Рельсовая война - Александр Тамоников

— Черт побери! Так, значит, и «крот» спалился?

— К сожалению, мы потеряли надежного человека. Помощник его вышел из игры, и мы лишились ценного источника информации.

Кучерин допил кофе и произнес:

— И все же не факт, что Талиб мертв. А если он попал к спецам, то из него вытянут все, что он знает. А знает Талиб много. В том числе и о предстоящей акции в Черенске. Ведь именно его отряд должен был провести акцию по подрыву электропоезда и вокзала.

Тахаров затушил окурок в пепельнице, поднялся, прошел к окну. Повернулся:

— Это так. Но даже если Талиб попал в руки русских спецслужб, этот факт, как ни парадоксально звучит, играет в нашу пользу.

Кучерин удивленно взглянул на Тахарова:

— В смысле? Как арест Али может быть нам на пользу.

— А ты подумай. Допустим, Талиб у русских. Спецслужба, проводившая операцию у Ак-Базара, узнает о том, что отряд Али готовился к проведению террористических акций в Черенске. Значит, разгромом отряда Талиба угроза этих акций вроде как ликвидирована.

— Согласен.

— О твоей работе Талиб не знал ничего. Следовательно …

— Кажется, я начинаю тебя понимать. Русские, даже если и имели ранее информацию относительно наших планов, что маловероятно, теперь точно удара ждать не будут. А значит, и вести подготовку по его отражению.

Тахаров улыбнулся:

— Вот именно. Молодец. Сумел просчитать ситуацию.

— Но тогда и мы не сможем провести акции в электричке и на вокзале. Одновременно с главной акцией. Нам просто не собрать за короткое время нужные для этого силы.

— А мы не будем их собирать. Но акции проведем. Все три.

— А вот сейчас я плохо тебя понимаю.

— Используем смертников. Результат от их применения будет не менее эффективным.

Кучерин еще больше удивился:

— У тебя есть подготовленные смертники? Или их Караджан из Турции пришлет?

— Нет, смертников подготовишь ты.

— Я?

— Ты, Толик!

— Но как, Тахар?

— Одна кандидатура — твоя любовница, Алиса Розина. Вторая — ее щенок, учащийся технического лицея. Не зря же мы тратим на них наркоту? И неплохие деньги. Вот и отработают долг.

— Вот ты о ком…

— Что, жалко Алису?

— Нет!

— Так что тебя смущает?

— Удастся ли полностью подчинить их себе? Наркота искажает восприятие реальности, подавляет волю, но на каждого героин действует по-разному. А нам нужны послушные роботы. Вот и думаю, получится ли у нас превратить их в роботов. Как рассчитать дозу? Переборщим — получим трупы, а не смертников.

И вновь Тахаров улыбнулся:

— А разве я говорил, что мы станем доводить эту парочку до нужного состояния с помощью героина? Наркота помогает держать их под контролем, не более того. А когда наступит время применения Алисы и студента в качестве смертников, мы воспользуемся другим препаратом, который полностью лишит их способности соображать и заставит тупо выполнять любые приказы.

— И у тебя есть такой препарат?

— Есть, Толя. У нас много что есть.

Сработал сотовый телефон Тахарова. Тот удивился:

— А это еще кто такой? Я не ждал звонка… Алло? Адам? Ты? Что случилось? … Что? Когда? … Так! И что он рассказал? … Вот как?! … Он уверен? … Ясно. Ты вот что, передай мельнику приказ доставить этого бойца в Грозный! Срочно доставить. Хотя подожди …

Тахар потер переносицу, видимо, принимая какое-то решение:

— Нет, пусть остается на месте. А ты вышли к мельнику пару своих людей. Пусть они перепроверят информацию бойца. И уберут его. Он нам не нужен. Да и опасен как свидетель. Все… Работай!

Тахаров выключил телефон.

— Что еще произошло? — спросил Кучерин:

— Еще одна новость! На этот раз неплохая. На старую мельницу час назад вышел Алим Валиев.

— Кто такой?

— Рядовой боец отряда Талиба. Он во время штурма спецназом усадьбы Али нес службу на посту. Русские его обезвредили, но не убили, оставили в живых. Валиев видел, как спецназ разнес усадьбу. Они нанесли по базе Талиба массированный гранатометный удар, что предопределило исход штурма. Люди Талиба не смогли организовать сопротивление. Валиев утверждает, что русские уничтожили всех, в плен никого не брали.

— Как же этому Валиеву удалось спастись?

— По его словам, случайно. Спецназовец, что вел его с поста к усадьбе, на склоне поскользнулся и подвернул ногу. Этим Валиев и воспользовался, рванув в ближайшую балку. По нему открыли огонь и даже организовали преследование, но он обманул русских — пошел не на юг, а на север, к перевалу. Видимо, спецназовцам этот Валиев был не нужен, и они быстро прекратили его поиски. Подорвали все здания усадьбы, трупы же бойцов Талиба оттащили в рощу, где и бросили. А сами вскоре улетели на вертолете, который прибыл за ними прямо к Ак-Базару.

— И все это видел Валиев?

— Да, но не только это.

— Что еще?

— Как вертолет русских скрылся за перевалом, Валиев прошел в рощу. И он утверждает, что рядом со своими собратьями видел труп Али Рубая. И что самое интересное, с дыркой в виске, что подтверждает самоубийство Талиба.

— А не могли русские пристрелить Али после того, как допросили его, а часового же отпустили специально? Очень уж неправдоподобно, что спецназовец, подготовленный для ведения боевых действий в горах, случайно подвернул ногу.

— Как у вас говорят, Толик, и на старуху бывает поруха.

— Проруха.

— Не важно. Сам подумай, кто из начальства разрешил бы расстрелять полевого командира, если тот начал говорить? И тем более, если отказался бы отвечать на вопросы? В любом случае живого Рубая спецназ захватил бы с собой. А уж обрабатывать бы его начали в подвалах Лубянки или еще где-нибудь, на секретном объекте.

— И все равно, информацию этого Валиева надо перепроверить.

— Естественно. Разве ты не слышал, что я приказал помощнику отправить к мельнику пару надежных парней? Они осмотрят рощу и трупы. А затем уберут часового.

— Хоп! Значит, переходим к варианту со смертниками?

— Да. Ты должен вернуться в Черенск 10 июля?

— Так я планировал.

— Все верно. Раньше тебе там светиться не следует. А до 10 июля тебе доставят психотропный препарат для наших будущих кроликов. Позже подвезем взрывчатку — ту, что хранится в схроне. Ее используем на вокзале и в электропоезде.

— Понятно!

— Я сообщу тебе о результатах работы своих людей у бывшего лагеря Талиба. А пока встречай своих бойцов и отдыхайте. Но без излишеств. И будьте готовы в любой момент покинуть город. Сам видишь, как резко и кардинально может измениться обстановка.