Черный город - Александр Тамоников

– Козел! Чего молчал?

– Кто козел? Ты кого козлом назвал?!

– Ну, не тебя же. Понятно, архара, что базарил в рупор.

– А…

В комнату из коридора вошел командир 7-й роты капитан Кошерев. Бойцы поднялись, приняв положение «смирно». Ротный махнул рукой:

– Вольно! Расслабьтесь… пока. Слышали, что дух кричал?

– Слыхали, – ответил Артюшин. – А Шохин, тот даже видел этого казбека.

– Это правда? – взглянул ротный на Шохина.

– Так точно! Дух орал из двора третьего справа дома, укрывшись за деревом. Я хотел его снять, но потом решил, не стоит.

– Почему?

– Потому что если выстрелил, то обнаружил бы позицию.

Кошерев улыбнулся:

– Верное решение. Взводный посадил вас здесь не случайно. И пулеметом с гранатометом вооружил. Под вами – вход в подвал. Из подвала можно выйти практически в любое помещение. Что это означает, объяснять надо?

– Никак нет! – откликнулся Шохин.

– Духи подождут три минуты, а потом пойдут в атаку. Их в частном секторе полно. Видели рыл двадцать, но реально может быть гораздо больше. И им кровь из носу надо выбить нас с площади…

В это время здание содрогнулось от разрывов гранат. Боевики, выдержав паузу, начали гранатометный обстрел. Комнату сразу же заволокло пылью и гарью.

– Ну вот и началось! – сказал капитан. – Сначала обстрел, потом штурм. Смотрите, мужики, на вас лежит большая ответственность, вы любой ценой не должны допустить проникновения бандитов в подвал. Допустите – много ребят может полечь на этом вокзале. Ясно?

– Так точно, товарищ капитан! – ответили солдаты в один голос.

– Ну и молодцы. Я наверх. Помните, что сказал. Удачи!

Ротный ушел. Шохин взглянул на Артюшина:

– Понял? А ты говоришь…

– Чего я говорю?

– Ничего! К окну. На позицию!

– А че ты раскомандовался? Тебя что, старшим здесь назначили?

– Назначили!

– Кто?

– Хер в кожаном пальто! У меня пулемет, значит, я старший, а ты второй номер. И не будем делить должности. Задачу надо выполнять.

– Ладно, старший. А про подвал взводный не говорил…

– Да какая теперь разница?

– Водки бы, а, Толян? Для куража! Как раньше, на войне водку перед боем давали.

– Без водки, чую, весело будет…

– Это точно!

Бойцы заняли позицию у замаскированного окна. Гранатометный обстрел не утихал.

– И бьют, шакалы, откуда-то рядом, – проговорил Артюшин, – и ни одного стрелка не видать. Хотя…

Он напрягся.

– Ты чего? – спросил Шохин.

– Есть, Толян! Вижу духа с трубой.

– Где?

– Дом, откуда базарил ихний генерал, третий?

– Да!

– Гляди правее, за забором в кустах. Ну? Видишь?

Шохин разглядел молодого чеченца, поднявшего на плечо противотанковый гранатомет, проговорил:

– Вижу!

И тут же дал в гранатометчика короткую очередь. Десантник стрелял метко. Две пули ударили боевику в голову – в переносицу и в лоб, отбросив тело к дереву. Тот успел нажать на спуск, но задрав гранатомет вверх, и выстрел РПГ-7 ушел в небо.

– Есть! – заорал Шохин. – Дострелялся, сука! Как я его, Миха?

Ответить Артюшин не успел: прямо над головами солдат прошла автоматная очередь, выпущенная из частного сектора. Солдаты пригнулись.

– Вот сучары, засекли-таки позицию, – процедил Шохин.

И вновь Артюшин проявил удивительную способность в критической ситуации фиксировать все, что происходило вне позиции. А возможно, только в критической ситуации у него настолько обострялось данное качество.

– Из того же третьего дома, со второго слева окна, по нам дали очередь. Бородач с зеленой повязкой на черепе, – сказал он, лежа на полу.

– Точно?

– Точнее не бывает!

– Так какого хера ты сидишь? Наверняка бородач в хате один, а если нет, то тем более.

– Чего тем более?

– Тебе «Муху» за каким чертом дали? Жги этот дом, пока духи командованию своему о нас не сообщили.

– А! Так это мы мигом!

– Давай, Миха! Давай!

Артюшин быстро подготовил переносной одноразовый гранатомет к бою. Поднялся, вскинув телескопическую трубу с поднятым прицелом. Выстрелил. Выстрел «Мухи», войдя в открытое окно, взорвался внутри небольшого дома. Здание вздрогнуло, из всех окон наружу ударило пламя. Крыша обрушилась, дом загорелся. Отбросив трубу, Артюшин присел рядом с Шохиным:

– Разнес хату! Если в ней кто-то был, то уже греется в аду. Но если еще кто-то из духов видел, откуда рванули дом, то совсем скоро, через считаные секунды, и мы с тобой отправимся на небеса.

– Не хотелось бы…

– А куда денешься?

– В коридор?

– Не успеем!

– Если б не болтали, то успели бы.

– Теперь точно не успеем!

Но ответного выстрела из гранатомета не последовало. Напротив, грохот стрельбы как внезапно начался, так внезапно и прекратился.

Артюшин посмотрел на Шохина:

– Живем, Толик?

– Живем!

– Нет, все-таки как я эту хату поднял на воздух!..

– Лихо! Но и я гранатометчика приземлил с короткой очереди.

– И ты лихо! Лихие мы пацаны, да, Толян? Десантура!

В помещение буквально ворвался командир взвода старший лейтенант Лихолетов:

– Чего сидим? Духи в атаку пошли!

Тут же этажом выше прогремел взрыв. Лихолетов сплюнул на бетонный пол:

– Твою мать! Опять бьют из гранатометов. – И приказал бойцам: – Быстро на позицию! Задачу вам ротный довел, я приказываю стоять до конца. До последнего патрона держать оборону.

– Мы легкоуязвимы, – сказал Шохин. – Если духи будут прорываться в подвал, то комнату над входом в него обязательно прострелят из «Мухи» или РПГ.

– Вы в здании не одни. Да и соседи, что стоят на юге, поддержат огнем, так что ни с фланга, ни с тыла вокзал не обойти. Гранатометчиков будут снайперы обстреливать. Держитесь, парни. Помните, что вы в Батальоне мужества служите!

– И все же, товарищ старший лейтенант, в подвал надо хоть отделение спустить…

– Где б его, свободное, еще взять. Но вы выполняйте свою задачу, об остальном не думайте.

– Патронов подбросили бы…