Охота на поросёнка - Григорий Шепелев

— Поэтому Ольгу ищете?

— А она такая?

— Такая. И ростом повыше вас.

— В таком случае, этой барышне цены нет, — хмыкнул Юрий Семёнович. — Ростом выше меня! Здоровая! Хорошо.

— Если нет цены, то нет и предмета для разговора, — заметил Мельников.

Поглядев на него, Баранов заговорил сухим, властным тоном:

— Если я правильно понимаю, над вами в рамках этого дела начальствует непосредственно Прохоров. Идиот Руденко из игры вылетел, так как начал свою, соблазнившись Алимовскими подачками. У меня нет желания оплачивать надувание генеральских щёк и пафосный ор про то, что без подключения всех структур МВД ничего не выйдет. Поэтому я обратился не к Прохорову, а к вам. У вас достаточно власти, чтоб отстоять мои интересы.

Баранов подержал паузу и продолжил:

— Перехожу к сути дела. Вы знаете, что Юсупов имел очень сложные отношения с одной из московских банд, известной на всю планету?

— Конечно, знаю. С солнцевской ОПГ.

— Ну вряд ли вы знаете, что на той неделе Юсупов этот конфликт обострил, перейдя дорогу двум беспредельщикам.

— Одного из них звать Халдей, — зевая произнёс Мельников, — а второго…

— О! Воскликнул Баранов, — вы молодец, чёрт бы вас побрал! Теперь то я понимаю, почему вам взяток несут не меньше, чем начальнику паспортного стола в престижном районе.

— Но вы никогда не поймете, почему я их не беру. Или у вас есть доказательство обратного?

— У меня их нет. Я терпеть не могу копаться в грязном белье. Гораздо приятнее, на мой взгляд, швыряться деньгами.

— Халдей этого чеченца не убивал, — вернулся Мельников к теме, — других мочил. Но Юсупова замочил не он.

— Я с вами согласен.

Мимо шагали два молодых педераста. Один из них присмотрелся к Мельникову с Барановым, и, хихикнув, что-то шепнул своему товарищу. Тот, взглянув, расплылся в улыбке. Оба остановились.

— На … отсюда! — заорал Мельников. Этим криком голубых сдуло как ураганом.

— Да, вы правы, Халдей этого чеченца не убивал, — продолжил Баранов, — и это странно, — Халдей, как правило, долго не размышляет. Юсупов же в конец обнаглел. Решил вырвать из рук Халдея два ночных клуба. Плевать он хотел на то, что за Халдеем большие люди стоят. Огромные люди, можно сказать. Халдей убрал бы его. Он и не таких убирал, но кто-то опередил Халдея. Возможно, всего на час. Тот, кто это сделал, никак не связан ни с какими структурами и ни с какими персонами, заинтересованными в смерти Юсупова. Вы согласны?

— Да, — сказал Мельников, бросив окурок в урну.

— Ну а так как убийца — хрен знает кто, он будет нащупывать самые различные пути сбыта того, что взял. Вы в курсе, сколько стоит браслет, который ему достался?

— Триста пятьдесят тысяч долларов.

— Точно. И как вы думаете, он сможет его продать?

— Только по частям. И только в том случае, если у него есть хорошие связи.

— Теперь — никак.

Достав из кармана фотографический снимок Юрий Семёнович протянул его Мельникову. Тот взял, посмотрел. На фоне парижского отеля «Риц» Юсупов, смеясь, обнимал смеющуюся шатенку в вечернем платье. На здоровенной руке чеченца, свисавшей с хрупкого плеча дамы, сиял браслет.

— Да, камешки хорошо видны, — сказал Мельников. — Могу я взять фотографию?

— Разумеется. Мне то она зачем? Ну так как, товарищ майор? Сотрудничать будем?

— А вы ещё не сказали, чего хотите.

— Разве я не сказал? Я хочу того же, что и Агеев.

Мельников усмехнулся.

— Агеев хочет Родину защитить.

— А вот это номер, — прикинулся изумлённым Баранов. — И от кого он хочет защитить Родину, разрешите осведомиться? От самого себя и своих начальничков? В таком случае, им действительно надо найти дискету и передать её в руки прессы. Тогда их сразу порвут на части, поскольку всем всё станет понятно насчёт взрывающихся домов.

— Как она попала к Юсупову? — спросил Мельников, помолчав.

— История, если вкратце, такая вот. Дискета содержит компрометирующие материалы на нескольких человек, имеющих косвенное отношение к этой гнусности. Если на них надавить, используя эти материалы, они расколются.

— А не проще ли их убрать, чем искать дискету, которая, вероятно, уже размножена?

Ощущалась близость грозы. Воздух становился тяжёлым, душным, горячим. Александровский сад продолжал оставаться немноголюдным.

— Двое из них находятся в Лондоне. И не собираются возвращаться, — сказал Баранов. — А убирать остальных, оставляя этих, нет никакого смысла. Кроме того…

— Простите, а компроматы были созданы руководством?

— Да, для предотвращения информационной утечки. На прямых исполнителей компроматы рыть какой смысл? Тот, кто закладывал гексоген под жилые дома, итак никогда никому об этом не скажет. А тех, кому предстояло просто быть в курсе, на крючок посадили. Информация была сразу слита Юсупову — сами знаете, как у нас сейчас делаются такие дела. Получив дискету, Юсупов распорядился устранить продавца, что и было сделано. После этого он решил, что расходы на покупку дискеты должен ему возместить Алимов, глава чеченской диаспоры в Москве. А кто, как не он, обязан платить за торжество правды в данном вопросе? Взрывы то вешают на чеченцев, жить им в Москве становится невозможно. И самого Алимова затаскали по кабинетам, хоть бросай бизнес и уезжай. Все эти соображения Юсупов высказал Харсанову в казино. Харсанов всё передал Алимову. Тот с деньгами поехал домой к Юсупову. Остальное вы знаете.

— Юсупов, наверняка, не дожил бы до рассвета, даже если б Халдей и не шёл за ним, — предположил Мельников, — готов спорить — Алимов сразу же позвонил в ФСБ, чтоб выслужиться, пусть даже в ущерб своим интересам. Он — человек трусливый до неприличия.

Бизнесмен молча пожал плечами. Проводив взглядом девушку в мини-юбке, Мельников поинтересовался:

— Вы — человек Березовского?

— Друг, — уточнил Баранов.

— Борис Абрамович не сообщал вам по-дружески, сколько он готов отвалить за эту дискету?

— Миллион долларов.

Мельников почесал затылок. Юрий Семёнович усмехнулся.

— Я понимаю — для вас, конечно, это звучит, да и для меня тоже. Но в масштабах нормального бизнеса это — тьфу. Миллион долларов! Капля в море. Заплатят, не сомневайтесь.

— Сумма довольно жалкая, — сказал Мельников.

— Вот вы как? Хотите поторговаться? Или устроить аукцион? Пожалуйста. Покупатели: Я, ФСБ, чеченцы. Я предлагаю вам миллион. Чекисты предложат автомобильную катастрофу, чеченцы — пулю. Выбор за вами.

Мельников промолчал. Он не сомневался — разговор пишется. Из Замоскворечья волокло плотную синеву. Доносились громы.