Огневой контакт - Альберт Байкалов

Звонил Золотов. Поинтересовавшись, чем занимается его коллега, и, узнав, что тот собирается домой, предложил за ним заехать.

Глянув на часы, Геннадий согласился. Все равно спешить было некуда. Накануне жена с сыном укатили в деревню к бабушке. Дома после их отъезда стало уныло и тоскливо.

Минут через двадцать у входа в отдел скрипнул тормозами старенький «жигуленок».

– Как дела? – спросил Навродский.

– Пока не родила! – весело ответил Золотов, включая передачу. – Для начала, наверно, ко мне заедем, я машину поставлю, а потом пивком побалуемся. Не возражаешь?

– Ты в каком районе живешь? – осторожно поинтересовался Геннадий. Его беспокоило, как потом придется добираться домой. Опасения подтвердились, Олег жил на другом конце города.

– Боишься, что до дому не доберешься? – усмехнулся Олег. – Зачем тогда соглашался?

– Я думал, ты что-нибудь новенькое накопал и решил поделиться, – вздохнул Геннадий.

– Не без этого. Но все-таки совместим приятное с полезным! – Золотов хлопнул его по колену. – Если не против, переночуешь у меня, а завтра я тебя на работу подброшу. Идет?!

– А жена? – засомневался Навродский. – Неудобно как-то.

– Я один уже полгода живу, – успокоил его Олег. – Развелись.

Закрыв гараж, они для начала посетили ночной магазин и, основательно загрузившись «Жигулевским», поднялись к Золотову домой.

Он жил один в двухкомнатной квартире. Из вещей было самое необходимое: стол, пара стульев, кровать. В углу, прямо на полу, стоял телевизор.

– Ты, я гляжу, вещизмом не страдаешь, – усмехнулся, оглядевшись, Геннадий.

– Остальное жена забрала. – Олег критически обвел взглядом комнату, как будто сам впервые в ней оказался. – Набралась наглости через месяц после развода с новым мужем приехать. Меня как раз дома не было, так она своим ключом открыла.

Он подтащил к кровати журнальный столик и, постелив на нем газету, выложил из пакета вяленую рыбу.

– Садись. В общем, ничего не жалко, просто обидно. Оно понятно, что с бабы возьмешь? Ну а этот-то боров… Эх!

Он махнул рукой и принялся открывать бутылки.

– Ты хотел со мной последними новостями поделиться, – осторожно напомнил Геннадий.

– Понимаешь, нового у меня особо ничего не появилось. – Олег разломил вяленого леща пополам. – Разве что удалось установить личности убитых и под кем, как говорится, ходили.

– Так рассказывай, – не выдержал Навродский. – Чего резину тянешь?

– Трое убитых – люди Решетова, – Золотов обсосал плавник и отхлебнул пива. – Четвертый – шестерка Спартака.

– Это погоняло?

– Нет, это имя. Во дворе дома находилась машина, которая по документам принадлежит его другу Владиславу Микляеву. Тот тоже работал на Спартака. Отмороженные хлопцы. Кражи машин, наркотики… Ребята из убойного их в паре заказух подозревают.

– Почему же до сих пор на воле?

Олег усмехнулся:

– А ты не знаешь!

– Ладно, – Навродский понял, что задал глупый вопрос. – А чем занимается этот самый Спартак?

– Торговля. Имеет несколько магазинов, но весом особым не пользуется. Держится на плаву благодаря отцу. Но не это главное. – Олег испытующе посмотрел на Навродского, словно что-то взвешивая в уме. – Что собой представляет ваш начальник следственного отдела?

– Сиганов? – Навродский на секунду задумался. Он и сам, подобно Золотову, ломал над этим голову, но если его интерес к этому человеку объяснялся тем, что тот, будучи непосредственным начальником, проявлял повышенное внимание ко всему, что касалось Решетова, то вопрос Олега обескуражил и даже насторожил Геннадия.

– А что тебе до него?

– Понимаешь… – Золотов взял пульт дистанционного управления и убавил громкость телевизора. – Он мне покоя не дает. Я уже стал его считать чуть ли не своим шефом. Каждый божий день интересуется, нет ли чего новенького. Сегодня попросил, чтобы я ему дал всю информацию по Спартаку.

– Так… – Навродский откинулся на спинку стула. – И что?

– Я решил сначала посоветоваться с тобой, а ему пообещал к завтрашнему обеду позвонить.

– Знаешь, – Навродский выдержал паузу, последний раз взвешивая все «за» и «против» откровенного разговора. – Не нравится он мне. Слишком большую активность в отношении этого дела проявляет. Сначала я считал, что его заинтересованность вызвана дружбой с Мальцевым, бывшим сослуживцем, а ныне начальником службы безопасности «Моста»…

– Знакомая фамилия, – кивнул головой Олег. -…Но услышанное от тебя заставляет взглянуть на ситуацию по-другому, – не обращая внимания на реплику, продолжал Геннадий. – Розыск компьютеров он взял под особый контроль. Причем категорически отвергает вариант возможного провоза в них чего-то еще…

– Вот что, – перебил его Олег, – мы его просьбу выполним и таким образом проверим, не работает ли он на два фронта. Я ему «дезу» запущу.

– Не мешало бы и Решетовым заняться.

– Придется, – согласился Олег. – Но только на общественных началах.

* * *

От отца Спартак уже не вернулся домой. В сопровождении трех, назначенных Мадатом Шадиевичем охранников он покинул город и временно обустроился в одном из загородных домов, в сорока километрах от города, на берегу живописного озера. Дачный комплекс из полутора десятков построек был под охраной. Кроме этого, на повороте с трассы размещался стационарный пост ГИБДД.

Место было относительно спокойным, но Мадат Шадиевич подстраховался и отправил с сыном преданных ему людей.

Теперь круглосуточно Спартак находился под неусыпным надзором. Тимур, Рашид и Ичмет были родом из Баку и являлись дальними родственниками по линии матери. Несмотря на это, Спартак ничего не знал об их прошлом. Лишь как-то раз отец в разговоре обмолвился, что они наломали немало дров во время войны в Карабахе.

Все трое были одинаково неразговорчивы.

Мадат Шадиевич не стал посвящать Спартака в то, что знал и о чем догадывался. Он пришел к выводу, что возвращать компьютеры уже бесполезно. Для него информация была основным условием благополучия. Он умел делать правильные выводы и реагировать на любые изменения в обстановке. Когда несколько дней назад Решетов предложил ему встретиться, он, не зная причины проявленного интереса к его персоне, решил подстраховаться и навел кое-какие справки. В результате уже во время беседы он знал, какие у генерального директора «Моста» неприятности. Также, к этому времени проверив своих подчиненных, он располагал информацией и о том, что никто из его людей к этому не причастен, о чем мог сразу же проинформировать Решетова, однако для виду попросил день.

Своего покалеченного и еще до конца не пришедшего в себя сына с его несколькими бомжеватого вида помощниками Гулиев упустил из виду.