Десять бойцов - Лев Пучков

– Загадками изволите изъясняться, Анатолий Петрович, – несколько раздраженно отреагировал я. – Скажите все, как есть, и спать пойдем.

– Алексей Федорович, – поправил меня Шведов. – Алексей Федорович… про Анатолия Петровича забудь – нету его.

– Ладно, – согласился я, – уже забыл… Ну и?

– Хорошо. Начнем с последнего пунктика – так удобнее, – Шведов зажег сигарету и поудобнее устроился в кресле, словно готовясь к длительной беседе. – Ты мне действительно нужен. Именно поэтому я тебя и вычислил. Это уже рутина – детали, так сказать… Подсобрал информашку: связи, знакомства, склонности, спрогнозировал твои действия… Получалось, что после побега из СИЗО идти тебе, кроме как к Кротовскому, некуда. Это тебе скажет любой сопливый стажер из милицейской школы.

– Ха! Ну вы даете! – обиделся я. – Да я сам в Чечне вам рассказывал, что мой лучший друг рэкетиром заделался! Сопливый стажер… Не расскажи я вам тогда про Вовку, искали бы и по сей день!

– Ну, рассказывал, – лениво согласился Шведов. – Не в этом суть. Вышел, короче, на тебя, организовал наблюдение. Человечек мой жил три недели в Зеленогорске, следил за тобой – подсматривал, подслушивал и так далее. И позванивал.

– Зачем?! – искренне удивился я. – Почему сразу не законтачили?

– Да так… – Шведов неопределенно пожал плечами и лукаво ухмыльнулся, – психологический этюд. Мне надо было знать наверняка, сумеешь ли ты благополучно адаптироваться в новых условиях, привыкнуть к другому образу существования…

– Ну и как?

– Что – как? Сам знаешь – не сумел! На первой же чисто рэкетирской операции прибил подчиненных. А ведь это – постоянный стиль их работы. Негоден ты для рэкета.

– Микрофончики! Записи… – укоризненно констатировал я. – Все разговоры прослушали. А куда втыкали, а? Домой ко мне, что ли, забирались?

– Ну, зачем микрофончики? – удивился Шведов. – Это очень трудоемкий и изрядно устаревший процесс. Есть вещи получше. Например, сканирование с оконных стекол. Защиты никакой – подъехал на полста метров и сканируй сколько влезет.

– Во как! – восхитился я. – Прогресс, значится! Эпоха НТР…

– А ты думал? Зря, что ли, двадцать три года в чекистах хаживал?!

– Так, так… А зачем подставили? – поинтересовался я несколько агрессивно. – Вас бы, Анат… тьфу! Ляксей Федорыч, в бочку засадить да заставить полчасика через трубочку подышать! Я б на вас посмотрел… Кстати, зря вы так. Я бы и так от Белого ушел – уже все к тому шло.

– Ну, извини, солдат, – Шведов сожалеюще развел руками. – Были у меня сомнения по поводу неизбежности вашей разлуки. Больно уж ты бригадиру приглянулся. Поломанного «быка» он тебе мог бы и простить – покуражился бы чуток и сдался. А когда унюхал, что хорошими бабками запахло, тут же «завелся»… Они все такие – уж я-то знаю. Так что – не взыщи.

– Ну спасибо, хорошо! – Я мрачно ухмыльнулся. – Вот это психэтюдики у вас! Я, между прочим, запросто мог утонуть в той вонючей бочке. Или чердаком повредиться – были, знаете ли, все предпосылки для этого… Ладно, бог с вами. Самое, как мне кажется, удивительное: откуда вы узнали про баксы?

– Ты не поверишь, мой юный друг… но именно с этих проклятых баксов и начались мои заморочки. – Шведов, нахмурившись вдруг, плеснул в стопки еще водки и закурил новую сигарету. – Я, кстати, с твоими похождениями знаком гораздо лучше, чем тебе, может быть, хотелось бы! Гораздо лучше… Лагерь Абдуллы ты взорвал?

