Террорист в погонах - Сергей Зверев

– А что там такое?! – кричали опаздывающие на работу водители.

– Сворачивай, сворачивай, – грозно отвечал постовой.

Не пропускал он и маршрутные автобусы, чем вызывал бурю эмоций в их салонах. Взволнованные пассажиры пытались выяснить – в чем дело – у водителя. Но водитель и сам раздраженно отвечал:

– Не знаю, – и с силой налегал на баранку. – Едем в объезд.

Увидев кавалькаду машин с правительственными номерами, постовой ткнул жезлом в небо. Это означало – «внимание всем». Черные автомобили с ветром пронеслись мимо него по главной дороге. «Дядя Степа» с подобострастным лицом, задрав подбородок к облакам, отдал честь, при этом полосатый жезл на ленте закачался у него возле виска. Простояв минуту вытянутым в струнку, пока он будет виден водителю высокого начальства в задние зеркала, регулировщик с шумом выдохнул и снова приступил к своим обязанностям.

Вдруг издали он услышал вой сирены. Между автомобилями лавировала белая с красной полосой «Газель» «Скорой помощи». «Спешит в микрорайон», – подумал «дядя Степа». Он вспомнил, как неделю назад его престарелой маме стало плохо с сердцем. Но «Скорая» успела, и маму доставили в больницу своевременно. Буквально на следующий день ей стало лучше. Гаишник поднял жезл, и бело-красно-белый микроавтобус помчался по закрытой для городского транспорта улице. Набрав бешеную скорость, «Газель» на пустой улице быстро скрылась из виду.

– Ну, теперь точно успеют, – проговорил постовой себе пол нос. – Эй, а ты куда? Шайтан! – закричал он на черный лакированный внедорожник. – А-ну, поворачивай, поворачивай, я сказал, накупили дорогущих точил и думают, что я их пропускать буду. Отваливай на хрен, я сказал!

Долговязый регулировщик наставил полосатый жезл, напоминавший теперь большой американский жест. Впрочем, этот жест уже давно стал международным. Обдуваемый всеми ветрами, «дядя Степа» убедился в этом воочию. Прямо перед собой он увидел в дверце автомобиля выставленный средний палец с длинным блестящим ногтем, обрамленным ярко-красной полосой – а-ля французский маникюр. В глубине салона внедорожника «дядя Степа» заприметил нахмуренное, но все равно такое притягательное лицо «Шемаханской царицы». Он метнул взгляд на номер, чтобы запомнить и в будущем показать владельцу, на какую месть способен обыкновенный постовой. А номер был вызывающе простым – все девятки. И «дядя Степа» понял, что его собственные довольно длинные руки все равно будут коротки, чтобы добраться до этого нувориша. За такой номер надо хорошо намазать маслом чью-ту лапу. Внедорожник заревел мотором и свернул с главной дороги.

– Эй, зачем тормозишь, крути вправо, – заорал постовой на водителя белой «Волги» «ГАЗ-24». В настоящее время владельцы таких автомобилей не были для него чем-то особенным, не то что в прежние времена.

* * *

– Давай потише, – сказал водителю доктор в белом халате, сидевший в салоне «Скорой помощи».

– Сирену выключить или скорость убавить? – уточнил тот.

– И то, и другое. Мы уже на месте. Чуть что – тяжелого больного везем, поэтому сбавили скорость. Эй, Жанболот, накройся клеенкой и не высовывайся, – доктор говорил, и одна бровь у него «подскакивала» вверх, – Бейшенбек, снимаешь со своей стороны, я – со своей. Внимание на крыши. Главное – засечь, где снайперы и сколько их.

– Абуджафар, а влюбленных в парке тоже снимать? – Бейшенбек, так же, как и «доктор», держал в руках видеокамеру с мощным объективом.

«Газель» проезжала мимо утопающего в зелени «Парка любви».

– Снимай. Какие влюбленные будут гулять рано утром? У них из-под рубашек и платьев кобуры случайно не видно?

– Сейчас увеличим, – ухмыльнулся Бейшенбек и прильнул к окуляру.

Абуджафар стал обшаривать объективом своей камеры два высоких столбика с красной крышей.

– Тут еще медленнее, – попросил Абуджафар водителя. – Эти дома и комплекс «Мурас» как раз напротив посольства. Здесь может быть очень горячо. Отлично. Снайперов там с десяток, это точно.

Абуджафар зафиксировал прячущихся на зданиях людей.

– Ага, в квартирах тоже есть. Многовато, но мы разберемся…

– Как? – спросил «больной», которому надоело лежать без дела.

– Цыц, не шевелись. Компьютер рассчитает мне все сектора обстрела, поищет «слепые» зоны. Ничего никогда идеальным не бывает. Безопасный путь, пускай он будет извилистый и замысловатый, – найти всегда можно. Так, хорошо… Теперь, Алтынбек, – Абуджафар обратился к водителю, – давай дальше по проспекту Мира… Затем сворачивай на Абдрахманова. И через перекресток направо. Прокатимся к китайцам. Если подобраться к американцам совсем будет трудно, придется потревожить наших соседей.

– А за вторую запасную цель можно взять турецкий центр, – раздался голос из-под клеенки.

– Какой центр?

– Культурный. В университете «Манас». От китайцев – рукой подать.

– Болтливый пациент у нас попался, – пробурчал Абуджафар. – И больной на голову. Турок нельзя трогать, они ж мусульмане.

– Но они ведь тоже натовцы…

– Не лезь не в свое дело.

– Внимание, – предупредил водитель, – впереди группа спецназовцев.

– Врубай сирену! – приказал Абуджафар.

Алтынбек рукой нажал кнопку, а ногой на педаль газа. «Газель», воя и сверкая проблесковыми маячками, словно новогодняя гирлянда, промчалась мимо группы крепких парней в камуфляже, под которым явно были бронежилеты… «Скорая помощь» описала большую петлю по перекрытому району и рванула к западному крылу Бишкека…