Кремлевский сыщик - Сергей Соболев

– В наш век технологий и информационных сетей без подобного оборудования уже не обойтись. Но, чтобы не портить музейный вид кабинета, я обычно зашториваю этот фрагмент интерьера.

Юрий Александрович задернул штору. Сместился вправо, подошел к стене, что-то нажал. Та отворилась.

– Здесь, за этой дверью, находятся еще два небольших помещения. – Он жестом пригласил Краснова подойти ближе. – Комната отдыха – на тот случай, если придется здесь плотно работать, а такое тоже случается. И еще туалетная комната.

Тихомиров и Краснов устроились в удобных креслах возле журнального столика.

– Удивлен? – глядя на молодого товарища, спросил Юрий Александрович. – Вижу по глазам, по лицу, что вопросов у тебя появилось еще больше, чем тогда, когда мы беседовали в машине.

– Я ничего не знал об этой стороне вашей жизни. Хотя вы мне близки, как никто другой. Выходит, что я либо глуп, либо слеп, либо то и другое, вместе взятое.

– Не нужно наговаривать на себя, Сергей, – мягко произнес Тихомиров. – Если бы ты знал или даже догадывался об этой закулисной стороне моей жизни, то...

– То что?

– То это означало бы, что я не на своем месте.

– Могу задать вопрос?

– Чуть позже. Сначала я кое-что скажу. Возможно, у тебя будет меньше вопросов ко мне... Сергей, мне на днях исполняется шестьдесят два. Бежит времечко, не так ли?

– Хотел бы я выглядеть в ваши годы так, как вы сейчас, – пробормотал себе под нос Краснов. Затем чуть громче добавил: – Хороший возраст, Юрий Саныч. Самый расцвет! Вы еще о-го-го...

– Спасибо, друг. Но ты меня не понял. Через несколько дней истекает мой контракт.

– Контракт? О чем речь?

Тихомиров рассмеялся. Но как-то коротко... и не очень весело.

– На самом деле, конечно, никакого контракта на бумаге не существует, – сказал он после паузы. – Но устная договоренность внаших кругах, подкрепленная биографией и некоторыми защитными механизмами, значит гораздо больше, чем любая бумага с личной подписью.

– Вы сказали – «в наших кругах»?

– Да, в тех кругах, в которые я... в которые мы – так будет точнее – решили ввести и тебя, Сергей Михайлович. – Тихомиров вновь заглянул своему молодому товарищу в глаза. – Приведя тебя сюда, введя тебя в ближний круг, я, Сергей, несу за тебя полную ответственность.

– Спасибо, Юрий Александрович, но... О чем мы сейчас говорим?

– Я твойпоручитель. Я отвечаю за тебя головой. У нас тут устроено все просто. – Глаза Тихомирова из серо-голубых вдруг стали льдистыми. – Люди ближнего круга должны доверять друг другу. Слишком высоки ставки. Но и серьезных проступков на таком уровне не прощают. В особенности – предательства.

Краснов, обведя глазами интерьер этого сохранившегося почти в первозданном виде кабинета сталинской эпохи, криво усмехнулся:

– «Давэряй, но правэряй», как говорил прежний хозяин?

– Очень четкая и точная формулировка. С одной стороны, на этом уровне не нужны бесчисленные согласования и прочие бюрократические закорючки. Достаточно слова, чтобы проблема была решена. Или как минимум чтобы этим вопросом плотно занялись. С другой стороны, возникают большие соблазны... Такие люди могут создать большие проблемы.

– И вы, Юрий Александрович, как я понимаю, занимаетесь негласной проверкой тех персон и личностей из некоего «ближнего круга», кто нарушает установившиеся правила и создает «проблемы»?

– Не совсем. Хотя ты, Сергей, уже подошел близко...

– Так как называется ваша должность, Юрий Александрович? Или это – секрет?

Тихомиров в ответ скупо усмехнулся:

– Должности, которую я занимаю уже довольно продолжительное время, не существует в реестре госдолжностей. Нет ни законов, ни подзаконных актов, где были бы прописаны задачи, полномочия, права и обязанности. О требованиях, которые предъявлялись прежде, в иные эпохи, в иные времена, сейчас говорить не стану. Несколько слов о том, что должен представлять собой кандидат на эту не существующую в правовом поле государства, но существующуюреально должность. А также о том, чем именно предстоит заниматься... и в каких, так сказать, декорациях.

– Я весь внимание, – Краснов чуть подался вперед. – Хотя пока толком не понял: я-то тут каким боком?

– Требования к кандидату на должность таковы. Это должен быть один из лучших специалистов в нашей области. Следователь, детектив, сыщик и аналитик в одном лице... Человек с реальным опытом работы во всех этих сферах, разбирающийся в уголовном праве и, если брать шире, в криминальных сферах, во всех важнейших областях криминологии. А также, что не менее важно, имеющий представление об устройстве власти, о механизме принятия решений, включая сюда коррупционные механизмы. Еще одно необходимое условие: умение держать язык за зубами, хранить тайны – об этом я уже упоминал. Кандидат на высвобождающуюся вакансию должен также обладать определенным набором личных, деловых, профессиональных и человеческих качеств...

Краснов – а он уже стал понимать, куда клонит его собеседник, – решил задать уточняющий вопрос.

– Значит, человек этот будет заниматься расследованиями? Я правильно вас понял, Юрий Саныч?

– Абсолютно верно.

– Каким именно контингентом придется заниматься?

– Крупными чиновниками федерального уровня. Вплоть до категории «А» – министрами, главами некоторых учреждений и их заместителями... Короче, чтобы не размазывать кое-что по столу – элитой российской политики.

Краснов едва сдержался, чтобы не выматериться вслух. Если бы подобные вещи выдал не Тихомиров, а кто-то другой, он бы не только употребил сильные выражения, но и покрутил пальцем у виска... Настолько все это звучало ошарашивающе, настолько казалось неправдоподобным.

– Вот это да... Вот это масштаб! И задача этого «специального человека» заключается в том, чтобы... Чтобы что?

– Задача такова, если не вдаваться пока в нюансы. «Специальный человек», получив соответствующее указание – как и от кого, чуть позднее, – проводит максимально тщательное расследование. Как правило, оно ведется параллельно расследованию тех правоохранительных органов, которые занимаются конкретно этим делом. Это могут быть Министерство внутренних дел, или Следственный комитет, или госбезопасность...

– Там есть хорошие специалисты, в этих ведомствах. Им что, не доверяют?

– Им никогда не получить всей необходимой дляраскрытия информации – она просто не для их ушей. Не будем также забывать о родственниках нашей дорогой элиты, – усмехнулся Тихомиров. – А также про их любовниц или любовников, близких друзей. Некоторыми из них, их делами и делишками тоже приходится заниматься – в криминальном аспекте, естественно.

– Значит, «специальный человек», получив соответствующее задание, должен распутать узелки и выявить виновного? В тех случаях, когда дело идет о «внутреннем круге» и огласка крайне нежелательна?