Агент силовой разведки - Михаил Нестеров

29 июня, вторник

Беседа Виктора Лугано и бармена – он же владелец ресторанчика на Беговой – началась за стойкой. Пошел двенадцатый час ночи, и «Старый приятель» вот уже несколько минут был закрыт. Бармен посматривал то на часы, то на свою машину на крошечной парковке.

– Моему другу нужна стажировка. Было бы неплохо, если бы он постоял с тобой за стойкой одну смену.

– Стажировка в одну смену? Видно, твой друг суперталантлив.

– Конечно, – улыбнулся Лугано. – Ведь он – это я.

Они были знакомы более десяти лет. Бармен, Андрей Граков, – бывший военный, последняя занимаемая должность в войсках – начальник разведки полка. За стойкой он стоял через смену, как будто оправдывал само толкование слова «бармен»: владелец бара или его управляющий и тот, кто обслуживает посетителей за стойкой бара. Лугано он знал как бывшего военного, а ныне он – детектив страховой компании. Это была легенда Лугано, и ничего более.

– Тогда завтра мы и приступим, – дал согласие Граков. И чуть тише спросил: – Ведешь какое-то интересное дело?

– Да, не рутина – это точно. В двух словах это выглядит так. За одним человеком со вчерашнего дня установили слежку. Кто и с какой целью – это я и хочу выяснить. С твоей помощью.

– Этот человек – клиент вашей компании?

– Разумеется. Частных дел я не веду.

– Почему? – Граков пожал плечами. – Лишние деньги никогда не помешают.

– От добра добра не ищут.

Ресторан открывался в 11.00. Точнее, двери его были открыты на четверть часа раньше, так что немногочисленные посетители могли увидеть то, что обычно скрыто от посторонних глаз: как готовятся служащие бара к новому дню.

Граков занял место в середине стойки. Он был одет в джинсовую пару. На безымянном пальце – печатка с черным камнем, которой он постукивал по краю глубокого стакана с апельсиновым соком. Граков поглядывал на Лугано, оказавшегося по ту сторону стойки, где на витрине нашли себе место коньячные, винные и прочие бутылки. Лугано был облачен в красный жилет и полосатый галстук и смотрелся, на взгляд Гракова, вполне естественно.

– Что будете пить? – спросил у него Лугано, чуть приподняв уголки губ.

– Коньячный коктейль, – сделал заказ Граков.

Лугано налил в стакан коньяк, шампанское, вишневый сок, добавил лед.

Бармен покачал головой:

– Ты перелил все, кроме сока. Так ты меня по ветру пустишь. И сам к концу смены без штанов останешься. У тебя глаза усталые, не выспался?

– Ночевал у знакомой.

– Горячая штучка?

– Еще та. И часто здесь заказывают такие коктейли?

– Нечасто. В основном предпочитают раздельное бухалово. Хорошо идет текила, дешевый виски, водка. Ближе к вечеру сменится клиентура, будут налегать на пиво. Соседний кабачок, – Граков кивнул в сторону, – открывается в половине девятого, на два с половиной часа раньше, чем мы. До девяти ровно там собирается незаурядная публика – белые воротнички.

– Какого черта они забыли в кабаке в девять утра?

– Отдают дань моде: похмеляются. Подражают белым воротничкам из лондонского делового квартала. Те похмеляются в портовых кабачках, которые открываются засветло, а потом – на работу в свои банки.

– И давно у нас появилась такая мода?

– Года два тому назад. Чудаки они. В любом киоске можно купить пива и водки. Но никто этого не увидит, вот в чем соль. Вот они и нарисовываются: кто, как и с кем накануне нализался, кого снял или не смог снять. Это тоже показатель. Я давно здесь работаю, такого насмотрелся...

– К тебе «белые» тоже заглядывают?

– Кто живет поблизости или пользуется общественным транспортом, забегают в обед. Любители торчать в пробках сосут энергетики в своих машинах.

Александр Граков бросил взгляд на зеркальную витрину, в которой четко отразилась входная дверь, перевел взгляд на часы.

– Ты ждешь своего визави в одиннадцать?

– Ага, – подтвердил кивком головы Лугано. – А вот и пастухи.