Кодекс калибра .45 - Виктор Тюрин

После французского салата и великолепно приготовленных телячьих котлет, я удовлетворенно откинулся на спинку стула с чашкой кофе в руке. На лице Антиквара, сидевшего напротив меня, плавала сытая улыбка удовлетворенного человека. Он сделал несколько глотков кофе, потом поставил чашку на белоснежную скатерть и спросил меня:

– Помнишь, Дик, как мы с тобой первый раз встретились? Ты тогда пришел ко мне со сказкой о таинственном складе.

– Помню.

– А когда я объяснил тебе, что это полный бред, у тебя было такое огорченное лицо, что мне показалось, ты вот-вот заплачешь.

– Эй! Я специально притворился огорченным! Вдруг ты потребуешь выпивку за твой рассказ?! А как можно что-то требовать у огорченного человека?! Только если у человека совсем подлая душа!

– Гм! Так ты разбираешься в тонкостях человеческой души, мой мальчик?! Странно, что до сих пор я не замечал в тебе такой склонности. Впрочем, не об этом разговор. Взамен я нашел тебе другой склад. И тоже с хорошей выпивкой. Как тебе такая новость?

– Кхе! Кхе! – я поперхнулся кофе. – Откуда… Кхе…! Сведения?

– Сказал один человек. Так нужен он тебе?

– Кому он принадлежит? – я решил сразу внести ясность в этот вопрос.

– Ты мне сначала ответь: нужно ли это тебе?

– Странный вопрос. Это же живые деньги!

– Не боишься получить сильную головную боль? Ведь искать будут! А найдут – мало не покажется!

– Чей это товар?!

– Честно?! Не знаю, но, судя по его объему, это очень серьезные люди.

– Что ты хочешь с этого иметь?

– Деньги. Да и ящик хорошего виски в хозяйстве не помешает!

– Хорошо. Мне надо позвонить. Вернусь минут через десять.

Антиквар только головой кивнул и потянулся к чашке кофе. Вернулся я не скоро. Не так-то просто оказалось отыскать Хайми поздно вечером в выходной день. Выслушав меня, Вайсс с минуту молчал, потом начал говорить, но так, словно размышлял вслух:

– Если эта та партия, о которой я думаю… Слышал кое-что… Значит так, Дик. Вытащи… из своего приятеля как можно больше подробностей, затем позвони мне. За это время я постараюсь кое-что уточнить. Он человек надежный?

– Врать не буду. Знаком с ним чуть больше месяца. Владелец антикварной лавки.

– Как его зовут?

– Морис. У него еще есть прозвище. Антиквар.

– Антиквар? Ха! Интересные у тебя знакомства, Дик. Это он на тебя вышел?

– Не понял.

– Что непонятного, парень? Он нашел тебя или ты его?

– Я. А что?

– Зачем?! – в его голосе звучала странная для меня настойчивость.

– К чему этот вопрос?

– Живо отвечай! – сейчас тон Вайсса стал требовательным.

– Гм! Хотел найти… склад. Тот, чей хозяин перед «сухим законом»…

– Проиграл в карты шесть баров! Ты что, ребенок малый?! Впрочем, что с сына фермера взять?! Небось, в детстве зачитывался книжонками из серии «Грошовый детектив»? А, Дик?!

– Ну… Было дело, – словно нехотя сознался я.

– Все. Иди! Нет, погоди! Скажи Антиквару: четыреста долларов. И ящик виски. Теперь все.

По разговору было понятно, что Вайсс знает Антиквара. Уже одно это знакомство говорило о том, что Антиквар – человек серьезный.

– Тебя только за смертью посылать, Дик.

– Четыреста долларов. И ящик виски, – буркнул я, не зная, как теперь держать себя с этим человеком.

Тот сразу почувствовал мое настроение и усмехнулся: – Тебя что-то смущает, парень?

– Тебя знает мой босс.

– Не обращай внимания, Дик. Меня многие в этом городе знают. Теперь перейдем к делу. Мне нужно семьсот долларов. Триста – до, четыреста – после того, как заберете виски. Теперь подробности. Железнодорожные пакгаузы. Товар завезен сутки назад. Четыре грузовика. Две трети – виски, треть – джин и ром. Иди, звони.

Как только я передал Вайссу информацию, он сразу сказал: – То, что надо. Дадим ему семьсот. За такую наводку – не жалко. Сейчас человек подвезет триста долларов. Иди! А я начну собирать парней!

Я вернулся к столу.

– Все решено. Сейчас человек привезет деньги.

– Охрана – четыре человека. Чем вооружены не скажу, потому что не знаю. Двое сидят перед складом в машине. Двое – внутри склада. Товар будет находиться на складе еще сутки, потом за ним приедут.

Спустя сорок минут у нашего столика появился Малыш Джонни. После того, как деньги перешли из рук в руки, Антиквар объяснил, как найти склад. Распрощавшись с ним, я ушел с водителем. Спустя двадцать минут к месту встречи подъехала колонна из трех легковых машин и четырех грузовиков. Я объяснил, где находится склад, и мы поехали.

Машину охранников у склада мы обнаружили довольно быстро. Я сейчас наблюдал за ней из-за угла здания железнодорожной мастерской. Луна то появлялась, то пропадала за тучами. Замерев, я вглядывался в темноту, пытаясь уловить хоть какое-то движение. Ждал минут пять – как вдруг из машины вылетел окурок. Маленькая красная точка прочертила дугу и упала на щебенку.

«Окурок выброшен с пассажирского сидения, значит, их, как минимум, двое».

Я наблюдал еще минут десять, но больше ничего не заметил. Подтвердив своими наблюдениями рассказ Антиквара, я заставил Вайсса задуматься. Приблизиться напрямую мы не могли, так как склады имели подъездные площадки для грузовиков, что означало хорошо просматриваемое пустое пространство, а в этом деле нам требовалось строгое соблюдение тишины. Причем не только из-за того, что в квартале отсюда находился полицейский участок, а еще и потому, что работа на железной дороге не затихала даже ночью. Случись что-либо, любой человек мог сделать звонок. Выход напрашивался сам собой: обойти склад сзади. Только вот, что делать дальше… В этот вопрос внес ясность Джеймс Мюррей, когда откинув полу длинного плаща, достал пистолет с глушителем.

– Думаю, это то, что надо в нашем положении. Обойду сзади и постараюсь снять тех парней в машине.

– Похоже, у нас нет выбора. Да и времени нет. Еще три часа и начнет светать, – подвел итог Хайми. – Один пойдешь?

– Возьму Дика. Он давно в тире не был, пусть потренируется.

– Брось свои шуточки, Мюррей! Дело серьезное!

– Ладно тебе, Хайми! Я же сказал: постараюсь.

Темными переулками, спотыкаясь о кучи мусора, мы добрались до задней стены пакгауза. За нашей спиной россыпью лежали железнодорожные пути, а в воздухе пахло металлом и пропиткой для шпал. Где-то недалеко прогудел паровозный свисток, вслед ему стал нарастать с каждой секундой стук колес подъезжающего к станции поезда. Прокравшись вдоль кирпичной стены склада, мы замерли в полуметре от угла. Сняв шляпу, я присел, а потом осторожно выглянул. Черный «Форд», почти неразличимый в темноте, стоял в метрах десяти – двенадцати от меня. Лицо водителя выделялось на темном фоне бледным, нечетким, будто смазанным пятном.