Один в море воин - Сергей Зверев

Сегодня утром роскошный гостиничный номер, в котором жила Франческа Вилонелли, вид имел весьма предосудительный. Непосвященный человек в жизни бы не сказал, что это респектабельная гостиница. Скорее уж низкопробный бордель, единственная неувязочка в том, что обстановка слишком роскошная. Зато все остальные признаки борделя в наличии. Как то: молодая и красивая девушка с помятым лицом и свежим синяком под глазом, одетая только в кружевное белье, причем изрядно порванное. Несколько пустых бутылок на полу, одна полупустая на столе. Сильно пахнущая алкоголем лужа на полу. На тумбочке листок дорогой бумаги с несколькими классического вида кокаиновыми дорожками и соломинкой. И венец всему: здоровенный мужчина, развалившийся на кровати, источающий сильный запах перегара и с парой свежих царапин на щеке. Мужчина этот был Сергееем Павловым, известным всему российскому Северному флоту как Полундра.

Именно эту картину и застали, войдя в номер, журналисты и операторы телекомпании «Аль-Джазира». Сопровождал телевизионщиков мрачный служащий гостиницы в строгом черном костюме и двое полицейских.

– Вы заявляли об изнасиловании? – К Франческе бросился один из журналистов, оператор старательно навел на них камеру. Говорил он по-английски с ощутимым акцентом, но вполне сносно.

Пару секунд итальянка молчала. Потом выдавила из себя:

– Да, я.

– Вы обвиняете этого человека? – Черный «глазок» камеры нацелился на лежащего на кровати Полундру.

– Да… – после еще одной долгой паузы сказала девушка.

– Можете сказать нам…

– Подождите, – перебил журналиста один из полицейских. – Надо сначала его самого в чувство привести.

Как ни странно, журналист не спросил, для чего это нужно, и не попытался спорить. Он послушно кивнул, что вообще-то несколько нетипично для общающегося с полицейским репортера.

Полицейский шагнул к Полундре, нагнулся к нему и сильно потер руками уши – этот старый, но эффективный прием знали не только российские городовые.

– Вы его не разбудите, он же пьян, да и порошочка, кажется, нанюхался, – мрачно сказал представитель отеля.

– Напился и нанюхался он вчера, а сейчас уже просто спит.

Полицейский был неправ. Полундра уже не спал. Он просто лежал с закрытыми глазами и прокачивал ситуацию. Память у спецназовца не отшибло, а в себя приходить он умел меньше чем за секунду. Другое дело, что умные люди в закрытых учебных заведениях давным-давно объясняли: если потерял сознание в бою или в нестандартной ситуации, то уж, коли повезло тебе очнуться, не обнаруживай этого сразу. Постарайся сначала, по мере возможности, выяснить, где ты, связан или нет, кто тебя окружает и тому подобное.

Услышав про «пьян» и «нанюхался», Полундра понял главное – он не в плену. Его окружают представители местной власти. Значит, нужно приходить в себя. Не дожидаясь, пока полицейский снова примется за его уши, спецназовец открыл глаза. И сразу перешел в наступление.

– Что это значит? – довольно резко спросил он, садясь на кровати. – Кто вы такие?

Камера, разумеется, тут же снова направилась на него. А Полундра, одним взглядом охватив обстановку, понял – дело дрянь. Похоже, он умудрился вляпаться в классическую провокацию. Такую, какими в свое время замполиты усиленно пугали. Нет, ну надо же, выходит, и в жизни такое бывает!

– Я бы хотел спросить об этом же вас, мистер…

– Павлов.

– Мистер Павлов, – кивнул полицейский. – Присутствующая здесь женщина обвиняет вас в изнасиловании. Кроме того, как я вижу, вы употребляли наркотики.

Полундра, ни слова не ответив, медленно повернулся к итальянке и посмотрел ей в глаза. Франческа порывисто вздохнула, опустила голову и закрыла лицо руками. Спина ее вздрогнула, послышались громкие всхлипы. Оператор с камерой, разумеется, не зевал – эта сцена немедля была запечатлена на пленку.

– Ну и стерва же ты, Франческа, – совершенно спокойно сказал Полундра. – Я тебя за человека посчитал!

Рыдания стали еще громче.

– Попрошу вас не обращаться к девушке! Это может быть истолковано не в вашу пользу! – прикрикнул на Полундру полицейский.

– Истолковывайте, как хотите, – ответил спецназовец.

В голове у него в это время шла работа, скорости и интенсивности которой позавидовал бы любой компьютер. Сергей молниеносно перебирал варианты поведения в поисках лучшего. Проблема была только в том, что к таким ситуациям его не готовили. Он же не контрразведчик, а обычный спецназовец, боевик, пусть и экстра-класса. В эти игры играть не приучен. Что ж, остается действовать как положено. И ведь самое обидное, что сам виноват! Потеря бдительности до добра не доводит, правы были отцы-командиры.

– Не желаете что-нибудь объяснить по поводу всего этого и заявления госпожи Вилонелли? – спросил полицейский, широким жестом обводя комнату.

– Желаю, – ответил Полундра. – Делаю официальное заявление. Я не совершал изнасилования этой женщины и не употреблял наркотиков. Вчера, зайдя в этот номер, я почувствовал какой-то резкий запах, после чего потерял сознание. Предполагаю, что я был отравлен каким-то усыпляющим газом.

– Как вы попали в номер?

– Меня пригласила она, – Полундра кивнул на Франческу.

– Зачем?

– Просто поговорить, выпить вина. Вслух она не говорила, но я полагал, что рассчитывает также на постель.

– Вы полагали! А когда оказалось, что ничего подобного она в виду не имела, вы решили получить свое силой.

– Бред, – отрезал Полундра. – Говорю же – я потерял сознание.

– Откуда у нее тогда синяк на лице, а у вас царапины?

– Не знаю. Могу предположить, что меня поцарапала она, а синяк… Или тоже сама себе поставила, или кто-то помог.

– Зачем?!

– Вот этого не знаю. Видимо, чтобы скомпрометировать меня.

– С какой стати ей вас компрометировать? У нее с вами что, счеты есть?

– Нет, мы только вчера познакомились, – вынужден был признать Полундра.

– Вот именно. Решительно не понимаю. Зачем незнакомой женщине понадобилось бы вас компрометировать. Пока, уж извините, господин Павлов, ее слова выглядят убедительными, а ваши нет. Особенно учитывая то, столько кокаину вы всосали! Не исключено, что кое-чего из вчерашнего вы просто не помните. Я вижу тут следы как минимум трех дорожек и еще четыре нетронутые.

– Про кокаин ничего не знаю.

– Ну, разумеется! Кого с порошочком ни прихватишь, все невинные, как ангелы. Все о нем первый раз слышат, всем его враги подбросили.

– Мне его именно подбросили.

– Кто?!

– Она же, – Полундра кивнул на Франческу.

Девушка, как ни странно, продолжала молчать и всхлипывать, даже не пытаясь опровергнуть прозвучавшие в ее адрес обвинения.