Операция «Моджахед» - Лев Пучков

Костя обвел нас торжествующим взглядом. Есть контакт! Товарищ вписался в процесс. Перестал хлюпать носом, начал соображать по теме. Это уже полпобеды. Потому что имелось веское опасение, что товарищ будет пребывать в полном трансе, вытащить из которого его не представится возможным.

— Да, как достать? — подхватил Костя. — Безусловно, я не знаю их всех, но есть ведь такое понятие, как ниточка и клубок... Если я знаю хоть одного из этой банды, я его поймаю... и сразу не убью. И что я с ним сделаю?

— Их пытать — бесполезно, — покачал головой Рашид. — Это не такие люди. Они ничего не скажут.

— Не надо пытать, — небрежно махнул рукой Иванов. — Есть гораздо более эффективные способы...

Полковник, видимо, хотел упомянуть про «сыворотку правды», которая развязывает языки всем подряд независимо от убеждений и вероисповедания, но Костя остановил его жестом — сейчас он рулит, ему можно и полковника поправить — и предложил другой вариант.

— Пытать я его не буду. Еще время тратить... Я приглашу двух своих знакомых грузин — у нас служат такие генацвале, до чужих жоп бо-ольшие охотники! Они этого товарища отжарят по полной программе, и без вазелина вовсе. А я сниму это дело на камеру...

Рашид перестал смотреть в пол и поднял на психолога удивленный взгляд. Не ожидал абрек такого оборота. Видимо, ему показалось, что он ослышался.

— Он сделает, — сказал я по-чеченски. — Он, конечно, чуткий и добрый, но к людям, которые такие вещи делают, относится беспощадно. И плевать ему на закон — уж я-то знаю...

— Чего журчим? — недовольно скривился Костя.

— Язык учить надо, — буркнул я. — Ты не обращай внимания, это не в контры тебе, а в качестве дополнения. Развивайся, развивайся...

— За кадром я сообщу, что таким вот образом развлекается веселый затейник, как бишь его... ну, допустим, Арби такой-то. А для того, чтобы грузины хорошенько возбудились, мы его, разумеется, перед этим делом нарядим в короткую юбочку, женские чулочки и кружевное бельишко...

Рашид вдруг хмыкнул. Видимо, представил себе, как это безобразие будет выглядеть. Крепкий мужик. Быстро вывалился из прострации. Помнится, пять минут назад кто-то тут хотел немедленно взорваться...

— А потом я его... отпущу.

— Зачем отпускать? — возмутился Рашид. — Ты думай, что говоришь, да!

— Затем отпущу, что к самым большим, как ты верно заметил, меня на пушечный выстрел не подпустят. А этот трахнутый моджахед будет моим информатором. И за неделю сдаст мне всех остальных. Укажет маршруты, места проживания и так далее, в общем, сдаст их всех. Они ведь не сидят безвылазно в горах, перемещаются, какие-то вопросы решают. Вкалывать он будет как папа Карло, и сачковать ни в коем случае не станет. Потому что я определю ему конкретный срок, по истечении которого, коль скоро я не получу результат, эта мерзкая пленка будет опубликована самым широким тиражом. Нет, я понимаю: он в любой момент готов умереть с оружием в руках во благо Великого джихада... Но умереть солдатом — это одно. А умереть педерастом в кружевном бельишке, это, извини...

— Зачем вам это? — угрюмо поинтересовался Рашид.

— Не понял?

— Почему вы мне помогаете? Я вам — кто такой?

— Мы тебе...

— Какое вам дело до меня и моей семьи?! Когда собака волку помогала?

— Ты нам — никто, — согласился Костя. — И помогать тебе мы не собираемся. Это ты нам поможешь. Потому что это в первую очередь в твоих же интересах.

— А какой ваш интерес?

— Наш интерес очень простой. Если нам удастся найти твою сестру до того, как она взорвется, мы тем самым спасем от гибели пару десятков наших баб и ребятишек, которые к этой войне — вообще никаким боком. У вас, нохчей, есть такая славная традиция... Короче, если ты в курсе статистики, ваши «черные вдовы» отчего-то не рвут наших больших людей с телохранителями, всяких там «новых русских», или чиновников, которые с вами сотрудничают и строят дачи за десять миллионов баксов... Рвут они обычно голытьбу, которая за неимением личных машин в метро ездит или в другом общественном транспорте. Вот. Это первый интерес. Второй и, пожалуй, главный: через твою сестру мы имеем шанс выйти на ее куратора и дальше до самой верхушки. И потихоньку их всех уничтожить. Это лучше, чем поодиночке отлавливать смертниц, которых эти мерзавцы будут штамповать из ваших женщин до скончания века. Теперь тебе понятен наш интерес?

— Мне понятен... — Рашид покачал головой. — Мне непонятно, как вы это сделаете... Думаешь, это реально?

— Если не понятно, объясняю. В безобразии с твоей сестрой участвовали человек пять. Думаю, не надо доказывать, что тиражировать такие записи они не собираются. Не совсем ведь дураки, жить еще хотят. Эта запись сделана с единственной целью: чтобы держать будущих смертниц под контролем. Согласен?

— И что?

— И то! Одного из них мы завалили, значит, имеем в активе минус один...

Тут Костя, разумеется, слегка в «волюнтаризм» ударился. Черт его знает, сколько их там смотрело эти записи, и был ли тот, кого мы рассчитали, из этой самой компании. Но в данном случае это было неважно. Как говорится — все для дела...

— Как видишь, осталось не так уж и много. Признаю, сработали мы немного топорно. Если бы этого кучерявого удалось взять живым, мы бы к тебе просто не обращались. Он бы сейчас уже чертил сто двадцать первую схему проезда к остальным гадам... и при этом страшно морщился от жуткой боли в заднице.

— Это долго заживает, — неожиданно прорезался Петрушин. — Когда мы это делали в последний раз, он с месяц нормально ходить не мог. А в сортир, вообще — только с санитаром...

Спешу сообщить: ничего такого мы ранее не делали, и нашу убойную силу никто не подписывал на такие экспромты. Его дело — подкрасться, зарезать, пострелять... Но это грубое вмешательство неожиданно оказалось тем самым последним доводом. Может быть, свирепая физиономия Петрушина сыграла свою роль...

— Ладно, — кивнул Рашид, одобрительно посмотрев на Петрушина. — Что надо?

— Для начала — фото. Сам понимаешь, пользоваться такой пленкой для розысков мы не можем...

— Фотки есть, это не проблема. Что еще надо?

— Хотелось бы знать места, где она может появиться со своими кураторами. Хотя бы приблизительно. Чтобы можно было вывести определенную закономерность и построить прогноз, где она сейчас может находиться.

— Она где-то поблизости, — заявил Рашид. — Далеко уехать они не могли.

— ???!!

— Они были у меня, — Рашид вздохнул и нехорошо прищурился. — Знал бы я, что все вот так...

— Когда?! Кто с ней был?

— Приехали двадцать восьмого, вечером — вот, как вы сейчас, в такое же время. Двое с ней были. Один наш, нохчо, другой араб — родственник мужа. Сказали, что федералы ее мужа хотят поймать, поэтому ее ищут, чтобы через нее на мужа давить. Сказали, пока усиление, надо отсидеться.