Возвращение с того света - Андрей Воронин

– Совершенно верно, – с легкой, вполне почтительной агрессивностью ответил его собеседник. – По моим данным, все каналы утечки информации перекрыты.

– Говно твои данные, майор, – спокойно сказал полковник. – Топорно работаешь… На уровне младшего лейтенанта.

– Виноват, Игорь Леонидович, – каменея лицом, сказал майор Колышев. – Если я вас не устраиваю, подыщите себе другое.., гм.., доверенное лицо.

– А ты не ерепенься, – ничуть не тронутый этим заявлением, сказал полковник. – Надо будет – подыщу. Только тогда уж не взыщи… Надо же, характер у него! Ты, майор, характер свой спрячь подальше и работай. Дело у нас с тобой – на слом головы, засыплемся – ни тебе, ни мне пощады не будет… Ладно, докладывай, под каким таким контролем у тебя ситуация.

Майор сделал две нервные затяжки, прежде чем заговорил снова.

– Дело о взрыве в редакции увязло, – сказал он. – Шилов исчез…

– Как исчез? – перебил его полковник.

– Совсем исчез.

– Ага, – удовлетворенно произнес Лесных. – Ну, валяй дальше. Кстати, как это понравилось твоему Малахову?

– Рвет и мечет, – с тенью улыбки ответил майор. – Велел мне ехать в Крапивино и разбираться на месте.

– Плохо, что он заинтересовался поселком, – сказал полковник. – Плохо, что ты допустил к нему этого Шилова.

– По-другому не выходило, – вздохнул майор. – Слишком много было свидетелей.

– Это понятно, – проворчал полковник. – Но все равно плохо.

– Еще этот поп, – продолжал майор, – отец Силантий. Насколько мне известно, он исчез тоже и больше мешать не будет.

– Просто идиллия, – с непонятной интонацией сказал полковник. – Благорастворение воздухов.

Мир на небесах, и в человецех благоволение. Живи и радуйся. А ты знаешь, что этот твой поп перед смертью учудил?

Майор молчал, чувствуя, что сейчас получит здоровенную плюху. Видимо, где-то он проморгал, прогадал, как-то обвел его бородатый гад, учинив напоследок какую-то несусветную подлость, и теперь эта его подлость выходила майору боком.

– Молчишь? – саркастически промолвил полковник. – Неужто не интересно?

– Отчего же, – неохотно промямлил майор. Сигарета вдруг приобрела вкус сушеного дерьма, и он выбросил ее в подвернувшуюся урну. – Слушаю вас, Игорь Леонидович.

– Он слушает… Ну, слушай. Этот твой поп послал в Москву гонца с весточкой. Он, оказывается, знал больше, чем мы подозревали. Рукавишников этот, оказывается, успел перед ним исповедаться и все ему рассказал – все, что знал, и все, о чем догадывался.

– Ох, с-с-с… – прошипел майор Колышев, словно его неожиданно ударили в пах.

– Вот то-то и оно, – сказал полковник, с насмешливой улыбкой взглянув на майора. – Вот я и говорю: говно твои данные.

– И что теперь? – стараясь не впадать в панику, спросил майор.

– Да ничего, – пожал плечами полковник. – Работать по плану. Наше счастье, что гонец – мой человек. Я его к нашему батюшке еще два месяца назад приставил, вот и пригодился человечек. То, что попа убрали, хорошо. Теперь мы туда своего человека поставим, проверенного. Но впредь попрошу без таких проколов! – вдруг рявкнул он так, что Колышев рефлекторно вздрогнул. – Такое дело чуть не пошло козе под хвост из-за какого-то пьяного истопника! Два года работы, тонна денег… Ты представляешь, что может наружу вылезти, если за Волкова ухватиться и как следует потянуть? Ты пойми, майор, – уже остывая, продолжал он, – дело мы затеяли большое, настоящее. Впереди еще годы и годы работы… Пора наконец России подняться с колен, и мы с тобой, майор, должны ей в этом помочь…

– Това-арищ полковник, – с умоляющей интонацией протянул Колышев.

