Экстренное погружение - Сергей Зверев

Заместитель директора ЦРУ по аналитической работе вице-адмирал Джеймс Григ, Человек-гора, как прозвали его сотрудники, со снежной вершиной из седых волос и тремя подбородками, свисающими на грудь, сидел в своем кресле с высокой спинкой и читал какую-то бумагу, отодвинув ее как можно дальше от глаз. Он старался не носить очки, чтобы никто не разглядел в этом факте свидетельство приближающейся старости. Его огромный полированный стол из красного дерева был завален пластиковыми папками с блестящими металлическими замками и надписями «совершенно секретно». Начищенный до блеска пол сиял так, что в него можно было смотреться, как в зеркало.

– Хэлло, майор, – приветствовал Стивенсона адмирал, вставая со стула и с широкой американской улыбкой оглядывая его. – Отдохнул, загорел… Кофе налить?

Стивенсон лишний раз позавидовал умению американцев держаться раскованно в любых ситуациях. Какой британский генерал стал бы общаться в подобной манере с майором?

– Да, спасибо.

Дэвид Джеймс Григ всегда требовал от всех сотрудников не столько безусловного подчинения, сколько всеобъемлющей компетенции, граничащей с полной энциклопедичностью. Однако несмотря на это все признавали, что работать с ним легко. Это был работяга, мустанг, тянущий огромный воз аналитической работы, в результате которой горы фактов превращались в золотые слитки выводов. Весь его вид – круглое загорелое лицо, коротко подстриженные седые волосы, выцветшие голубые глаза – говорил о том, что большую часть своей жизни он посвятил морю. И это было действительно так. Придя в разведку юным птенцом из флота, он затем закончил Академию Генштаба в Ньюарке и сорок лет работал на звездно-полосатый флаг Дядюшки Сэма, сначала в качестве командира разведывательной подлодки, а затем перейдя на штабную работу в ЦРУ. Григ был требовательным, но заботливым шефом, особенно по отношению к тем, кого уважал. Майор Эндрю Стивенсон относился к последним.

К огорчению Стивенсона, обещанный кофе, как и следовало ожидать, оказался обычным кофейным напитком, к тому же с сильной примесью морской соли, которую адмирал специально добавлял в воду для вкуса. Он сам наполнил чашку с отверстием в ручке, предназначенным, по-видимому, для крепления ее к корабельной переборке. И кофе, и кофемолка стояли сзади него на старинном резном серванте викторианской эпохи, куда адмирал мог достать, просто повернувшись в кресле.

– Голоден, Эндрю? – Григ открыл верхний ящик стола. – Посмотрим, что тут нам приготовила старушка Нэнси.

Он достал два сэндвича и протянул один майору.

– Спасибо, я после самолета не ем, – Стивенсон сделал отрицательный жест рукой.

– До сих пор не любишь летать? – Григ сочувственно посмотрел на него.

Стивенсон с чашкой в руке опустился в кресло напротив адмирала.

– Перестал любить после Афганистана. Поезд предпочтительнее. Всегда можно спрыгнуть.

Адмирал засмеялся.

– А как насчет того, чтобы прокатиться на подводной лодке?

– На север? – Стивенсон вспомнил брошенные в приемной слова секретарши о том, что скоро он будет жалеть о жаре.

– Как ты догадался?

Майор спохватился, что тем самым, сам того не желая, выдал Нэнси, но смолчал. По выражению его лица Григ догадался сам.

– Старая кукла! – воскликнул он. – Слишком много болтает. Интересно, сколько еще людей знает о том, что я интересуюсь Арктикой? У старушки чересчур длинный язык, я позабочусь о нем. Ведь ты знаешь – упущенные сведения распространяются в геометрической прогрессии. Но, в общем, она права – я хотел бы, чтобы ты отправился к полюсу.

– Зачем? – напрягся Стивенсон.

– Сейчас там идут поиски пропавшей русской буровой ледового класса.

– Буровой? – переспросил Стивенсон. – Что они там делали?

– Поисковые скважины! – многозначительно сказал Григ. – Нефть, конечно, искали. И даже, похоже, нашли.

Майор с подозрением посмотрел на адмирала.

– Откуда вам известно? Об этом, кажется, нигде не сообщалось…

– Русские вообще никогда не спешат делиться своими секретами с кем бы то ни было. Поэтому пришлось принять меры. Мы получили это известие из нашего источника. Давай-ка пройдемся. Здесь недалеко…

Встав, Григ направился к двери. Развернувшись на носках, майор последовал за ним в соседнюю комнату.

В просторном тамбуре за дверью морской пехотинец проверил документы Стивенсона и, козырнув, пропустил внутрь. Это было самое секретное место в здании. Сотрудников, имеющих право на вход в него, можно было пересчитать по пальцам. Тех, кто знал о его существовании, было не больше.

Пройдя через тамбур, они очутились в огромном помещении, всю заднюю стену его занимал громадный плазменный экран, возле которого за мерцающими мониторами сидели дежурные офицеры. Это был Центральный командный пункт – всеми операциями на всех двенадцати флотах американских ВМС руководили отсюда. Три каперанга поднялись при их появлении.

– Ну что? – спросил адмирал.

– Как корова слизала… – ответил один из каперангов, маленький, усатый, по-видимому, старший в команде. – Мы можем найти болт, гайку, если, конечно, они лежат на месте, а не дрейфуют…

– Познакомьтесь, это майор Стивенсон, – адмирал кивнул в сторону майора. – Он поможет в нашей работе. Надеюсь, не надо объяснять, что ни одного слова не должно выйти из стен этого кабинета?

Стивенсон молча кивнул.

– Итак, что мы имеем? – начал адмирал. – У нас есть русская буровая, сумевшая взять со дна океана чрезвычайно важные для нас образцы грунта. Связь с буровой потеряна. Спутники невозможно задействовать из-за разыгравшейся там непогоды. Русские направили на ее поиски ледокол и подлодку. Мы должны найти буровую раньше.

Усатый каперанг вставил лазерный диск, и на экране монитора появилось изображение Северного полюса.

– «Индепендент» – западнее Ян, Майена с двумя кораблями сопровождения, – начал объяснять он, – «Эйзенхауэр» милях в двухстах восточнее. Слишком далеко для вертолетной разведки. Еще два наших противолодочника около острова Медвежий, поэтому от них пока никакого толку. Правда, три наших сторожевика находятся в Норвежском море. У всех приказ искать буровую.

– Что в воздухе?

– Один «Авакс» барражирует вдоль наших полярных границ, второй – на барьерном патрулировании между мысом Нордкап и Шпицбергеном. Мы могли б их задействовать, если б точно знали, где искать.