В прицеле - Олимпиада - Максим Шахов

— Точно говорю, — кивнул он. — Эти ребята на задержке дыхания, без акваланга, на сто метров ныряют. И не просто так, а работают. Например, починить что-нибудь или убить кого.

— А тут-то они что делают? — поинтересовался молодой сотрудник.

— Вроде бы товарищ у них в этом поезде ехал.

— Так бы и сказали, а то драться…

И группа оцепления вернулась к своим обязанностям за исключением старшего, которого пришлось отправить в больницу.

* * *

Поздно вечером бойцы группы, усталые и грязные, снова собрались в кубрике тральщика. Снова пили водку, но уже молча. Да и настроение было подавленное.

Тишину разорвал звонок мобильника. Кэп достал трубку.

— Слушаю, Татаринов, — представился он.

— Это Старостин. — Сидевшие рядом с Кэпом хорошо расслышали голос начальника в трубке. — Что вы там устроили? Только драки с фээсбэшниками нам не хватало.

Вице-адмирал не был занудой, хорошо понимал сложность момента, но не мог не сделать внушения. Впрочем, он тут же перешел к делу:

— Надеюсь, дракой дело не ограничилось? Что еще наработали?

Кэп прокашлялся, очищая горло.

— Да какая это драка, товарищ вице-адмирал! Так, слегка поучили пижонов зажравшихся. Не хотели нас пропускать на место происшествия. А как они работают, вы и сами знаете.

— Ну, об этом вообще не наша задница чесаться должна, — заметил Старостин. — Составь докладную и отправь по инстанциям. Или у тебя принцип — братьям по разуму ни зернышка?

Кэп выругался:

— Я попробовал до фээсбэшного начальства, которое там ошивалось, достучаться, так они меня и слушать не захотели. Для них это только лишний геморрой, а доказательств у меня никаких, одни догадки и предположения. В наших ведомствах моя записка будет годами круги нарезать. А дело, кажется, неотложное.

Старостин на другом конце линии насторожился.

— Надо было по другим местам стучать, — не удержался он от мимолетного упрека. — Ладно, хвалитесь. Накопали что-то интересное?

— Так точно. Весь день корячились… Как — Поручик расскажет. В результате мы пришли к выводу, что там был не один, а два взрыва. Один разрушил опоры моста. Значит, заряд был установлен в конструкции эстакады, причем заряд бризантный, дробящий. Другой разорвал вагоны, и эта взрывчатка находилась внутри поезда. Вероятно, Павел обнаружил именно ее. Ту самую, розовую, в виде эластичных ковриков. Это уже фугас, причем фантастической силы. Что получается? Версии две. Первая — две разные банды случайно заминировали и взорвали один поезд в одном месте и в одно время. Вы такое совпадение допускаете? Я — нет. Вторая версия — кто-то просто провел испытание новой комбинированной бомбы чудовищной силы.

Несколько секунд Старостин обдумывал услышанное. Потом спросил:

— А что тебя, собственно, пугает? Все это, конечно, очень плохо. Но это не первая взорванная бомба и, к сожалению, не последняя. А Паше просто не повезло. Или вы считаете, что поезд взорвали из-за него?

— Нет конечно. Просто если испытания «чего-то» прошли успешно, то после испытания это «что-то» обычно поступает в производство. Отсюда вопрос: что еще они собираются взорвать?

Старостин снова помолчал, потом закончил:

— Ну ладно, я обдумаю ваше сообщение. Может быть, все не так страшно. А сейчас собирайтесь — и в отпуск. Отдыхать на полную катушку. Копите силы. Когда вернетесь, я вас до седьмого пота загоняю. Ребятам привет передавай.

И отключил связь.

Татаринов убрал мобильник:

— Ну, все слышали? Приказ начальника — всем срочно отбыть в отпуск.

— Похоронить бы надо Пашку, — недовольно проворчал Боцман.

Марконя нервно хмыкнул:

— Как? Ты же сам видел — никаких останков, все в газ обратилось.

— Да, жуткий взрыв, — согласился Док.

— Надо бы его жену предупредить, — предложил Малыш и поправился: — Вдову…

Боцман выругался:

— Да уж, повезло этой стерве… Теперь ей и разводиться не надо. А больше у него никого не было?

— Нет, — буркнул Кэп. — Плакать никто не будет.

— Зато есть тот, кто будет мстить, — проговорил вдруг молчавший до этого Поручик и стукнул стаканом об стол.

Сидевший рядом Марконя даже вздрогнул от неожиданности.

— Кому мстить? Ты что, знаешь, кто это устроил?

— Найдем, — твердо заявил Поручик. — Тут одно ясно: ребята они слишком борзые, чтобы тихо сидеть. Значит, рано или поздно проявятся. Думаю, скорее рано, чем поздно.

Марконя скривился:

— Кончайте играть в сыщиков. Не фиг лезть не в свое дело. В каждом деле должны разбираться профессионалы. Мое дело — связь без брака. И вообще, я, может, тоже скоро женюсь, поэтому ни в какие авантюры больше не влезаю.

Боцман толкнул его локтем:

— Женишься? Да иди врать! А как же твой девиз — «связь без брака»? Кстати, если бы ты поехал с Пашкой, мы бы сейчас вас обоих…

Он замолчал. Но Марконя не успокоился:

— Если бы да кабы! Поехал — не поехал… А мог бы и вообще не родиться или в детстве помереть от свинки. Хватит предположений! Нам приказано отбыть в отпуск, и я в него отбываю. Самолетом, поскольку поезда теперь пустят не скоро. Поручик, ты со мной едешь?

Но Боцман опустил на плечо старшему лейтенанту свою тяжелую руку.

— Не слушай его, Денис. Поехали лучше ко мне. Лето, Крым… Чего еще надо? У меня же дом под Алуштой. Выходишь в сад, персики — во! — Боцман продемонстрировал свой кулак размером с небольшое пушечное ядро.

— Боцман, о чем ты говоришь? — урезонил его Кэп. — Какие персики, лето только началось. Хочешь, я с тобой поеду?

Боцман удовлетворенно потер огромные ладони:

— Та-а-ак, одного уговорил. Ребята, я всех приглашаю, приезжайте. Телефон мой у вас есть, так что жду.

Он поднялся и, не глядя ни на кого, стал собирать свои вещи.

* * *

Поручик не полетел на самолете. Слишком много суеты, к тому же он терпеть не мог металлоискателей. Он отправился с Кэпом и Боцманом на машине командира. Когда проезжали место взрыва, им пришлось остановиться. Дорога была запружена автобусами и машинами, которые развозили к соседним станциям пассажиров задержанных поездов. Движение по железной дороге должны были восстановить в лучшем случае к вечеру, а возможно, и еще позднее.

На одной из машин — стареньких «Жигулях», которые в народе зовут «шахид-такси», — ехали Санчес и Аладдин. Увидев двух девушек, сидевших неподалеку от дороги на больших сумках, Санчес вырулил на обочину.

Аладдин высунулся из окна:

— Эй, девчонки, давай, залезай! Мы в Москву едем. Довезем бесплатно.