– Что? – быстро повернулся к нему Лесных. – Что «товарищ полковник»? Ну ладно, ладно, все правильно. Все это слова, конечно, а наше с тобой дело – устроиться в жизни так, чтобы над нами не капало. А чтобы крыша не текла, в доме должен быть хозяин, разве нет? Понимаю, это все философия, но, если ничего, кроме зеленой бумажки, перед глазами не видеть, можно очень плохо кончить.

– Почему бумажки? – криво усмехнувшись, спросил Колышев. – Одна бумажка мне ни к чему.

Мне их много надо, товарищ полковник.

– Будет много, – пообещал Лесных. – Главное – хорошо делать свое дело, а деньги будут.

Кстати, о деле. Надо как-то отвернуть твоего Малахова от этого дела. Он мужик дотошный, не успокоится, пока чего-нибудь не выкопает. Убрать его, что ли?

– Бесполезно, – покачал головой Колышев. – Малахова уберем, но дело-то останется. А оно, если разобраться, не такое уж сложное. Наследили много, да еще этот Рукавишников со своим интервью…

– Да, подгадил нам газетчик, – согласился полковник. Они дошли до конца аллеи и повернули назад – ни дать ни взять, парочка бизнесменов, совершающих моцион и попутно обсуждающих какую-нибудь сделку. – Что ты предлагаешь?

– Следствие должно быть проведено, – сказал майор, – альтернативы я просто не вижу. Надо бросить Малахову какую-то кость, чтобы успокоился.

– Вот ты этим и займись, – распорядился полковник. – Ты у него на хорошем счету, и потом, как я понял, это дело он поручил тебе. У него ведь, наверное, полно работы по делу Потапчука. Кстати, как оно продвигается?

– Да никак, – пожал плечами Колышев. – Никаких концов. Гора трупов, и ни мотивов, ни следов – ничего. Такая висячка, что ни в сказке сказать, ни вслух произнести.

– Вот и хорошо, – удовлетворенно сказал Лесных. – А ты тем временем блестяще завершишь расследование этого взрыва… Черт, открутить бы этому Волкову башку за такую самодеятельность, да другого такого пока найдешь… В общем, и тебе благодарность с занесением, и для дела польза.

Только ты там поаккуратнее, а то знаю я вас, торопыг: возьмешь дело в руки, а из него во все стороны белые нитки торчат. Подбери кандидатуру, подготовь как следует, чтобы комар носа не подточил, и – вперед. Может быть, будет лучше застрелить этого… э-э-э.., маньяка при попытке к бегству?

– Может быть, – согласился Колышев. – У меня есть кое-какие предварительные соображения.

Неплохо было бы, например, найти у этого, как вы выразились, маньяка под кроватью или, к примеру, в подполе несколько стволов и килограмм – другой взрывчатки, просто для убедительности.

– Да, – сказал полковник, – это было бы неплохо.

Главное теперь – найти этого маньяка. Только ищи не торопясь, обстоятельно, а то как бы Малахов чего-нибудь не заподозрил.

Они расстались у выхода из парка. Полковник, пройдя метров сто пятьдесят вдоль ограды, уселся в поджидавшую его служебную машину и укатил.

Колышев проводил черную «Волгу» взглядом. Даже в том, как машина оторвалась от бровки тротуара, блеснув на солнце хромом и черным лаком, сквозила начальственная самоуверенность и деловитая целеустремленность. Полковник выслушал доклад, устроил разгон, выдал на-гора несколько ценных руководящих указаний, наконец, подбодрил своего помощника, издали помахав у него перед носом пачкой зелененьких, завернутых в грядущее величие России, и укатил, очень довольный собой, предоставив ободренному, вздрюченному и получившему эти самые ценные указания майору и дальше таскать из огня каштаны. Как хорошо быть генералом…