День луны - Чингиз Абдуллаев

— Добрый день, — сказал незнакомый голос, —мы звоним по вопросу о капсулах. Передайте, что мы выдвинем наши условия черездесять минут. Пусть к телефону подойдет кто-нибудь из руководителей вашейконторы.

Дежурный офицер немедленно передал сообщение старшемудежурному, тот — руководителю аппарата министерства генералу Квашову, а ужгенерал доложил обо всем самому министру. Через десять минут телефон дежурногобыл подключен к телефону в кабинете министра и выведен на громкоговоритель.Прибывшие сотрудники ФСБ и МВД получили конкретные указания на возможностьвыявления террориста. Ровно через десять минут незнакомец позвонил снова. Наэтот раз по взаимной договоренности трубку снял генерал Лодынин.

— Слушаю вас, — спокойно сказал он.

— Я звонил вам десять минут назад, — сообщил тотже голос, — хочу передать вам наши условия. Сто миллионов долларов, стомиллионов фунтов стерлингов и сто миллионов немецких марок. Все в разныхпачках. И самое главное — бриллианты и драгоценные камни на сумму двестимиллионов долларов. Вы погрузите все это в самолет, который вылетит поуказанному нами адресу. Когда самолет благополучно сядет, мы выдадим вамкапсулы.

В противном случае мы знаем, как с ними поступить. Думаю, выуже догадались, что мы знаем и ваши приемы. На размышление один час. Ровно черезчас вы дадите ответ.

— Это невозможно, — торопливо сказалЛодынин, — собрать такую сумму в воскресенье, подготовить деньги,бриллианты. Мы обязаны доложить обо всем по инстанции.

— Не валяйте дурака, — посоветовал голос, — ине тяните время. Докладывайте и решайте.

Я не сказал, что через час жду самолета с деньгами. Мыпонимаем, как это сложно. Просто через час мы ждем вашего согласия. А уже потомрешим, что и как делать. До свидания.

Говоривший отключился. Лодынин посмотрел на директора ФСБ.Тот поднял трубку.

— Нашли, откуда звонили?

Видимо, ответ его не очень удовлетворил.

— Нашли, — недовольно сказал он. — Звонили смобильного сотового телефона, зарегистрированного в Германии. Говорившийнаходится сейчас где-то в районе Мюнхена.

— Какого Мюнхена? — не понял министр обороны.

— Города в Германии, — любезно пояснил директорФСБ, — он, кажется, столица Баварии.

— Вы хотите сказать, что капсулы из контейнера уже вГермании? — растерянно спросил министр обороны.

— Конечно, нет, — вмешался Лодынин, считавший, чтонужно поддержать реноме военных, — просто говоривший был уже в курсе всегопроисшедшего и знает, как и с кем нужно говорить. Поэтому и звонит из Германии.

— Сумасшедший дом! — разозлился министробороны. — Как же мы его задержим?

— Нужно дать указание вести наблюдение соспутника, — предложил Лодынин, — я думаю, мы сумеем достаточно точноопределить, кто именно звонил нам из Германии.

Министр внутренних дел тоже подошел к телефону.

— Посмотрим, что узнали мои ребята, — сказал он,недовольно глядя на окружавших его военных генералов. Он почему-то не любилвоенных. Может, потому, что в Чечне они, так и не сумев отличиться, свалили всев конечном итоге на его внутренние войска и милиционеров, вооруженныхпистолетами и автоматами.

Может, просто в силу корпоративной нелюбви полуштатскихлюдей, которыми считали себя офицеры милиции по отношению к офицерам армии.Главный милиционер связался с начальником московской милиции, которого радитакого случая уже полчаса назад разыскали на квартире дочери.

— Что у вас нового? — спросил министр внутреннихдел.

— Найдены трупы наших офицеров Парамонова иЗвягинцева, — доложил руководитель московской милиции, — их, видимо,не успели нормально спрятать. Торопились очень.

— Машину нашли?

— Пока нет. Но указания по полной блокировке города ужеданы. Если капсулы пока еще в городе, их уже будет труднее вывезти. Они, ксожалению, не радиоактивны, и мы не знаем, как именно их искать. Но город мыуже закрыли. Я приказал создать группу из самых опытных сотрудников МУРа длярасследования.

Мы нашли и другой автомобиль, участвовавший в нападении.Машина «Скорой помощи».

Двое террористов привезли своего раненого.

— Их хотя бы нашли?

— Нет. Но мы уже имеем их приблизительные фотороботы. Араненый находится под нашей охраной.

— Он может говорить?

— Нет. Очень тяжело ранен. Но врачи говорят, что квечеру он придет в себя. Вечером мы сумеем его допросить. А завтра утром ядоложу вам результаты.

— Завтра будет поздно, — жестко отрубилминистр, — результаты мне нужны уже сегодня. А еще лучше — через час.

— Когда? — не поверил на другом конце проводагенерал. — Через час? — Это был смехотворный, нереальный, сумасшедшийсрок, в который просто нельзя было поверить. За один час он не успеет дажесобрать в этот воскресный день всех нужных ему сотрудников МУРа.

Но по тону министра он понял, что тот не шутит. Однакосоглашаться на подобные сроки означало собственноручно подписать приказ о своемувольнении.

— Мы не успеем всех собрать, — тихо доложилгенерал. Министр внутренних дел просто положил трубку. И, уже обращаясь кЛодынину, спросил:

— Когда вы наконец найдете вашего специалиста? У насведь совсем нет времени, генерал.

— Его уже ищут, — ответил Лодынин.

— Вместе с террористами исчез один офицер. Вы хотя быэтим занимаетесь? — напомнил министр обороны. Лодынин повернулся в сторонугенерала Семенова. Тот кивнул головой.

— Полковник Борисов уже поехал к нему домой, —доложил он, — военная прокуратура возбудила уголовное дело.

— При чем тут уголовное дело? — раздраженноотмахнулся министр обороны. — У нас нет времени. Капсулы с биологическиморужием в руках террористов. Их нужно вернуть.

Вернуть любым способом. Если понадобится, поднять весьМосковский военный округ. Привлечь дополнительные войска. ДоложитьПрезиденту. — В кабинете наступила тишина.