Пустыня – наш союзник - Сергей Зверев

– Барс, это Зима! – снова раздалось из коммуникатора. – Наш юный друг не советует держать это направление.

– Какого лешего ему неймется? В чем дело?

– Он говорит, что, когда его группа следовала в Сурум, они в этом районе дважды сталкивались с крупными рейдовыми отрядами оппозиции.

– Откуда он знает, что они были рейдовыми?

– Это я так его понял, – ответил переводчик. – Отряды маневрировали в этих местах в сопровождении легкой бронетехники. Они останавливали людей Фараха и проверяли у них документы, да еще с кем-то по рации связывались. Уточняли.

– Хорошо. Я понял тебя, Зима.

Котов снова развернул на коленях карту и стал рассматривать ее. Если пленный не врет, тогда его информация может означать, что данная местность активно патрулируется вооруженными формированиями оппозиции. Зачем? Карта соскальзывала с коленей, когда машина прыгала на неровностях рельефа, и капитану приходилось держать ее на весу.

Командир по привычке глянул в боковое зеркало. Колонна шла хорошо, с ровными интервалами, позволяющими глотать меньше пыли и не растягиваться по местности на сотни метров.

«Нормально идем, компактно, – подумал Котов. – Но не мешало бы оглядеться, как-то перестраховаться».

– Смотри вон туда, – сказал Котов водителю и показал рукой в перчатке вперед и левее их курса. – Видишь большие каменные столбы? Давай туда. Только не напрямик, а правее возьми, по дуге двигайся.

– Да, вижу, – ответил водитель.

Колонна стала уходить вправо, а потом по дуге понеслась к большим камням, похожим на развалины какого-то храма, выстроенного, а потом разрушенного самой природой. Огромные валуны, целые столбы, стены с титаническими трещинами. Котов резонно полагал, что во всем этом великолепии, возникшем в результате горообразования и выветривания, найдется укромное местечко, чтобы на недолгое время спрятать там четыре машины.

Через пятнадцать минут все пикапы остановились возле естественных каменных стен. Котов подозвал к себе Белова и легко вспрыгнул на крайний валун.

– В чем дело, командир? – Белов присоединился к капитану и стал осматривать окрестности. – Бандерлоги близко? Я слышал, что Ахмад там пел про патрули.

– В этом есть резон, Саша. По нашим собственным данным и по сведениям, полученным от так называемой умеренной оппозиции, которая начинает искать пути к примирению…

– А скорее не хочет упустить шанс поучаствовать в дележке пирога, если коалиция все же свалит Асада, – вставил Белов.

– Это не наша головная боль, – поморщился Котов. – Итак, южнее в трехстах километрах находится крупная база боевиков. Наши военно-космические силы ее пока не трогают. Сирийцы говорят, что там много гражданского населения. А северо-западнее расположен поселок Хилаган, который тоже под контролем боевиков. Между ними дикая каменистая пустыня.

– Тогда естественно, что ее патрулируют. Что, поверим парню? Значит, надо прокладывать маршрут так, чтобы в любой момент поблизости оказалось хоть какое-то укрытие. Например, выходы вот таких же скальных пород либо естественные понижения рельефа.

– Скорость потеряем, а это недопустимо, – со вздохом проговорил Котов. – Руководство лагеря, где готовился Ахмад, уже может знать о гибели Фараха и разгроме боевиков, дислоцировавшихся в Суруме. Не исключено, что об этом известно и в том самом штабе, который курирует работу лагерей. Там могут предположить наше появление. Они ведь тоже не дураки. В тактике неплохо соображают.

– Не они, так инструкторы западные, – поддакнул Белов. – Ладно, пойду-ка я загоню машины в камни. Потом покумекаем.

Котов забрался на скалу и устроился с биноклем метрах в пятнадцати над землей. Сначала он методично осмотрел местность южнее и западнее. Там не замечалось никаких следов движения техники. Потом капитан повернул бинокль на северо-восток и почти сразу увидел колонну.

Он разглядел характерные очертания пары старых БМП и нескольких пикапов с вооруженными людьми. Очень мобильная группа, обладающая хорошей огневой мощью. На двух пикапах стояли весьма массивные пулеметы. Значит, они крупнокалиберные.

– Ну и что там интересного, командир? – раздался за спиной капитана голос Белова вслед за шуршанием осыпающихся камешков.

– Полюбуйся сам. – Котов показал рукой в направлении колонны, проходившей вдалеке.

Белов некоторое время рассматривал в бинокль технику, потом пробормотал:

– А на одном БМП антенна командирская. Значит, у них еще и задача поддерживать удаленную связь. С кем? С базой. А ведь получается, что пацаненок-то нас спас.

– Да, хорошо, что он сказал о том, что район опасный. Нарвись мы на такую группу – мало не покажется.

– Они на юг пошли. Может, проскочим?

– Надо убедиться в том, что боевики не развернутся и не пойдут назад. Подождем еще.

– Левее низинка за скалами, – сказал Белов и перевел бинокль чуть в сторону. – Километров на десять вытянулась. В ней нас с востока видно не будет. Там сплошной камень, пыли нет.

– Я уже прикидывал этот вариант, – проговорил Котов. – Там даже что-то вроде слегка наезженной грунтовой дороги виднеется. Кто тут ездит, интересно? И куда?

– Старая дорога, – заметил Белов. – Может, камень брали. Доломит, например, для строительства шоссе.

– Да? Значит, мы в конце упремся в карьер или какую-то иную горную разработку. А вдруг ее ни объехать, ни обойти?

– Все может быть. Если там добывали доломит, то точно все вокруг разворотили. Только на «БелАЗах» можно проехать. Есть предложение, командир.

– Излагай.

– Давай-ка я сгоняю с одной машиной на разведку, да? Проверю дорогу, осмотрюсь. Если что, вернусь. Или же сообщу, что все в порядке, и подожду вас там.

– Не спеши. Пусть сперва исчезнут из поля зрения вон те неприятные ребята.

Котов и его заместитель молча рассматривали в бинокли машины, сопровождаемые двумя БМП. Колонна шла не спеша, и это обоим спецназовцам не нравилось. Прошло пять минут, потом еще десять.

– А ты видел, командир, что девчонки нас провожать выходили сегодня под утро? – неожиданно осведомился Белов.

– Что за девчонки? Снайперы?

– Да… – Белов как-то странно замялся. – Точнее сказать, всех я не видел. Одну только.

– Мариам? – вырвался вопрос у Котова, и он тут же мысленно выругал себя за несдержанность.

– Да, – тихо ответил Белов.

Командиру странно было слышать эти теплые нотки в голосе сурового, неразговорчивого и крайне неэмоционального старшего лейтенанта.

– Хорошая девчонка. Они все большие молодцы, но Мариам как-то выделяется. Не находишь, командир?

– Да… – неопределенно протянул Котов, не зная, оборвать своего заместителя, чтобы не лез со своими предположениями туда, где командир сам еще не разобрался, то ли поддержать разговор.