Крысиная тропа - Василий Веденеев

— Мы торчим тут почти пять минут, — заметил Илья.

— Не подгоняй, — огрызнулся Толик. — Суетишься, как голый в бане…

Он чуть ниже опустил стекло, встал коленом на сиденье, уперся локтем в спинку и приник к винтовке — теперь ее ствол через щель смотрел точно на «фольксваген».

— После шестого — трогай, — едва слышно прошептал Толик, весь слившись с оружием, и начал медленно выбирать свободный ход спускового крючка…

Пассажиры «фольксвагена» страдали от безделья. Автоматы они положили под ноги, на пол. Бритоголовый мужчина с неровно сросшейся рассеченной губой, за что и получил кличку Рваный, травил порядком надоевшие тюремные байки, но его слушали, не желая затевать ненужную свару. Устроившийся рядом с водителем Лысый сложил руки на животе, блаженно прикрыл глаза и подремывал, пригретый вечерним солнышком.

— …Ну, заводят лоха в камеру, — рассказывал Рваный, — а старший ему говорит: выбирай, либо хер в задницу, либо вилку в глаз! На полном серьезе! Тот и заметался: чего же выбрать? Стать петухом на потеху всей братии или окриветь? Откуда ему, дурачку, знать, что вилок в камере отродясь не бывало!..

Неожиданно по лобовому стеклу словно стегнуло тугим жгутом, и оно разлетелось на тысячи мельчайших осколков, как снежной крупой обсыпав водителя и сидевшего рядом Лысого. Он испуганно вздрогнул, открыл глаза и тут же съехал вниз на сиденье, так и не успев ничего понять, — пуля вошла ему точно в середину лба, прошила череп насквозь и на излете застряла в обивке сиденья. Водитель чуть повернул голову, чтобы посмотреть, что это стряслось с Лысым, поэтому свинец клюнул его над левым ухом, разворотив височную кость.

Сидевшим сзади брызнуло в лицо липкой и горячей кровью. Рваный хотел закричать от ужаса, увидев, как у соседа справа вдруг появилась темная дырка в переносье, из которой слабыми пульсирующими толчками потекло что-то розовое, пузырящееся, но не успел — его словно ахнули молотом по голове, разом бросив в бездонную и немую темноту…

Винтовка выплюнула шестую стреляную гильзу — еще теплую, с чуть заметным ободком нагара там, где только что сидела вылетевшая из нее пуля, — а Илья уже выжал сцепление и вдавил педаль акселератора: «ситроен» рванул вперед. Толик ловко извернулся и не упал, а шлепнулся на сиденье, прижав снайперскую винтовку к груди, как любимое дитя. По его губам скользнула самодовольная улыбка:

— Ну как?

— Сработал меньше чем за минуту, — уважительно отозвался Илья и приоткрыл ветровичок, чтобы из салона побыстрее вытянуло кисловатый запах пороха.

Толик разобрал винтовку, спрятал ее в кейс вместе с позвякивавшим нейлоновым гильзоприемником, захлопнул крышку и защелкнул замочки. Закурив, он с удовольствием затянулся и выпустил дым в приоткрытое окно.

— У нас еще Жора, — напомнил Илья. — Ты не поторопился упаковать инструмент?

— Если он вылез из берлоги, Бень его кончит, — лениво ответил Толик. — Хотя бы со страху!

— Или, в назидание другим, нам придется кончить и Жору, и Беня, — мрачно усмехнулся Илья. — Проверь, где Лапа?

Толик взял телефон, набрал номер и, дождавшись ответа, назвал себя. Выслушав, что ему сказали, он сообщил приятелю:

— Жора вместе с Бородой сидят за столиком на веранде «Даугавы». Машину оставили на стоянке у кабака. Никого из их бойцов наблюдение не засекло.

— А откуда им взяться, бойцам-то? — Илья засмеялся. — Они уже на небесах, а трое оставшихся не в счет. Жора сам себя перехитрил, бросив все силы к банку. Сейчас снова мудрит: «Голубая Луна» напротив, и он хочет с верандочки «Даугавы» пронаблюдать, принесут ли ему дань. Звони Духу, нечего тянуть…

«Вот оно!» — вздрогнул Симон, услышав треск телефонного зуммера.

В желудке возник тяжелый, тянущий ком, к горлу подкатила тошнота — Беню стало страшно. Если несколько минут назад предстоящее дело виделось чем-то отдаленным и несколько абстрактным, то теперь все мгновенно приблизилось, приобрело реальные черты и сжало душу, дохнув на нее мертвящим холодом.

Виктор Шамис сидел напротив приятеля, и его лицо казалось синюшно-бледным. Бень затравленно взглянул на Виктора, хотел протянуть руку и взять трубку, но вдруг понял, что не может этого сделать. Бездумно скользнув взглядом по столу, он увидел пачку «Кэмела», и ему внезапно почудилось, что верблюд на коробочке с иронией и нескрываемым презрением глядит на него водянисто-голубым глазом Толика, слегка прищуренным, будто сквозь прорезь прицела. И Симон решился.

— Алло?

У него еще теплилась слабая, призрачная надежда, что звонок не относится к делу, однако ей не суждено было сбыться.

— Ты как там? — бодрым тенорком спросил Толик. Конечно, это звонил он, кому же еще беспокоить их по этому номеру?

— Нормально, — насилу выдавил из себя Симон.

— Небось все подарки напрочь залапали? — хохотнул Толик, и Беня кинуло в жар: как он мог забыть, что на оружии останутся отпечатки пальцев! И его, и Витьки! Им бы, дуракам, хоть перчатки натянуть, что ли, прежде чем хвататься за обрезы. Придется срочно найти две пары перчаток, а оружие и гильзы тщательно протереть. — Ладно, не бойся, — серьезно сказал Толик. — Там все покрыто специальным составом, и отпечатков пальцев не останется.

— А на гильзах?

— И на гильзах.

Но недоверчивый Бень решил все же сделать так, как задумал, — кто знает этих друзей, не пудрят ли они мозги рассказами про специальные составы? А сами тем временем готовят ему и Шамису хитрую западню. О Яхве! Зачем он вообще подписался на разборки с Лапой? Но, с другой стороны, была ли возможность отказаться?

— Ты готов? — буднично спросил Толик.

— В общих чертах, — уклончиво ответил Симон и поинтересовался: — А как клиент? Было обещано, что он никогда не сможет кусаться.

— Он голый, и может прикрыться одним Бородой. Ты меня понял?

— Вполне.

— Тогда двигай к «Даугаве» — вас ждут на открытой веранде, второй столик слева от входа. Постарайся управиться в ближайшие полчаса. И «Эйби» твоя фирма! — Толик отсоединился.

Бень посмотрел на Шамиса. Тот невольно напрягся:

— Уже?

— Да. Немедленно возьми тряпку и как следует протри обрезы и гильзы. И срочно найди две пары перчаток.

— Тут у мэтра есть белые. Подойдут?

— Хрен с ними, давай. За рулем я сам, а ты на заднем сиденье. Жора и Борода сейчас отдыхают на веранде «Даугавы».

— Людное местечко, — недовольно причмокнул Шамис.

— Не тяни, — оборвал его Бень. — Все нужно сделать быстро.

Он надел шляпу и вышел во двор, где стояла машина. Для порядка пнул ногой туго накачанные шины, проверил, есть ли в багажнике запаска и инструменты, потом сел за баранку и включил зажигание, прогревая мотор. Бросил взгляд на стрелки приборов и удовлетворенно улыбнулся: бак полон.