– Хм! Однако… – Я удивленно покачал головой. – Ну вы, я вам скажу… а, что скрывать! Было дело, было… Шел себе мимо – дай, думаю, рвану лагерек для комплекта…

– Я так и полагал, – заявил Шведов с некоторой долей торжества в голосе, – так и полагал… Ну ты и гусь!

– Я Сыч, а не гусь, – поправил я собеседника, – и хватит мучить меня дедукцией! Скажите все как есть, и спать пойдем!

– Ладно, ладно, не буду, – миролюбиво пробормотал Шведов, – не буду… Схема очень простая, солдат. Ты наверняка встречался с такими явлениями на войне. Есть, предположим, какой-то там хмырь, – тычок большим пальцем вверх. – Типа того: «строит и восстанавливает уничтоженную войной чеченскую экономику…» Хм! Ну вот – бабки перечислил на счета каких-то левых строительных фирм, все оформил – комар носа не подточит. Абдулла работает… извини – работал, на этого хмыря. Заказчик указывает – где и когда – и платит хорошие бабки. Естественно, через изрядную цепочку посредников. Люди Абдуллы приходят и на месте гипотетического «объекта строительства» делают «выжженную землю». Все списывается на боевые действия. Сие отработано до автоматизма и функционирует без сбоев… Механизм понятен?

– Вполне. Чего вы мне ликбез устраиваете? Это каждый боец-первогодок знает. Мне непонятно, как махинации этого мерзавца там, в Чечне, попали в сферу ваших интересов в столице!

– Да просто все, элементарно, – Шведов небрежно махнул рукой, – бабки к Абдулле ушли, а очередной заказ он не выполнил. Заказчика сильно подставил. И не потому, что вредный оказался «чех»… Просто он был немножко мертвый… Прецедентов такого характера до этого случая не было. Хмырь начал очень серьезно спрашивать со всех, кто замешан, – получилась изрядная и небескровная разборка. В это время, кстати, вроде бы ненароком, подкатывает ко мне один «коллега» и интересуется: а что за парнишу ты пристроил к журналисту, который в круиз по Чечне месяц назад наладился? Я его, естественно, продезинформировал и организовал наблюдение. И очень скоро ухватился за ту самую ниточку, которая, как оказалось, вела в пороховой погреб… Ну, ты в курсе.

– Почему же вы решили, что это именно я причастен к взрыву в лагере Абдуллы? Там такая хреновина была – очень несложная в обращении – кто угодно мог пошутить. Да сам Абдулла спьяну запросто мог – они бухали беспробудно… У вас, наверно, интуиция просто разыгралась! Припадок дедукции.

– Ну нет, солдат! – Шведов грустно улыбнулся. – Ничего у меня не разыгралось. Я тебе говорю: имела место тщательная разборка обстоятельств взрыва и пропажи денег, поскольку это имело прямое отношение к срыву заказа. Каждый иностранец, отправившийся в Чечню, был у нас на учете – ты знаешь. Факты сопоставить нетрудно, если имеются показания очевидцев, схожие в некоторых деталях… Короче, несколько человек в Мехино в один голос заявили, что накануне взрыва через село проезжали иностранные журналисты – спрашивали дорогу в лагерь Абдуллы. А потом, буквально за два часа до взрыва, их машина проехала обратно. Улавливаешь?

– Ну и что? – пожал я плечами. – Ну и проехали. Мало ли журналистов шастает по горам? Они что – фоторобот наш составляли?

– Не прав ты, солдат, – укоризненно попенял мне Шведов, – кругом не прав. Журналисты у них там ежедневно туда-сюда не шастают. А потому все запомнили марку машины. Это был изрядно потрепанный «Лендровер»… весь измазанный зеленой мастикой. Будто пробоины пулевые заделывали…

Я чуть не поперхнулся очередным куском ветчины. Во дела! Этак недолго и в анналы угодить…