Компромат на президента - Сергей Зверев

– Открыто! – и тут же вновь приложилась к банке с пивом.

Первым зашел ее спаситель – Цирюльник, следом за ним Хайновский, последним Порфирьев, он прикрыл за собой дверь. Одного взгляда, брошенного на Хайновского, было достаточно, чтобы понять – у человека много денег. Дорого и со вкусом одет, на пальце перстень с крупным бриллиантом. Михаил Изидорович присел на кровать. По-немецки он говорил сносно.

– Тебя как зовут?

– Валькирия, – без большой охоты ответила девушка.

Хайновский потер подбородок.

– Так тебя друзья называют, но имя-то у тебя есть? Гертруда? Роми? Урсула?..

– Марта.

– Так вот, Марта, – вкрадчиво заговорил Хайновский, – мне надо знать все об этом человеке. – Он вытащил фотографию и указал пальцем на Бондарева.

– Не знаю я ничего. С Куртом он сошелся уже здесь, в Берне.

– Говорил с акцентом?

– Нет, даже слишком правильно, как телевизионный диктор.

Порфирьев только крутил головой, не понимая из разговора ни слова, но он уже чувствовал, что босс «завелся».

– Ты должна знать, куда они собрались, – убежденно произнес Михаил Изидорович.

– Может, и знаю…

– Знаешь.

Марта колебалась, раздумывала, стоит ли открываться гостю, а если да, то что требовать взамен. Хайновский чуть заметно кивнул Порфирьеву. Начальник охраны поднялся, неторопливо приблизился к девушке. Марта нервно теребила в руках телевизионный пульт. Николай забрал его и нажал кнопку, небольшой номер тут же заполнился телевизионной музыкой. И тут Порфирьев схватил Марту за волосы, запрокинул ей голову, прижал к спинке кровати и рявкнул по-русски:

– Где?!!

– Он очень расстроен из-за того, что натворили твои друзья, – тихо прошептал на ухо девушке Хайновский, – и не надо его злить.

Марта попыталась освободиться, схватила запястье Порфирьева, но не смогла ни на сантиметр сдвинуть его руку.

– Я скажу. Пустите.

Начальник охраны понял, что достиг нужного результата, и разжал пальцы.

– Принеси из машины карту, – попросил Хайновский.

* * *

От прежней компании байкеров осталось немного – пять человек. После допроса в полиции Берна Курт не рисковал задерживаться в Швейцарии. Теперь его приютили Австрийские Альпы. В горах, на головокружительных серпантинах, было где порезвиться, поднять уровень адреналина в крови. Среди скал звук работающего двигателя казался в несколько раз сильнее, чем на равнине.

Пять мотоциклов возвращались к лагерю, разбитому в небольшой роще, примостившейся на самом краю обрыва. Уже смеркалось, вспыхнули фары, их свет отразился в укатанном тысячами колес шоссе. Чистый горный воздух остужал разгоряченных мужчин, затянутых в кожу. Курт потрогал притороченную за ним к седлу упаковку пива.

«Холодное, даже банки еще влажные, и ветер их не высушит», – подумал байкер, прибавляя скорость.

Курт специально разогнался, вырвался вперед, чтобы красочно вписаться в крутой поворот перед самой рощей. Он привстал, ожидая, когда мотоцикл уйдет с асфальта и помчится по тряской каменистой тропинке. Брызнули, полетели из-под колеса мелкие камни. Рев моторов забился между скал. Конусы света пяти мощных фар метались по дороге, выхватывая из темноты кроны деревьев. Тут Курт резко нажал на ручку тормоза – прямо перед ним, словно из ниоткуда, появилась толстая мохнатая веревка и ударила в грудь. Мотоцикл вырвался из рук, промчался с десяток метров и заскользил по камням, высекая искры.

Еще трое байкеров оказались выбитыми из седел. Только последний успел пригнуться – практически лег на руль, проскакивая под веревкой. Еще не поняв, что именно произошло, он остановился, и тут же ему сзади на затылок обрушился удар чем-то тяжелым. Байкер рухнул на землю, сверху на него упал мотоцикл. Порфирьев отбросил в сторону кусок металлической арматуры и ткнул в голову байкера ствол пистолета. На небольшую фотографию упал свет фонаря. Охранник Вадим, последнее время работавший в бернском офисе одной из фирм Хайновского, спросил по-немецки:

– Кто он? Где он сейчас? – и ткнул пальцем в фотографию Бондарева.

– Не знаю, – прохрипел байкер, упавший мотоцикл крепко прижал его к земле.

– Он не знает, – перевел ответ Вадим.

Тут же прозвучал выстрел. Порфирьев с еще дымящимся пистолетом в руке подбежал к поднявшемуся на колени Курту. Предводитель байкеров хрипло дышал, от удара о натянутую веревку у него были сломаны два ребра. Курт выхватил из-за ремня пневматический пистолет, держа его двумя руками, наставил на Порфирьева. Вадим выстрелил Курту в грудь. Байкер выронил пистолет и завалился на бок.

Начальник охраны Хайновского нагнулся, поднял пистолет.

– Да это же игрушка – пневматический! – зло крикнул он.

– Некогда было разбираться. Он целился в вас.

– Он мог знать, где его искать! – Порфирьев толкнул Вадима в плечо.

Один из байкеров был мертв – сломал шею при падении. Особо не надеясь на удачу, Порфирьев приказал связать двух оставшихся в живых. Он бил пленников, останавливался лишь на пару секунд, чтобы спросить:

– Вспомнили, где он? – и вновь наносил удар за ударом.

– Они не знают, иначе бы уже сказали, – вставил Вадим.

– Они получат свое. Заводи мотоцикл.

Порфирьев бросил конец веревки Вадиму, тот надежно завязал ее за ручку седла.

Начальник охраны взялся за руль, прибавил газу и отпустил сцепление. Мотоцикл на первой скорости потащил связанных байкеров к пропасти. Перед самой кромкой Порфирьев прибавил газ, и машина рухнула в темноту ущелья. Перед ним мелькнули два связанных тела. Протяжный крик отразился от скал и резко оборвался звуком мягкого удара. Еще несколько секунд слышалось, как мотоцикл ударяется о камни, а потом полыхнула вспышка.

– Сбросьте их всех, вместе с вещами и мотоциклами, – устало произнес Порфирьев, опускаясь на камень.

Он вынул обойму из рукоятки пистолета, сосредоточенно передернул затвор, поймал на лету вылетевший патрон и защелкнул его в обойму. В его руке заплясал огонек бензиновой зажигалки, высветив на фотографии нечетко запечатленное лицо Бондарева. Начальник охраны Хайновского всматривался в него и кусал губы.

– Все готово, можем ехать, – тронул его за плечо Вадим, – до вашего вылета осталось восемь с половиной часов.

Николай Порфирьев ответил не сразу, сперва он клацнул крышечкой зажигалки, огонек погас.

– Да, задерживаться здесь не стоит. Огонь ночью виден издалека.

– Как поступить с девушкой?

Порфирьев прочертил пальцем на каменистой земле черту и тут же затер ее ногой, злорадно улыбнулся.

– А это уже тебе самому решать.