Операция «Мрамор» - Иван Павлов

— У нас, Василий Петрович, дана команда на развертку соединений. В данный момент сухопутные бригады вышли на точки входа в операцию. Бронетехника и пехота полностью сомкнули кольцо на ключевых направлениях. Артиллерийские системы развернуты и готовы дать залп по любому квадрату в месте проведения операции. Части снабжения также заняли позиции, все согласно плану…

— Андрей Николаевич, — мягко перебил министр, — меня интересует сейчас ухудшение погодных условий и, соответственно, трудности с использованием воздушной поддержки. И к тому же наши связисты толкуют о проблемах со связью в районе проведения операции. Скажите, есть веские причины для ее отмены?

— Отмены всей операции? — переспросил Платонов. — Вы же сами сказали, что это невозможно. Перенос операции — фактически поражение в глазах иностранной прессы. Я бы, конечно, сначала разобрался с устройствами, вызвавшими перемены погоды, и потом начал операцию, но…

— Вот именно, — надменно сказал министр. — Рад, что вы понимаете невозможность переноса. Подключайте разведку, спецназ. До начала операции девять часов! Есть еще время на выяснение. Давайте будем честными, даже если убрать авиацию, мощь нашей армии количественно и качественно в разы превышает возможности противника. Потому приказ один. В пять часов начать операцию. Надо прикончить это осиное гнездо бандитов и террористов со всего мира раз и навсегда. И я ничего не хочу слышать про перенос или, не дай бог, про отмену!!!

— Так точно, товарищ министр обороны, — сказал Платонов. По экрану прошла рябь. Министр пропал.

Кто-то выругался.

— Так, а что у нас со связью? — громко спросил Платонов. — Вертушки дошли до ребят?

Кто-то прошептал, что со связью жопа.

Платонов резко повернулся:

— Кто это сказал?

Поднялся один из техников.

— Виноват, товарищ генерал, — громко сказал он.

Тут же вскочил полковник службы технического обеспечения.

— Товарищ генерал, вы его не слушайте, у нас все не так плохо…

— Тихо, — шикнул Платонов на полковника. — Молодой человек, у нас в уставе новые слова появились? Или я чего-то не понимаю?

— Так точно, вы чего-то не понимаете, — бодро ответил техник.

— Ваше имя? — спросил Платонов.

— Капитан радиотехнической службы Арсений Болотов, более известный как Шикан-Три-Ноль.

В штабе зашушукались. Платонов недовольно хмыкнул, но подавил в себе первую неприязненную эмоцию и мягко заговорил:

— Капитан, у вас получилось, вы привлекли мое внимание. Хочу спросить только — с какой целью? Хотите вылететь с операции? Но это неразумно. Или что-то еще?

— Так точно, что-то еще. — Капитан продолжил без бравады. — Я на военной кафедре учился, но призвали меня все-таки больше как специалиста, а не военного. Не привык еще армейскими способами привлекать внимание. Товарищ полковник не дает мне обращаться к вам напрямую, а я считаю, что есть вещи, о которых вы должны знать.

— Докладывайте, — сказал генерал.

— Тогда я сразу к делу. Тут все почему-то думают, что после уничтожения двух из четырех устройств все сразу наладилось или наладится. Хотя даже Антон Иванович Кущенков подтвердил, что устройства сработали на максимуме…

— Это вы об устройствах изменения погоды? — уточнил генерал.

— Так точно, о них. Так вот. Свои задачи, поставленные противником, они, скорее всего, уже выполнили. Задач было две: изменение погоды и нарушение связи. Смотрите, вот климатическая съемка района спустя два часа после уничтожения. Мы видим, что аномалии, возникающие в момент работы климатических установок в местах их нахождения, исчезли, но ухудшение погоды продолжается, более того, над районом появились заряженные облака с пока непонятной для нас радиоактивностью. Ну, как если бы эти устройства передали свои функции… Проще говоря, устройства накачали атмосферу над районом, и теперь все воздушное пространство представляет из себя одну большую херову аномалию. Кхе… У меня даже возникла ассоциация с заряженной пушкой. Все это явно должно выстрелить! Вопрос, когда и, собственно, куда именно будет направлен удар. Генерал, погода будет ухудшаться, улучшения в работе связи не будет и… — Арсений сделал театральную паузу. — Я предполагаю, что могут возникнуть проблемы в работе всех компьютерных и технических систем. В общем, из строя могут выйти не только системы слежения, радиообеспечения и навигации, но и компьютерное наведение всего и вся. А также могут возникнуть проблемы с роботизированной бронетехникой, например, потеря ориентации в пространстве… Наши солдаты могут оказаться с противником один на один, без поддержки.

— Что-то вы очень мрачные картины рисуете. Почему потеря ориентации? Спутник-то функционирует, разве нет?

— Спутник функционирует. Но его сигнал идет к нам через аномалию, говоря по-русски — через жопу. Периметр накрыт этим атмосферным колпаком, не шибко проницаемым для радиосигнала. А еще за последние восемь часов количество хакерских атак на системы спутника достигло ста двадцати семи. И я не уверен, что мы все отразили…

— Товарищ генерал, все не так плохо, — снова встрял полковник. — По атмосферному фронту идет выравнивание. Вот последние данные…

— Полковник, вы хотите выглядеть белым передо мной и вместе завалить операцию или же мы будем оперировать фактами и постараемся предусмотреть РАЗНЫЕ варианты развития событий? Сядьте! — Генерал недовольно поморщился. — Я считал, что у меня в штабе нет подобострастного отношения к начальству. Мы с вами должны быть единым механизмом. Мы не должны замалчивать проблемы, мы должны их решать!

— Капитан сгущает краски, — гнул свое полковник, густо покраснев.

— Капитан, почему вы считаете, что не все атаки на спутник были отбиты? — спросил Платонов. — Есть факты?

— Да, Андрей Николаевич. Сегодня в восемнадцать пятьдесят, когда бойцы СКАР пытались связаться с нами, системы спутника были атакованы червем, запущенным с неизвестного аккаунта. Мы с ребятами атаку отразили. Но после этого появились небольшие отклонения в работе систем. Все вроде работает, но с какими-то запаздываниями. Вот Гоша, — он указал на сидящего рядом, — говорит, что пока мы ловили червя, некий троян мог проникнуть в электронные мозги… И теперь мы управляем не спутником, а зеркалом. Просто здесь нет мощных компьютерных систем…

— Гоша? — прервал генерал поток слов. — А Гоша — это кто?

Вскочил техник, но Арсений положил руку ему на плечо, не давая подняться.

— Гоша, специалист по компьютерным делам мирового уровня. Известен, как Хайджек-Семь-Восемь. В операцию не призван, а отправлен в качестве наказания за взлом