Ледяной город - Джон Фарроу

Подойдя к бару, человек по имени Джордж Тернер остановился, чтобы докурить сигарету. Он оперся о сиденье стоявшего там «харлей-дэвидсона» и выглядел так, будто принадлежал совсем к другому миру. Случайному прохожему он мог бы показаться невинной овечкой, прохожий даже мог бы предупредить его об опасности, поджидающей в баре любого человека с улицы, который собрался туда зайти. У бокового входа стоял на страже здоровенный байкер.

— Там с ними еще Джузеппе Пагано, — продолжал лейтенант «Росомах». — Мафиози старой закалки. Его бортанули, когда местные итальянцы раскололись, вот он и связался с «Ангелами». Еще там Макс Гиттеридж, их юрист. Так что, получается, на эту их посиделку съехались юрист, банкир, союзники, подрывник, компьютерщик и сам главарь, не считая какого-то типа, о котором мы вообще ничего не знаем. У них что-то точно замышляется.

— А что это за малый, о котором вы ничего не знаете? — спросил Санк-Марс.

— Мы называем его Царь. Кое-что о нем мы слышали, но идентифицировать пока не смогли и никогда его не видели. И сегодня его не удалось сфотографировать. Пока не удалось. Он пришел сюда в широкополой шляпе и плаще, представляете? В такую-то жарищу!

Внизу Тернер в конце концов докурил сигарету и вошел в бар.

— Получается, вы не смогли снять именно того человека, о котором вам ничего не известно, — констатировал Санк-Марс.

Полицейский пожал плечами.

— Может быть, нам больше повезет, когда он будет выходить. Эту сходку они проводят на виду у всех, поэтому мы считаем, что именно он является причиной сегодняшнего представления. Из телефонной прослушки мы поняли, что здесь появился какой-то русский, который собирается крутить свои дела. Возможно, это он и есть. Если так, он возглавляет несколько русских банд. «Ангелы» либо хотят показать ему, какие они крутые, либо демонстрируют, что в любой момент могут плюнуть нам в лицо. Вот почему эта их сходка проходит открыто. У нас сложилось мнение, что они хотят пустить Царю пыль в глаза.

— Им должно быть известно, что вы здесь. И они знают, что вы их снимаете.

— Конечно, знают. Посмотрите внимательнее, Санк-Марс, на охранника, присмотритесь к нему в бинокль.

Санк-Марс внимательно оглядел громилу. Это был жуткий малый, огромный, с мускулами культуриста. И с конским хвостиком. Детектива слегка озадачило, что теперь крутые парни носят серьги. Когда он начинал службу, такого ему видеть не доводилось.

— Прочтите, что у него на плече написано.

Бинокль был достаточно сильным. Татуировка гласила: «Грязное меньшинство».

— Вы знаете, что это значит? — не отставал от него лейтенант.

— Он — убийца. — Такая надпись ни для кого не являлась тайной.

— Это значит, что он убивал по приказу «Ангелов», — уточнил лейтенант. — Теперь вы понимаете, с кем мы имеем дело? Они не скрывают, что убивают людей, они знают, что мы их снимаем, и им на это в высшей степени наплевать. Вы, сержант-детектив, слишком хороший полицейский, чтобы позволить им этим заниматься в вашем городе, на вашей земле.

Они отошли в полумрак большого зала. Обычно это помещение, должно быть, использовалось для деловых обедов и приема клиентов. В одном углу был оборудован небольшой бар, которым полицейские почти не пользовались, а диваны и кофейные столики на колесиках можно было легко передвинуть, приспособив к требованиям обстоятельств.

Вновь устроившись в кресле, Санк-Марс ждал, когда детектив сделает следующий шаг. Человек, который, как он полагал, служил в конной полиции, докурил сигарету и тут же прикурил следующую, обрисовав ею в воздухе витиеватый эллипс. После глубокой затяжки он бросил на Санк-Марса пристальный взгляд, изогнул бровь дугой и сделал следующее заявление:

— Сержант-детектив, мы создаем сильнейшее подразделение, и нам нужно, чтобы вы работали с нами. «Росомахи» собираются нанести крепкий удар, примите это к сведению.

— Желаю вам всяческих успехов.

— Мне от вас не это нужно. Ваше место здесь, вместе с нами. С «Росомахами».

— Это не мое.

— На основании тех сведений, которыми я располагаю, вы практически самостоятельно делаете то же дело, которым собираемся заниматься мы. У вас налажены связи и с конной полицией, и с провинциальной полицией Квебека. Почти все в курсе того, что вы возглавляете что-то вроде собственного полицейского подразделения. Я отношусь к этому с уважением. Но у нас больше ресурсов, Санк-Марс, с нами работают лучшие специалисты, мы располагаем самым современным оборудованием. У нас все — от начала до конца — только высшей пробы. Ни разборок, ни подначек, ни подстав, никакой бюрократической волокиты.

— Вы можете это обещать?

— Легко.

— Дело в том, лейтенант, что в команде я плохой игрок.

— Мы сами устанавливаем правила игры.

Санк-Марс понял, что дальше соблюдать приличия с этим человеком бессмысленно — общепринятых выражений отказа он понимать не хотел.

— Лейтенант, я не хочу связываться с вашей организацией. Я желаю вам успеха, но привык работать самостоятельно в рамках тех ограничений, которые налагает на меня служба в моем управлении. Вы привлекаете хороших специалистов, вы сможете успешно работать. Но служба в спецподразделении не для меня — мне представляется, что стоящие перед вами задачи не отражают реальных проблем. Вы ведете наблюдение за байкерами, но они тоже могут отслеживать ваши действия. Они знают, что вы здесь, они с вами играют. Зачем же вам играть по их правилам?

— Работа полицейских это иногда предполагает.

— Только не в моем случае.

— В самом деле? Послушайте, детектив, не поймите меня превратно, но определенные шаги уже сделаны, вы меня понимаете? Вы знаете, что может произойти, если вы будете не с нами? Не думаю, что в случае отказа вы сможете далеко продвинуться по служебной лестнице.

Санк-Марс резко поднялся.

— Вы мне угрожаете?

Его собеседник тоже встал, протянув руку ладонью вперед, чтобы разрядить ситуацию.

— Не надо так волноваться. Я вам вовсе не угрожаю. Просто констатирую, что некоторые меры уже приняты. Если ваш ответ будет отрицательным, в вашем послужном списке появится соответствующая запись.

— Простите, — резко сказал Санк-Марс, поджал губы и повернулся, чтобы уйти. — Меня ваше предложение не интересует.

— По крайней мере, подумайте над ним. Я предлагаю вам настоящее дело, детектив. На пределе возможного. Это важно для безопасности наших граждан. Эти подонки уже убили сорок семь человек…

— Они убирают других байкеров.

— Взрывая бомбы! — Теперь лейтенант выставил вперед обе ладони. — При одном из таких взрывов неизбежно погибнут невинные люди. Когда это случится…

Санк-Марс решил подождать, чтобы дать ему закончить фразу.

— …когда это произойдет, нам выделят бюджет такого размера, что мы не будем знать, как потратить деньги. Тогда вы захотите быть с нами, Эмиль. Мы справимся с этой работой! — Мужчина сжал кулаки. Мышцы у него на шее вздулись, к лицу прихлынула кровь. — Подумайте об этом!