Мастер перехвата - Альберт Байкалов

Супругов провели внутрь здания и втолкнули в камеру. Орцхо стянул с пленников шапочки.

– Что это? – жена Максима Павловича схватилась за грудь и пошатнулась. – Господи. Тюрьма?! – она перевела взгляд на супруга: – Ты что-нибудь понимаешь? Это из-за работы?

– Успокойся, – он обнял ее за плечи левой рукой. – Нам сейчас все объяснят. Может, это просто розыгрыш?

С надеждой на положительный ответ он заглянул в глаза Орцхо.

Двери со скрипом, от которого по спине побежали мурашки, открылись, и в камеру вошел Умалат.

– Ну здравствуйте, Максим Павлович.

– Разве мы знакомы? – ученый растерялся.

– Заочно, – развел руками чеченец. – Пусть пока ваша супруга побудет здесь, а вы пройдете со мной.

Разговор продолжился в кабинете начальника «тюрьмы». Круглый на это время вышел. Умалат устроился в кресле за письменным столом, а Белякову любезно предложил сесть на стул у стены.

– Пожалуйста, не мучайте меня, скажите, что вы хотите? – быстро заговорил Беляков, то и дело оглядываясь на двери. – Квартиру, деньги, машину? Поверьте, я не располагаю теми средствами, которые имеют люди, достигшие моего положения за рубежом.

– От вас требуется одно: выполнять все наши требования и ни о чем не спрашивать. Обещаю, ровно через две недели вы уже будете снова дома и забудете все произошедшее как страшный сон.

– Я должен стать предателем? – неожиданно спросил Беляков.

– Нет, – покачал головой Умалат. – Просто нам необходима независимая экспертиза некоторых ядерных объектов в одной из мусульманских стран. Вы осмотрите предприятия, на которые президент этой страны не желает допускать комиссию МАГАТЭ, сделаете заключение. Ваше имя известно на Западе.

– Это Иран? – Беляков наклонился вперед.

Умалат кивнул.

– Но…

– Никаких но, – покачал головой Умалат, – разве вы не видите, насколько все серьезно? Кроме этого, вам заплатят. С вами поедет ваш коллега, Галкин Сергей Петрович.

– Он уже согласился? – Беляков, не мигая, уставился на бандита.

– Кто же хочет смерти родственникам?

– Вы хотите сказать… – Беляков снова испуганно оглянулся на двери.

– Именно, – догадавшись, что так взволновало ученого, кивнул Умалат. – Ваша жена и дочь в случае отказа умрут. Причем страшной и мучительной смертью.

– Дочь! – Беляков соскочил со стула и схватился за сердце. – Как вы смеете! Где она? – он шагнул к столу, упер в него правую руку.

– Вероника тоже скоро будет здесь. – Умалат отстранился от стола, словно опасаясь, что сейчас ученый прыгнет на него. Но тот вдруг стал пятиться задом к дверям и, словно не веря в происходящее, качать головой. Казалось, еще немного, и ученый упадет.

Белякова Вероника училась в педагогическом институте. Ее примерный распорядок дня, места, которые она посещает в тот или иной день, тоже были установлены. Сегодня и завтра девушка проведет вечер на дискотеке. Ночной клуб располагался в двух остановках от квартиры, которую ей снимал отец. У выезда со двора, где располагалось заведение, ее уже поджидал со своими людьми Гази. Всего несколько часов назад ими были привезены в тюрьму внук и дочь Галкина. До этого Гази не раз умудрялся похищать людей, которых охраняли настоящие головорезы, поэтому сегодняшнюю работу он попросту сравнил с частным извозом. Никто не волновался за успех.

Умалат надавил на кнопку. Вошел парень в черной униформе.

– Уведи его, пусть посидит в камере, – распорядился он. – Дайте валидол.

Парень взял Белякова под локоть. Тот сделал жалкую попытку вырваться, но у него ничего не вышло.

* * *

Антона разбудил звонок телефона. Он открыл глаза. За окном светало. Послышался грохот трамвая. Но шести еще точно не было. Иначе бы он проснулся сам. Способностью посмотреть вечером на часы и определить для себя, во сколько нужно встать, а потом с погрешностью в пять минут вырваться из объятий Морфея, обладали почти все офицеры спецназа.

Регина взяла трубку:

– Да, это я, – в заспанном голосе появились нотки тревоги. – Спит. Хотя, наверное, – Антон почувствовал прикосновение руки жены к плечу и перевернулся на спину:

– Что случилось?

Регина прикрыла микрофон рукой:

– Марина Завьялова звонит. Плачет. Возьми, – она протянула трубку.

– Привет, Марина! – услышав всхлипы, поприветствовал Антон, моля про себя Бога, чтобы причиной плача не оказалось плохое известие о Лешке. – Рассказывай, что произошло?

– Будеев, – выдавила она из себя и снова зарыдала.

– Что? – Антон сел. – Возьми себя в руки и расскажи все по порядку.

– Вчера вечером сам приезжал. – она немного успокоилась. – Вошел в квартиру с двумя охранниками. Вел себя как дома. Кричал. Пытался узнать, что за бандитский притон я устроила. Про тебя выспрашивал, требовал адрес. Сказал, что всех со свету сживет. Правда, не в такой форме, а матом.

– Понятно, – Антон развернулся, свесил ноги с кровати и нащупал ими тапки. – Чем в это время охранники занимались?

– Один в коридоре был, второй рядом с ним стоял. – она всхлипнула. – Дал ночь на размышление. Говорит, в десять уже ничего нельзя будет поправить.

– Странно, – протянул Антон. – Что он имел в виду?

– Не знаю, – из трубки снова послышались всхлипы. – Мне страшно. Те парни, что у меня были, правда в СИЗО?

– Да, им выбрана мера пресечения под стражей, – подтвердил Антон.

– Он настаивает, чтобы я сказала, будто они ко мне вовсе не заходили.

– Как это? – удивился он.

– Ну, мол, я написала вчера заявление за деньги, которые мне заплатили те, кто подкинул им оружие.

– То есть я? – уточнил он.

– Угу.

– Бред какой-то. – Антон провел ладонью по голове и встал. – Все это легко рассыпать.

– Я ему сказала об этом. Он ответил, что это уже проблемы его адвокатов, а не мои.

– Почему сразу не позвонила? – строго спросил Антон.

– Зачем на ночь глядя? Еще ведь есть время? – в ее голосе появились нотки растерянности.

– Интересно, что будет после десяти? – Антон прошел из угла в угол комнаты.

Регина с тревогой наблюдала за мужем, но молчала.

– Я вот тоже этого не поняла, – торопливо заговорила Марина. – А он не станет меня убивать? Как же тогда Лешка?

Трубка вновь завыла.

– Успокойся. – Антон сосредоточенно размышлял. Неожиданно в голову пришла мысль:

– Где, говоришь, второй охранник находился?

– В прихожей, на стульчике сидел.