Граната для ренегата - Сергей Зверев

– Дамочка с норовом, – сказал вдруг Янсен и при этом осторожно покосился на Монгола: как отреагирует?

– А ну ее! – раздраженно выпалил тот. – Корчит из себя начальника. Они все тут начальники. Поэтому и оказались в этой заднице. Я свою работу сделал как надо. Она вот: Старый, Старый. А что Старый? Влипли, как суслики, вот тебе и весь Старый…

Он внезапно осекся, взглянул на Янсена.

– Слышь, ты вообще рот не открывал бы. Без тебя проблем хватает.

Янсен отвел глаза к телевизору.

– Мне что? – пожал он плечами. – Мне все равно, как вы тут друг друга любите.

Монгол хмыкнул.

– Да уж! Любим. Обожаем просто…

Они снова занялись просмотром хоккейного матча.

– Я хотел бы поговорить с вашим старшим, – сказал через пару минут Янсен.

– Со Старым? – уточнил Монгол.

– Ну да, с ним.

– А что так? – в глазах Монгола зажегся любопытный огонек. – Есть что-нибудь интересное?

– Это я могу сказать только ему, – уклончиво ответил Янсен.

– А-а, – разочарованно протянул Монгол. – Тогда терпи до завтра.

– А что, сегодня он не приедет? – быстро спросил Фред.

Монгол лениво потянулся сильным телом.

– Много вопросов задаешь, – заметил он. – Давай смотри телик. А то спать ложись.

– Рано еще, – сказал Янсен с деланым равнодушием. – Посидим еще немного. Матч досмотрим.

– Ладно, – согласился Марат.

– Монгол не переиграет? – спрашивал Слон у Кармен, полулежа на подушках, подоткнутых по спину.

Вопреки сообщению Марины, чувствовал он себя отлично. Рана его почти не беспокоила. По его словам, он давно покинул бы опостылевший «лазарет» и присоединился к общей компании, если бы не затеянная Кармен и Монголом игра, призванная ввести в заблуждение Янсена относительно расстановки сил в доме. Благодаря этой игре Янсен должен был понять, что сторожат его не так строго, как вначале, и сделать из этого соответствующие выводы.

– Не должен, – ответила Кармен. – У него врожденные способности. Тот еще артист.

– Зарывает талант в землю? – улыбнулся Слон.

Но Кармен была серьезна.

– Возможно, – сухо проронила она.

– Как Янсен? – спросил Хоботенко.

– Делал вид, что ему все равно. Но слушал очень внимательно.

– Сейчас будет обрабатывать Монгола.

– Скорее всего, – кивнула Кармен.

– Как бы того, – без улыбки сказал Слон, – они на самом деле не спелись.

Кармен секунду смотрела на него, потом решительно мотнула головой.

– Исключено.

– Уверена?

– Да.

– Хорошо, – проговорил Слон. – Я рад, что вы сработались. Парень, кажется, ничего.

Он покосился на Кармен, и ему показалось, что она немного смутилась.

«Ого! – удивился Слон. – Этого еще не хватало».

– Он не идеал, – спокойно ответила молодая женщина. – Но нам подходит.

– Ну и ладненько, – с облегчением сказал Слон, решив, что ему почудилось. – Посмотрим, что будет дальше.

– Я пошла, – сказала Кармен.

Она покинула комнату, оставив дверь приоткрытой, чтобы было слышно Слону (связи через наушники не было, и приходилось сообщаться по старинке), и остановилась в дверях гостиной.

– Мамочка вернулась, – не поворачивая головы, громко и с издевкой произнес Монгол. – Сейчас будет нас ругать.

– Я буду дежурить возле Слона, – с трудом сдерживаясь, заговорила Кармен. – Ты сторожишь Янсена. Ночью поменяемся.

– Во сколько? – буркнул Монгол, упорно глядя в телевизор.

– В три.

– Ладно.

Он повернулся к Кармен.

– Следи там за ним получше. Массаж сделай, эротический… Вдруг поправится?

– Идиот, – уходя, с презрением бросила Марина.

В «лазарете» Слон, слышавший разговор, показал ей большой палец.

– Артист! Я ему аплодирую.

Кармен опустилась на стул.

– Главное, чтобы Янсен ему поверил.

– Поверит! Этому – поверит.

Скоро хоккейный матч закончился, и Монгол приказал Янсену ложиться спать.

– День был длинный, – сказал он, зевая. – Пора на боковую. Ты на диване, я – на тахте.

Тахта стояла у дверей, и Монгол, таким образом, превращался в сторожевого пса.

– Послушай, – просительным тоном заговорил Янсен, – я бы немного выпил. Нервы разошлись, боюсь, не смогу уснуть. Да и тебе не помешало бы…

На секунду Монголом овладело искушение подыграть Янсену и принести ему немного виски. А то и выпить вместе с ним. Но вслед за тем он решил, что это будет перебор, и если Янсен его проверяет, то такая покладистость его только насторожит.

Нет уж, вести игру, так только свою.

– Я бы не прочь, – зевая во весь рот, ответил он. – Да у хозяина, кроме кофе и молока, ничего нет. Просто какая-то старая дева.

– Жаль, – сказал Янсен. Лег на диван, укрылся пледом.

– Спи так, – предложил Монгол, раскидываясь на тахте. – Тебе тоже досталось, заснешь. Только, – он вдруг приподнялся на локте, – без дураков. У меня пистолет под подушкой, стреляю без предупреждения. А Кармен вообще бешеная. Ну, ты знаешь…

– Знаю, – подтвердил, усмехнувшись, Янсен.

Они затихли. Стукнула дверь. Молодая женщина зачем-то выходила на кухню. Янсен повернулся лицом к спинке дивана, накрылся с головой.

Монгол, следивший за ним сквозь веки, почувствовал, что начинает засыпать.

«Как бы не проворонить, – подумал он, отгоняя сон. – Если, конечно, он осмелится…»

В доме стало тихо до звона в ушах. По улице давно проехал последний автомобиль. Луна, смотревшая сквозь жалюзи, ушла за угол окна. Сон накатывался, как обморок. Монгол положил руку на грудь, задышал ровно и сильно. Его мускулистая грудь мерно качала воздух в легкие, носоглотка мирно посвистывала.

Под Янсеном воровато скрипнула пружина.

Посвистывания Монгола сейчас же прекратились. Какое-то время в гостиной стояла абсолютная тишина, потом размеренный свист продолжился.