Братья по оружию - Иван Стрельцов

Магамед Карипов участвовал в обеих военных кампаниях, а в перерывах между ними занимался привычным для себя делом – грабежами, убийствами и похищением людей. Как раз за издевательства над заложниками его прозвали Садистом.

Другим полевым командиром был Руслан Мирзоханов. В прошлом инженер-нефтяник, он воевал вместе с Шамилем в Абхазии, потом в Карабахе и Югославии (естественно, на стороне мусульман). Война стала для него образом жизни, и другой перспективы Воин для себя не видел.

Оставшиеся трое – Бабрак Халаев (Ункас), Умар Салманов (Шайтан) и Алихан Мусаров (Кобра) – прошли длинный и кровавый путь от рядовых боевиков до «бригадных генералов» и только благодаря личным качествам стали полевыми командирами, достойными присутствовать на военном совете.

Собравшиеся первым делом установили на металлический штатив небольшую любительскую видеокамеру. Кобра тщательно проверил ракурс, который захватывал в объектив «мыльницы» всех собравшихся. После случая, когда один из приглашенных журналистов оказался шпионом федералов и по его наводке аул, где собрались полевые командиры, подвергся атаке фронтовых бомбардировщиков, а Ушастому с Хромым едва удалось унести ноги, съемку производили своими силами.

Главное в съемке для богатых арабских спонсоров – насыщенная видеозапись, конкретные доказательства эффективной «борьбы с неверными», поэтому следовало разыграть настоящее представление по всем канонам приключенческого жанра.

Сперва президент в нахлобученной на голову неизменной каракулевой папахе вел долгое повествование об удачных операциях повстанцев, затем торжественно награждал именным оружием (пистолетом Макарова с серебряной инкрустацией) Шайтана как наиболее отличившегося в боях с федеральными войсками. Наконец запись подошла к концу, камеру быстро убрали, а кассету упаковали в специальный контейнер, который в самое ближайшее время должен будет отправиться за рубеж к заказчикам.

– Теперь перейдем к главному, – все еще находясь под впечатлением съемки, важно объявил Ушастый.

Он занял «председательское» место во главе стола, перебирая четки из черного дерева. Шамиль лишь усмехнулся в бороду, но возражать не стал. В конце концов, ни одно совещание не обходится без «свадебного генерала», почему бы сейчас эту миссию не возложить на президента? А если задуманное выгорит, вот тогда можно будет по-настоящему разобраться, кто же станет «Верховным».

– Все готово к операции «Штурм», – после паузы вновь заговорил президент. Неожиданно он задрал вверх голову и посмотрел на просвет между горами, где виднелся бледно-голубой кусок неба, будто ожидая очередного появления российских штурмовиков.

Хоть «бригадным генералам» и казалось, что они в безопасности, но последнее заявление президента России и министра обороны о «превентивных ударах по террористам в любой точке земного шара» нельзя было оставлять без внимания.

Небо по-прежнему оставалось чистым и тихим. Тяжело вздохнув, Ушастый продолжил:

– Я получил сведения, что судно с ракетными установками уже в порту. Через два дня они будут у границы, поэтому необходимо обеспечить переход.

– Мои люди ударят по заставам, изображая прорыв за границу, – вставил Ункас. План предстоящих действий был уже разработан и обсужден, теперь только следовало подтвердить готовность к его воплощению в жизнь. – Потом все силы пограничников оттянем на себя и уйдем в горы. Караван пройдет через границу, как по правительственной трассе.

– Караван будет сопровождать мой отряд, – продолжил Руслан Мирзоханов. – Думаю, за неделю мы доберемся до Волчьей лощины, там нас будут встречать. Чтобы не затягивать с процессом передачи ракетных установок, прибудут представители от Кобры, Садиста и Шайтана. Они будут доставлять пусковые установки адресатам в аулы и города. На все про все уйдет минимум три дня.

– Что с «подарком» от московских друзей? – поинтересовался президент.

– Получили «подарок», – кивнул Шамиль, – и даже рассортировали его. Осталось лишь отправить адресатам. Но это легче, чем транспортировать ракетные установки.

– А как твой батальон «Черных вдов»? – пристально глядя прямо в глаза Шамиля, спросил Ушастый. Полевой командир спокойно ответил:

– Они готовы, могут быть использованы как управляемые мины, а если надо, то и как обычные, но хорошо подготовленные бойцы.

На самом деле объявленный Шамилем батальон женщин-смертниц «Черные вдовы» имел численность в полторы сотни человек и по составу больше походил на мотострелковую роту. Но слово «батальон» звучало куда более внушительно, подобное было под стать «бригадным генералам», командующим бандами в несколько десятков стволов.

– Это хорошо, – снова кивнул президент. Он поднялся со своего места и, опершись костяшками пальцев о шаткую поверхность переносного стола, заговорил: – Мы должны собрать все силы в один кулак и нанести такой мощный удар, чтобы в считаные часы вышвырнуть федералов за пределы нашей республики. Потом за них возьмутся наши друзья в Москве, Евросоюзе и Вашингтоне. Они принудят русских признать нашу Ичкерию независимым государством.

– Может, для большей убедительности устроить пару-тройку крупных диверсий на территории России? – неожиданно предложил Шамиль. В его распоряжении находилось несколько террористических групп, размещенных в больших городах (Москве, Петербурге, Воронеже и Челябинске). Они были внедрены на различные предприятия, где совершение даже незначительных диверсий могло привести к крупным техногенным катастрофам.

– Нет, – протестующее мотнул головой Ушастый, – это может дать обратный эффект. Как это было после взрывов в Москве. Русские рассвирепеют и потребуют от своего правительства возмездия, вот тогда нам не помогут никакие друзья.

– Значит, нужно пролить как можно больше крови в самой Ичкерии, – вставил свое слово Садист. – Особенно крови этих псов из батальона «Восток» и президентского батальона. Я лично буду им резать головы и насаживать на колья в центре Грозного, чтобы все видели, как мы поступаем с предателями.

– Все эти батальоны «Восток», «Запад» и прочие – это забота наших арабских друзей, – президент указал на сидящего рядом с Шамилем Алмади. Египтянин самодовольно улыбнулся и едва заметно кивнул.

Все вопросы были обсуждены, и военный совет можно было завершать, но по традиции еще со времен службы в Советской армии президент задал последний вопрос:

– Есть какие-то непредвиденные новости?

– В горах бродит отряд какого-то Дария, судя по персидскому акценту – это иранские наемники. Через границу их перевел Падишах, но обустроить не успел. Его подстрелили гоблины на одном из блокпостов. Теперь этот отряд скитается неприкаянно по горам и нападает на федералов, – сообщил Кобра, который неоднократно слушал радиоспектакли. – Должен заметить – довольно удачливый сукин сын.

– Что ж, пусть ему помогает Аллах, а мы его наградим, когда все закончится, – ответил Ушастый и добавил: – Аллах акбар.

– Аллах акбар, – эхом вторили ему полевые командиры.