Крестоповал. Война совести - Альберт Байкалов

– Снова в родной стихии? – Он подошел и встал рядом.

На экране монитора было изображение зон действия связи сотовых компаний.

– Чего это ты? – Матвей не сразу понял, что Марта хочет узнать.

– Изучаю район предстоящих действий. – Она запрокинула голову и посмотрела на него снизу вверх.

Он наклонился и чмокнул ее в носик:

– И как?

– Хоть и глушь несусветная, но, судя по информации, которую мне удалось нарыть, в Ульях и ее окрестностях устойчиво работает оператор БВК.

– На тот случай, если район мертвый, у нас спутниковая труба есть, – напомнил Матвей.

* * *

Оставив в номере вещи, Хвастун и Клим направились изучать город, а заодно поискать себе компаньонов. Хвастун не понаслышке знал, что для работы на чужой территории обязательно нужны связи с местными.

– Решили осмотреть достопримечательности? – поинтересовалась вахтерша, когда они проходили мимо стойки.

– А они здесь есть? – с издевкой спросил Клим.

На улице было по-летнему тепло. Нежной зеленью радовали глаз росшие вокруг гостиницы деревья и трава. Весело чирикали воробьи. С железной дороги ветерок наносил запах разогретых шпал.

– Куда сейчас? – озираясь по сторонам, спросил Клим.

– В местную «разливайку», – с ходу принял решение Хвастун.

– Чего так? – удивился Клим. – Сам же сказал, пока дела не решим, ни грамма в…

– Сказал, значит, так оно и есть, – зло ответил Хвастун. – Нам люди нужны.

– Ты чего, среди алкашей решил людей искать? – замедлил шаг Клим.

– Представь себе, – подтвердил его предположение Хвастун. – Предложи свой вариант.

– Ну, может, с местной братвой потереть?..

Хвастун резко встал и развернулся кругом, остановив шедшего слегка позади Клима грудью:

– Какая братва? Ты чего мелешь?

– Можно втемную, – неуверенно сказал Клим и осекся.

– Делиться захотел? – бросив быстрый взгляд на окна гостиницы, зашептал Хвастун. – Только зря все это. Знаешь, какие здесь нравы? – задал он вопрос и сам же на него ответил: – Таежные. Стоит проболтаться, как тут же пропадем… Навечно.

– С алкашами фарту не будет, – стоял на своем Клим.

– Пошли уже. – Хвастун развернулся и двинулся в сторону улицы. – Я и сам понимаю, что это не дело. А по-другому как? Нам люди нужны, кто тайгу знает…

– Но не алкаши же! – не унимался Клим.

– Они в таких дырах пьют от безысходности, – быстро заговорил Хвастун. – Каких-то лет пять назад здесь, например, рай был. Рядом завод алюминиевый строили, сейчас его законсервировали, – стал перечислять Хвастун. – Станция узловая опять же. Тоже рабочие места. Много иностранных фирм жилье для своих сотрудников здесь снимали… Почему народ сейчас не работает? Все позакрывали… Я и сам с алкашами дел иметь не хочу, но придется. Ведь их потом и списать, если что, недолго…

Около часа приятели слонялись, изучая город. Людей на улицах было мало. От всего веяло странным запустением, словно люди здесь жили временно. Местами и вовсе казалось, будто они вернулись на сорок лет назад. Клима удивил филиал Сбербанка, который располагался в одноэтажном деревянном здании, выкрашенном в зеленый цвет и почти слившемся с беспорядочно разросшимися вокруг него мелкими деревьями, кустарником и травой. Зато памятник Ленину напротив центра досуга «Радуга» был свежевыкрашен серебрянкой, а у постамента красовалась корзинка с пластмассовыми цветами. Бордюров нигде не было. Разрастающиеся кустарник и трава, не видя преград, отвоевывали у асфальта пространство. Казалось, природа выживает с территории неумело живущих людей.

– Вот кому марши устраивать надо! – не выдержал Клим, вспомнив московские митинги накануне выборов.

– Чего это тебя на революционные подвиги вдруг потянуло? – удивился Хвастун. – Как жить будешь, если все назад? Случись что, ведь первого в расход пустят. Сейчас хоть на смертную казнь мораторий.

– Я не о революции, а об условиях жизни, – вяло пояснил Хвастун. – У нас там с жиру бесятся. Модно на митинги ходить да власть ругать, вот и маются от безделья.

Недалеко от вокзала дружки наткнулись на небольшое кафе.

Расположенное на первом этаже четырехэтажного здания, оно не блистало изысками, но здесь оказалось достаточно чисто и уютно. Скромно, без излишеств оформленный зал вмещал с десяток столиков и был на треть заполнен молодежью. У стойки на высоких табуретах крутились две девицы.

– Здесь нам ловить нечего, – оглядевшись, вздохнул Хвастун.

– Не нравится мне твоя затея, – завел старую пластинку Клим.

– Погоди. – Уже собираясь выйти, Хвастун увидел в углу, за самым дальним столиком, двух молодых мужчин. Весь их вид говорил о том, что стоявшая одна на двоих по центру бутылка пива – ничтожно малая доза, чтобы поправить их тяжелое состояние. У покрытого прыщами парня ко всему оба глаза были красными и слезились. Он то и дело щурился и прикладывал к ним платок.

– Болеет, что ли? – задумчиво проговорил Хвастун и направился к стойке.

Взяв бутылку водки и салаты, они развернулись лицом к залу, делая вид, что не знают, куда сесть. При этом Хвастун заметил настороженный взгляд обоих парней. С небрежным видом они прошли и уселись за соседний с ними столик.

– Наливай, – распорядился Хвастун.

– Я не буду, – заявил Клим.

На самом деле он очень хотел, как говорится, «накатить» граммов триста, однако Хвастун уже успел его предупредить о роли трезвенника, которую придется сыграть Климу.

– Как это не будешь? – почти крикнул Хвастун.

Сидевшие за соседними столиками посмотрели в их сторону.

– Нельзя мне, – для наглядности Клим выставил ладонь. – Болею…

– Я что, один пить буду? – продолжал наседать Хвастун.

– Не можешь один, предложи вон ребятам, – как бы невзначай показал на парней Клим.

– А что, это мы завсегда, – оживился прыщавый.

– Брось, Свищ, – вяло осадил его дружок. – Голова трещит, а ты бухать собрался.

– Жакан, ты че, после того как тебя по голове навернули, трезвенником стал? – не поверил парень, которого назвали Свищом.

– Мы серьезно. – Глядя на парней, Хвастун приподнял над столом бутылку. – Заодно и познакомимся.

– Что-то много сегодня желающих нас угостить, – подходя к столу, грустно сказал парень со слегка косившим глазом.

– Неужели? – откручивая пробку, спросил Хвастун.

– Нарвались мы тут на двоих с утра, – вздохнул второй, которого дружок назвал перед этим Свищ.

– Прямо так и нарвались? – разливая водку, хмыкнул Хвастун.

– Вон, – Свищ, беря стакан, показал взглядом на дружка, – по башке ни за что получил.