Русский вор - Михаил Серегин

– А ну брось табуретку, Бармалей.

Бармалей не пошевелился, продолжая надвигаться на Полунина. Пепел же с появлением Волошина быстро все понял и отошел в сторону.

Рука Бармалея с зажатой в ней ножкой табуретки взметнулась в воздух для удара. Полунин приготовился отразить его. Но удара не последовало.

Одной рукой Бык схватил Бармалея за локоть, а второй зажал его шею так, что лицо Бармалея сделалось багровым.

– Леня, отпусти, удушишь же на хер, – прохрипел Бармалей, выпустив из руки табуретку, которая с грохотом упала на пол.

– Ты что же это, морда, землячка моего обидеть вздумал? – произнес Леня, продолжая держать Бармалея в своих объятиях. – Я тебе разве это разрешил? Опять самовольничать начал!

– Леня, не надо, бля… – еле выговорил Бармалей, задыхаясь, казалось, еще чуть-чуть, и он потеряет сознание.

Бык разжал свои стальные объятия, и его пленник вырвался на свободу, тяжело дыша и растирая горло ладонью.

– Леня, ты за кого заступаешься! Этот гад меня чуть наследства не лишил.

– Ну и правильно сделал, – усмехнулся Бык. – Нечего таких дятлов плодить.

Бык посмотрел на Полунина.

– Ладно, землячок, пойдем на улицу, побазарим. У меня к тебе одна маза есть. А мои братки тут с Изей поговорят.

Полунин настороженно посмотрел на Либерзона, затем на Леню и его братков и остался стоять на месте.

– Да не бойся, – усмехнулся Леонид. – Ничего этому жиду плохого не сделаем. Просто покалякают они тут.

Полунин понял, что Леня не врет, и вышел вместе с ним на улицу.

– Слушай, браток, – произнес Леня, как только они оказались наедине. – Ты где в армии служил?

– На Северном флоте.

– А точнее? – спросил Леня.

– Разведрота десантно-штурмового батальона морской пехоты.

– А, разведчик, значит. То-то, я смотрю, ты ростом не гигант, а морпехом служил.

Леня задумался на несколько секунд. Взгляд его синих глаз сделался холодным и сосредоточенным.

– Значит, подготовка у тебя соответствующая, – сказал он наконец.

– Соответствующая для чего? – недоумевая, задал вопрос Полунин.

– Дельце одно есть к тебе, – неопределенно проговорил Леня.

– Какое еще дельце? – спросил Полунин.

– Святое, – ответил Леонид. – Гниду наказать надо, обидчика твоего – Шевчука. Этот живодер вчера еще одного парня избил, Саньку Кудрявцева. Короче, эта паскуда многих уже достал. Мы с братвой посоветовались и решили наказать его. Как следует наказать, чтобы другим неповадно было беспредельничать… Помнишь наш разговор в медсанчасти?

– Помню, – хмуро ответил Владимир. Он начал догадываться, о чем идет речь.

– Ты готов исполнить приговор братвы? – задал вопрос Бык.

Полунин молчал, лихорадочно размышляя.

– Ладно, – произнес Бык после некоторой паузы. – Гнать тебя я не буду, подумай пока. Если надумаешь, свистнешь мне об этом. Скажу сразу, твое дело исполнить, а мы организуем все как надо, никто не подкопается.

Леня хлопнул Полунина по плечу, улыбнулся и добавил:

– Время у тебя есть, подумай. И помни об одном. Эта гнида нормально жить тебе здесь не даст. Я слышал, он тебя недавно опять в шизо упек.

Это было на самом деле так. Шевчук после выздоровления Полунина хотя и стал доставать его меньше, все же не забывал о Владимире, периодически «прессуя» его, придираясь по надуманным поводам.

Не так давно он снова вывел Полунина из себя. После чего Владимир послал его подальше. В ответ, кроме нескольких ударов дубинки, Полунин получил еще десять суток штрафного изолятора.

Когда после разговора с Волошиным Владимир, задумчивый, вернулся к Либерзону, то увидел, что Изя тоже сидит хмурый.

– Вы только подумайте, ну какие тут нужны нервы, – тяжело вздохнул Либерзон. – Что они от меня хотят? Этому поставь трудовой день, этому не ставь. Изя, сделай то, Изя, сделай се. Я же не господь бог, я всего лишь простой бухгалтер. Если узнает администрация лагеря, что я здесь творю, то моя башка превратится в барабан.

Либерзон посмотрел на молчавшего Полунина и спросил:

– А что Леня от тебя хочет?

– Да так, одну мелочь.

* * *

Наступила весна. Полунин отсидел на зоне уже полгода, когда Леня Бык вернулся к разговору, состоявшемуся между ним и Полуниным зимой.

В один из вечеров к Полунину подошел Пепел и коротко сообщил ему:

– Леня хочет тебя видеть.

Полунин молча встал и отправился вслед за Пеплом в барак, где обитал Леня.

– Ну что надумал? Времени было достаточно, – спросил Бык, когда Полунин уселся напротив него.

Полунин закурил сигарету и молча покачал головой.

– Почему? – спросил Бык.

– Я никогда никого не убивал, – ответил Полунин.

Волошин помрачнел.

– А если бы я тогда не явился в каптерку, к жиду, и Бармалей с Пеплом начали бы тебя мочить, ты, наверное, сопли бы не жевал и ответил бы тем же.

– То была бы самооборона, – объяснил Полунин.

– А разве то, что я тебе предлагаю, является чем-то другим? – сказал Волошин. – Разве ты не будешь бороться за свою жизнь и жизнь многих других зэков, которых эта паскуда еще отправит на тот свет? Как чуть не сделал это с тобой.

Полунин курил и молчал, наконец он сказал:

– А почему я? Я что, похож на палача?

– Дело не в этом, – деловито произнес Леонид. – У тебя подготовка. Мне рассказывали, как ты Бармалея отрубил. Тебя ведь в армии научили, как человека замочить. Ты сможешь это сделать так, что будет все шито-крыто и шум на зоне не поднимется. А мы тебе поможем, все уже продумано.

Леня наклонился ближе к Полунину, быстро и энергично зашептал:

– Тебе это надо сделать на бирже. В назначенный день мы сделаем так, что в третьем цеху все будут свои, то есть никого из стукачей не будет. Шевчук любит в свою смену прогуливаться по металлическому балкону вдоль стены, присматривая за теми, кто работает в цеху. Там на балконе есть несколько шкафчиков для одежды и для инвентаря. Очень крупный мужик там не поместится, а ты можешь спрятаться. Сквозь дыру в двери шкафа ты будешь наблюдать за передвижением Шевчука. После условного сигнала ты начинаешь действовать. Как только Гнида окажется к тебе спиной, ты выйдешь из шкафа и нападешь на него, но не с топором и не с заточкой.

Леонид пристально заглянул в глаза Владимиру.

– Как шею человеку свернуть, тебя в армии наверняка научили.

Владимир кивнул.

– Так вот, свернешь ему шею и сбросишь его тушу по металлической лестнице вниз. Все будет выглядеть как несчастный случай. Поскользнулся Гнида, упал с лестницы и сломал себе шею… После того, как сделаешь дело, через маленькое окошко выберешься по пожарной лестнице во двор, там обычно никого нету. Все, кто был в цеху, покажут, что Шевчук упал сам. А ребята с пилорамы подтвердят, что ты все время работал с ними, если вдруг оперативники начнут копать.