Третий вариант - Чингиз Абдуллаев

— Нет, — отказался решительно, — лучше вы приезжайте ко мнена дачу. Увидимся там в девять утра.

— Так дела не делаются, Рашид Амирович, — явно нервничая,возразил Мясников. — Мне нужно с вами поговорить.

— Кажется, раньше вы не отказывались посетить мою дачу, —заметил Касимов. — Что случилось, Кирилл Петрович? Решили таким образомустроить свои дела?

— Это я должен у вас спрашивать! — зло огрызнулся Мясников.— Ничего я не решил. Мне нужно с вами обязательно увидеться до поездки нашегосотрудника в Швейцарию. Это очень важно, Рашид Амирович. У нас мало времени.

— Да, — согласился Касимов и вдруг быстро спросил: — Что свашим сотрудником? Разве он сможет полететь в Цюрих? Я слышал, он ранен.

— А вы уже об этом знаете?

— Я знаю все! — закричал Касимов. — Все, что мне нужнознать!

— Тогда нам не о чем разговаривать, — так же зло ответилМясников. — Это ведь ваши люди отправили его в больницу, чтобы не пускать вЦюрих.

— Как это мои?! — заорал Касимов. — Это ваши люди егоубрали! А теперь решили свалить на нас!

— Мерзавец! — прохрипел Мясников. — Ты проиграл. Мызахватили твоих людей. Они подтвердили, что их послал твоя «шестерка» Хайфулин.

— Это ты сам «шестерка»! О чем ты думаешь? Решил всехобмануть? Никто в Швейцарию не поедет, это блеф, обман. Все деньги ты уже давноспрятал.

— Они там, на счету, — отрезал Мясников и потом, чутьуспокаиваясь, сказал: — Сукин ты сын. Я всегда знал, что тебе нельзя доверять.Все равно мой сотрудник сегодня вылетит в Цюрих, и ты ничего не сможешьсделать. Я все сам проверю, лично.

— Что? Твой сотрудник сегодня летит в Швейцарию?

— Да, — злорадно выпалил Мясников, — и ты ничего не сможешьсделать. Поздно уже, все.

— Подожди, — занервничал Касимов: может, они действительноошибаются оба, — давай все-таки встретимся.

— У тебя на даче? — издеваясь, спросил банкир.

— Нет, в аэропорту. В Шереметьеве. Прямо в салоне ВИПа. Твойсотрудник летит из Шереметьево-один?

— Да.

— Тогда увидимся прямо там.

— Сегодня в девять, — уточнил Мясников.

— В десять, — возразил Касимов, — ровно в десять. И безглупостей, Кирилл Петрович. Я приеду с охраной.

— Я тоже буду не один.

Касимов положил трубку. И тут же набрал номер мобильноготелефона Хайфулина.

— У нас встреча с Мясниковым в десять часов утра, в салонеВИПа, в Шереметьево-один. Ты тоже туда подъезжай. А я возьму своих ребят.

— Будь осторожен, — на всякий случай сказал Хайфулин, — малоли что. Может, там будет засада.

— Я всех своих людей захвачу, — ухмыльнулся Касимов, — еслипонадобится, весь аэропорт оцепим. У Мясникова столько людей в банке неработает, сколько я привезу охранников. Если что, мы его сразу уберем. Это не вбанке сидеть.

— Ты, самое главное, езжай по другой дороге, — посоветовалХайфулин, — они могут устроить засаду на трассе. Там есть где вас встретить. Или,еще лучше, отправь охрану вперед, а сам поезжай в аэропорт на каком-нибудьпростом автомобиле с затемненными стеклами. Но чтобы об этом никто не знал.

— Я теперь никому не верю, — признался Касимов. — КириллПетрович мне всегда казался солидным и надежным. А оказался таким подлецом.Нет, Ринат, теперь я никому не верю. Ты лучше бросай все дела и срочно езжай ваэропорт. Там встретимся.

— Про Мальчикова слушать не хочешь? — спросил Хайфулин. —Мой человек уже был в больнице.

— Ну и что там?

— Он действительно тяжело ранен. Сотрясение мозга. Послушай,Рашид, если это Мясников и Потапенко, то они ведут очень нехорошую игру. Может,тебе лучше не ездить в аэропорт?

— Нет, — подумав, сказал Касимов, — все равно поеду. Нужновсе выяснить одним разом. Сегодня последний день. Завтра приедут за деньгами, ия должен точно знать — кто против меня, а кто за меня. Увидимся в аэропорту, атам посмотрим, что будет, — закончил он твердо.

Положив трубку, он подумал немного и набрал другой номер.Семен жил недалеко, в одном из соседних домов, он сразу ответил, словно знал,что будет звонить хозяин.

— Срочно ко мне, — приказал Касимов, — все бросай и быстроподнимай своих ребят. Сегодня мне они понадобятся все.

— Что случилось? — сонным голосом спросил Семен.

— Когда приедешь, узнаешь, — коротко бросил Касимов. —Прикажи приготовить все наши автомобили. Лучше джипы. И собери столько людей,сколько сможешь. Вызывай даже дополнительных. Я заплачу наличными, сколькозахочешь. Но чтобы у всех было право на ношение оружия.

— Будет разборка? — не удержавшись, спросил Семен.

— Идиот! Такие вопросы по телефону… — бросил трубку Касимов.

Теперь нужно все продумать тщательно и во всех деталях.Предусмотреть любой вариант развития событий.

Он встал и прошел в ванную комнату. По старой привычке он поутрам прежде всего брился, тщательно выскабливая щетину. Как у всякоговосточного человека, растительность была обильной, и бриться нужно былоежедневно. Его огорчала эта буйная волосатость лица и тела, словнокомпенсирующая отсутствие волос на голове.

Он был человек осторожный. Годы, прожитые в бывшем советскомпространстве, научили его изворотливости. Впрочем, тому они учили любого предприимчивогокоммерсанта, любого удачливого дельца — уметь совершать сделки, соблюдаяконспирацию и рассчитывая разумный риск.

С молодости привыкшие исправно платить государственныеналоги и уважавшие законы, западные бизнесмены даже не представляли, какприходится изворачиваться и приспосабливаться коммерсантам по другую сторону«железного занавеса». Но и после падения этого занавеса ничего не изменилось.На Западе большая часть людей по-прежнему исправно платила налоги, внося в своиналоговые декларации все заработанные суммы. И послушно следовала букве закона,понимая, что существуют ценности, гораздо более важные, чем собственный карман.А по другую сторону бывшего занавеса точно так же, но в зеркальном отражении,большая часть людей просто плевала на все принимаемые законы, успешноуклонялась от уплаты любых налогов и ежедневно нарушала закон практически повсем статьям, не заботясь о последствиях. И, самое главное, всегда считаласобственный карман и собственное благополучие более важными вещами, чем весьокружающий мир с населяющими его людьми и какими-то там придуманными правилами.

Когда Семен приехал, хозяин уже принял решение. На всякийслучай он продумал несколько возможных вариантов поведения, справедливо решив,что нужно предусмотреть и крайний, самый отчаянный вариант, по которомупридется действовать в случае необходимости. Но даже его изощренная фантазия немогла предусмотреть того, что произошло в действительности.