В следующий раз нужно быть осторожнее».

– Сергей быстро опьянел, жених называется, и я на него обиделась. Он сидел и тупо смотрел в тарелку. А я пошла танцевать, хотела его разозлить.

– Помню, – улыбнулся Антон, – мне стало обидно, что невеста моего друга танцует с кем попало. Я пригласил тебя. Подошел и спросил…

– Почему мы тогда не поняли, что должны быть вместе?

– На свадьбе друга о таком не подумаешь.

Не знаю. Я и теперь сомневаюсь, что это лучший выход.

– Ты прав, – Марина грациозно, как кошка, потянулась и улеглась рядом с любовником, уткнувшись носом ему в плечо.

В стену вагончика постучали. Женщина напряглась, но голову не поднимала.

– Кто это?

– Не знаю.

– Лежи, не поднимайся, нас здесь нет. Никого нет.

Снаружи послышались детские голоса: высокий, прерывающийся мальчишечий, спокойный принадлежал девочке. Слов разобрать было невозможно. Дети что-то рисовали на стене вагончика, уверенные, что их никто не видит, не слышит.

Марина приложила палец к губам. Антон лежал и смотрел на потолок, залитый солнцем. Ему не хотелось думать о том, что Марина – жена его лучшего друга Сергея. Думать о том, что он обманывает его уже целых полгода.

«Почему так произошло? Ни я, ни она этого не хотели. Во всяком случае, не желали. Не стремились друг к другу. Столько лет виделись, встречались вместе и.., ничего. Столько раз мы оставались вдвоем. И ни разу не попробовали быть вместе. А теперь? Почему так?»

По стене вагончика скреб обломком кирпича мальчишка. Девочка, кокетливо склонив голову к плечу, пыталась предугадать, что же он напишет.

Пока у нее не получалось. Попробуй догадайся, когда перед тобой только три первые буквы – «ВЕЧ…».

– Ты хочешь написать «Вечность»?

– Нет.

Следом за тремя буквами возникли еще две – «…ЕР» – «ВЕЧЕР».

– Какой? – спросила девочка.

– Еще не знаю. Допиши теперь ты, – мальчишка положил кирпич на асфальт, боясь передать его из рук в руки.

Девчонка наморщила лоб, приложила обломок кирпича к обшивке вагона и, выждав секунд десять, быстро написала: «ВЕЧЕР ВДВОЕМ».

– С кем?

– Не с тобой! – девочка прислушалась. – Мне кажется, кто-то за стенкой есть.

– Нет никого, – мальчишка постучал кулаком в стенку вагона, постучал неровно, отбив ритм.

В ответ изнутри послышался такой же короткий стук.

– Ой! – воскликнула девчонка и, не дожидаясь продолжения, побежала, мальчик за ней.

– Зачем ты их испугал? – спросила Марина.