Бар-сучка - Михаил Серегин

Закончив работу, я увязался за ней следом и выяснил, что наша хозяйка любит не только мальчиков, но и девочек. Особенно она была неравнодушна к одной шлюшке, очень похожей на тебя. Они вроде даже как подружились.

– Ты не знаешь, как ее звали?

– Софья, я потом снял ее, мне было интересно, чем лакомится время от времени Инга. А тебе зачем?

– Да так, интересно. И что дальше?

– Дальше я не находил себе места. Ну, понимаешь, – он не мог подобрать слов, – муж – это муж, а когда ты считаешь себя единственным любовником, пусть даже публично выставляемым напоказ, и неожиданно узнаешь, что для твоей партнерши не существует никаких правил…

Однажды вечером я немного выпил и решил поговорить с ней не как слуга с хозяйкой, а как мужчина с женщиной. Постучал в ее комнату, вошел. Там никого не оказалось. Тогда я решил воспользоваться ситуацией и стал обыскивать комнату.

Зачем я это делал? Не знаю. Ревность, обида, желание влезть в ее жизнь…

Можешь представить себе мое удивление, когда в тумбочке я обнаружил пакет с порошком. После того как я попробовал на язык это дерьмо, мне стало ясно, откуда в доме берутся деньги.

Рассчитывая, что шума из-за пропажи не будет, я забрал находку, а дальше вел себя как ни в чем не бывало.

– Сколько там было? – Дарья постаралась как можно безразличнее произнести столь значимый вопрос.

– Интересно? – он рассмеялся. – Тогда я не знал, сколько там, пришлось в срочном порядке приобретать весы. Оказалось шестьсот одиннадцать грамм.

– И это был героин?

– Да, Дада, это был героин. Я немного разбирался в ценах и прикинул, что на какую-то часть жизни хватит. Надо было придумать повод для увольнения. Хозяин просто достал своей привычкой под конец ужина требовать эту хренову капусту. Я не придумал ничего лучше, чем положить в нее кусочек стекла. Обвинить меня, по большому счету, он не мог. Но, как я и рассчитывал, эффект был тот, что надо. Так быстро меня еще не выгоняли.

– А ты не можешь вспомнить, когда ты ук… забрал наркотики у Инги?

– Могу, если ты скажешь, зачем тебе это все нужно. И как ты вообще вышла на меня?

– Что, шлюха не может вложить в дело деньги, которые заработала собственным телом? Я работала в «Северном ветре», хотела подснять кого-нибудь. Увидела, как Совок обделывает дела.

– Он дебил. Рано или поздно его накроют. Ведет себя так, будто окорочками на рынке торгует. Ты знаешь, я бы тебе поверил, не обмолвись ты о какой-то сумке в каком-то отеле. Существует еще одна пропавшая партия героина, верно?

Она уже себя выругала за оплошность, ну и что с того? Ему придется что-то сказать, иначе он взбесится.

– Скажи мне, когда ты обыскивал комнату Инги?

– Двадцать первого ноября, – сказал он, не задумываясь. – И что с того?

– С двадцать первого на двадцать второе из номера, где Инга занималась любовью с Софьей, пропала сумка, в которой было почти пять килограммов героина.

Алексей присвистнул.

– Круто. Я не знаю, каким образом ты узнала об этом, но сейчас у тебя ведь только одна цель: найти порошок, верно?

– Ага. Угадал.

– И ты думаешь, партия все еще в Саратове?

– Я не знаю, где партия, но зато знаю другое. Те шесть тысяч из шестнадцати, которые считаются моими в наших делах с Совком, дал мне человек, занимающийся ввозом героина в страну, и если я не найду партию, то в лучшем случае стану его наложницей.

– Понимаю… Так ты трахалась со мной, а сама думала о том, как сдашь меня? – он не скрывал ярости.

Дарья испугалась.

– Ты что? Я?! Откуда у тебя такие мысли?!

– Из меня не надо делать дурака! Иди отсюда, шлюха. Ты ничего не получишь, иди отсюда!

Он схватил ее и выпихнул на улицу, сопровождая свои действия нецензурной бранью. Как успела заметить Дарья, старухе было на все наплевать.

Топая по дороге к ближайшей остановке автобуса, она размышляла над тем, что ей удалось сделать и в каких пунктах расследования она потерпела неудачу.

В актив можно было занести непосредственно наличие заказа на поиск с неплохой финансовой перспективой, а также купленный на деньги крестного папы героин. С помощью него можно открыть очень много дверей, даже если они толстые и прочные.

* * *

Совок без энтузиазма воспринял весть о том, что Дада забирает свою часть товара.

– Тебе были нужны деньги, чтобы провернуться и получить скидку. Ты этого добился?

– Послушай, тут неплохие перспективы.

– Ты отсыпешь мне порошка или нет?

Он больше не стал спорить с ней и сделал все, как просила она.

– Думаю, тебе будет интересно знать, – он передал ей героин, – если у тебя найдут это, ты сядешь. Надолго.

Дарья молча забрала порошок и ушла. От слов дилера на душе у нее легче не стало.

* * *

Инга сидела за столом и пила кофе, когда к ней привели Дарью.

Охранник – бородатый мужик, облаченный в камуфляж, молча стоял за спиной весьма желанной гостьи и ждал дальнейших распоряжений.

– Можешь идти. – Небритый тип удалился, а Дарья села. – Ты или очень умна и наверняка знаешь, что выйдешь отсюда живой, или глупа, а тогда вообще непонятно, как еще жива на этом свете.

Дарья внимательно слушала и одновременно вынимала из рукава тонкую целлофановую сардельку, набитую порошком.

Узрев такое дело, Инга тихо предложила Дарье спрятать добро обратно.

– Вижу, ты еще цепляешься за жизнь. Пришла решать проблему?

Дарья и не думала прятать героин. Она выложила его на середину стола и стала смотреть, как дальше поведет себя хозяйка. В любой момент в столовую мог зайти кто-нибудь из обслуги. Народ сейчас образованный, любой смекнет, что в пакетике не левомицитин, а нечто покруче.

Инге пришлось убрать добро в карман своего халата.

– Что все это значит?

– Это… – Дарья усмехнулась, – это часть твоего героина, который в количестве шестисот одиннадцати граммов пропал у тебя двадцать первого ноября.

Гостья видела, что лично о ней хозяйка уже не думала.

– Допустим, – осторожно начала она, – и как мы сможем разойтись?

– Мне нужно знать все о Софье.

– А что взамен? Неужели ты считаешь, что я стану делиться с какой-то шлюхой подробностями своей личной жизни?

Дарья решила пустить в ход аргументы повесомее.

– Ты не думаешь, что в данный момент я разгребаю за тобой дерьмо? Правда, Николай Иванович мне это оплатит, но факт есть факт.

– О чем ты?