Реальный чувак - Андрей Шляхов

Затем они синхронно, словно заранее отработав этот номер, предъявили Чуваку свои жетоны и представились:

— Федеральное бюро расследований, агент Джонс!

— Федеральное бюро расследований, агент Сэгвей!

— Очень приятно, — кивнул Чувак Сэгвею: с Рэнди он уже был знаком.

— Мы многое знаем о тебе, парень, — Рэнди положил ему руку на плечо.

«Набрался вредных привычек от клиентов у себя в „Черной дыре“», — недовольно подумал Чувак.

Он сделал недовольное лицо, но стряхивать руку не стал.

— Мы надеемся, что ты поможешь нам!

— Можете располагать всем, кроме моей задницы. — На всякий случай Чувак решил с самого начала внести побольше ясности в их отношения.

— Мы в курсе, что когда-то у тебя были нелады с законом…

Чувак поморщился, — он не любил так далеко забираться в прошлое.

— И мы в курсе, кто толкнул тебя на скользкий путь.

Рэнди снял руку с плеча Чувака и умолк, уступая слово Хэллсу.

— Нас очень интересует твой дядюшка Дэйв. Мы знаем, что он что-то замышляет, но не знаем, что именно.

— Каждый человек что-то замышляет, — пожал плечами Чувак.

— Ты прекрасно понимаешь, что именно я хочу сказать. Мы имеем сведения о том, что Дэйв активно занимается вымогательством, уклоняется от уплаты налогов и принуждает несовершеннолетних к вступлению в половую связь. Достаточно для того, чтобы оставшуюся часть жизни провести за решеткой. Мы хотим, чтобы ты немного присмотрел за Дэйвом, — снова заговорил Рэнди. — Встречи, планы, расходы, перемещения… Короче говоря, все, что только возможно узнать.

— Но я…

— Мы снабдим тебя всем необходимым.

— Нет, я…

— Качественная, полезная информация оплачивается. После проверки. От пятидесяти долларов за сообщение.

— Дослушайте меня до конца! — потребовал Чувак. — Я понял вас, но пока не готов вам ответить. Мне нужно подумать.

— Сколько? — хором спросили Рэнди и Хэллс.

— Сутки! — твердо сказал Чувак. — Завтра я дам вам ответ.

— Надеюсь, что этот разговор в любом случае останется между нами? — Рэнди сощурил глаза. — Мы не любим болтунов!

— А я не люблю, когда мне угрожают! — заметил Чувак. — Успокойтесь, я не побегу доносить Дэйву о нашем разговоре.

— Вот и славно. — Рэнди протянул Чуваку ладонь для рукопожатия. — До завтра!

— Эй, погодите! — воскликнул Чувак.

— В чем дело? — спросил Рэнди.

— Я потратил с вами рабочее время. Пожертвуйте что-нибудь на Церковь Апокалипсиса.

— А ты хваткий парень! — засмеялся Рэнди. — Верно, Хэллс?

— Да уж, такому палец в рот не клади! — подтвердил Хэллс.

Рэнди сунул правую руку в карман брюк, порылся в нем, достал монету в пятьдесят центов и торжественно опустил ее в прорезь ящика.

— Дядюшка Дэйв будет сражен наповал вашей щедростью, — ухмыльнулся Чувак.

— В лучшие времена я бы дал целый доллар, — рассмеялся Рэнди. — И к тому же я боюсь обвинения в финансировании преступного сообщества. Надеюсь, что из-за пятидесяти центов правительственная комиссия не станет возбуждать против меня дело.

Федералы по очереди энергично потрясли руку Чувака так, словно собираясь оторвать ее, и ушли первыми. Чувак, выждав минутку-другую, пошел собирать деньги для душеспасительного заведения дядюшки Дэйва.

День прошел относительно спокойно, если не считать того, что ближе к вечеру Чуваку посчастливилось попасть в самую гущу разборки между двумя уличными бандами: «Дьяволы пустыни», объединявшей мексиканских подростков, и «Желтые тигры», состоявшей из их азиатских сверстников.

Чувак свернул там, где не надо было сворачивать, и вышел прямо к месту разборки в тот момент, когда «тигры» завертели над головами серповидные ножи на металлической цепи, свое излюбленное оружие, называвшееся «серп-нунчаки», и бегом перешли в наступление.

«Дьяволы» с мачете на изготовку стояли как вкопанные, всем своим видом показывая, что сдохнут, но не отступят ни на шаг.

Увидев на своем пути Чувака с его ящиком, «желтые тигры» остановились на миг, чтобы отвесить ему глубокий почтительный поклон, и побежали дальше.

«Должно быть, они приняли меня за бога», — подумал Чувак, поспешно ретируясь под вопли сражавшихся.

— Ихо де пута![7]

— Ван ба дань![8]

Что-то ударило Чувака в спину. Он обернулся, увидел на асфальте отсеченную кисть руки и ускорил шаг, думая о том, что ему стоит ответить положительно на предложение Рэнди. Федералы — неплохое прикрытие в этом уродском городе. С одной стороны, ему не хотелось стучать на единственного родственника, пусть даже это был такой редкостный пройдоха, как Дэйв. С другой стороны, было бы стыдно уклоняться от исполнения Великого Долга Американца и не помочь своей стране, когда она обратилась к тебе за помощью. Как после этого смотреть в глаза Капитану Америке или Опре? Опять же, может статься так, что информация, которую он передаст ФБР, каким-то образом повредит Джен… А может быть, и не повредит?

У Чувака голова начала раскалываться от напряжения. Он кружил по улицам Катарсиса, не обращая внимания на окружающих, пока ноги не вынесли его к Церкви Апокалипсиса.

— Я уже думал, что ты удрал в Мексику с моими деньгами! — проворчал Дэйв, принимая у него ящик. — Где тебя носило?

— Собирал пожертвования, чем мне еще заниматься? — так же сварливо ответил Чувак.

Пока Дэйв считал деньги, Чувак снял балахон, поискал глазами Джен, но не нашел. Кроме них с Дэйвом, в молитвенном зале никого не было.

— Сто семьдесят два доллара, — подвел итог Дэйв.

Отделил от тощей пачки одну десятидолларовую банкноту и протянул Чуваку.

— Сегодня я даю тебе больше, чем тебе причитается, но так уж и быть.

— Пока. — Чувак взял десятку, скинул балахон на ящик и пошел домой.

Он соскучился по Джен. По ее глазам, по ее голосу, по ее телу, по ее коже, по ее волосам…

— Дорогой!

Задумавшись, Чувак не сразу понял, что это кричат ему.

— Дорогой, ты что, оглох?

Улыбающаяся Джен стояла около своей машины и махала руками над головой. «Когда рыба клюнет, дай ей заглотить крючок с наживкой поглубже, а потом подсекай», — так учил ее отец, страстный любитель рыбной ловли и по совместительству самый знаменитый карточный шулер в Оклахоме. Сегодня Чуваку предстояло заглотнуть крючок с наживкой поглубже, а несколько следующих дней попоститься вдали от Джен, чтобы стать послушным, как дрессированный пудель. Джен умела обращаться с мужчинами и к тому же в колледже аккуратно посещала лекции по психологии.