Убитые голоса - Александр Тамоников

«Вот тебе и строгий костюм, — подумал Уланов, — стоило наряжаться, когда тот, кто хотел тебя видеть, одет очень просто».

— Роман Владимирович? Здравствуйте.

— Добрый день, Аркадий Анатольевич.

Хозяин кабинета и торгового комплекса указал на кресла у журнального столика:

— Поговорим там? Честно говоря, надоело сидеть за рабочим столом.

— Как скажете.

— Присаживайтесь, пожалуйста.

Они устроились за журнальным столиком.

— Кофе, чай или что-нибудь покрепче? Могу предложить отменный французский коньяк.

— Я на службе не пью. Если только кофе.

— Похвально.

Он по радиотелефону вызвал секретаря.

Жизнерадостная девушка буквально впорхнула в кабинет, освещая его своей лучезарной улыбкой:

— Да, Аркадий Анатольевич?

— Оксана, сделай нам два кофе. Как обычно, хотя… — Лемехов взглянул на Уланова: — Вы какой предпочитаете?

Роман ответил:

— Любой!

Лемехов рассмеялся:

— Я имею в виду, с сахаром, со сливками, с ромом.

— Просто кофе, можно самый дешевый, растворимый. Но крепкий.

Продолжая смеяться, Лемехов проговорил:

— Вы мне определенно нравитесь, Роман Владимирович.

— Я не женщина, чтобы нравиться. Надеюсь, у вас все в порядке с ориентацией?

Смех Лемехова только усилился:

— Не беспокойтесь, я женат, у меня двое детей. Кстати, Оксана — моя племянница.

Девушка кивнула. Она ждала привычного указания.

— Еще бы, — усмехнулся Уланов, — на такую должность с улицы не берут. Не удивлюсь, что помощник и все руководящие работники фирмы тоже ваши родственники.

— Ну нет. Только Оксана.

Он повернулся к ней:

— Кофе без сахара, сливок, крепкий, двойной. И, Оксана, в нормальных чашках, хорошо?

— Да, Аркадий Анатольевич.

Девушка вышла. Лемехов, перестав смеяться, спросил:

— Вы курите, Роман Владимирович?

— Да, — ответил Уланов, — хотя это сейчас почти преступление. Даже на работу курящих стараются не брать, на нормальную работу.

— Я не в этом смысле.

Он поднялся, прошел к рабочему столу, вернулся с хрустальной пепельницей, поставил ее на столик, бросил пачку дорогих сигарет, зажигалку в позолоченном корпусе:

— Я тоже, Роман Владимирович, курю. Так что, прошу.

Он протянул пачку.

— Благодарю, у меня свои.

— Хорошо.

Хозяин гипермаркета и Уланов закурили. Тут же зашелестел вентилятор, скрытый в потолке вытяжки. Здесь все было продумано.

Секретарь принесла кофе.

Он оказался крепким, очень ароматным, вкусным.

Выпили по чашке.

Уланов сел поудобнее, взглянул на Лемехова:

— Что вы хотели мне предложить?

Владелец гипермаркета ответил:

— Должность начальника моей личной охраны.

— Вот как? А вам кто-то угрожает?

— У людей моего положения по определению не может не быть врагов.

— Но далеко не всегда враги представляют угрозу. Мне приходилось сталкиваться с тем, когда гораздо опаснее друзья или родственники.

— Я слышал о вашей работе в Балаеве. И признаюсь, впечатлен.

— Ничего особенного.

— Не скромничайте. Представляю, какие дела вы проворачивали, будучи старшим офицером элитной спецслужбы.

— Разные.

— Так как вам мое предложение?

— Нормальное предложение. У меня к вам есть несколько вопросов. Ответите?

— Если это не касается конфиденциальной информации.

— Само собой.

— Вопрос первый, что вас связывает с Борисом?

— Вы имеете в виду Гарина?

— Да.

— Однажды он очень помог мне. Извините, в подробности я вдаваться не буду, это и есть та самая конфиденциальная информация. Впрочем, Борис Борисович, если захочет, может рассказать сам. Я не против.

— Ладно. Вопрос второй, вы давно держите личную охрану?

— С мая этого года.

— А до этого?

— До этого в ней не было никакой необходимости.

Уланов внимательно посмотрел на Лемехова:

— Что же такое произошло в мае, что вынудило вас обзавестись личной охраной?

Владелец гипермаркета кивнул:

— Целая череда происшествий. Как-то мою машину обстреляли при возвращении из Москвы, затем катер, который я купил для отдыха на реке, был подорван. Тогда сработала, как говорили специалисты, донная мина малой мощности. В результате катер затонул. После этого произошел пожар здесь, в гипермаркете. От катастрофы спасло то, что я уделяю повышенное внимание безопасности и не экономлю на ней, включая системы оповещения и автоматического пожаротушения.

— Интересно. Что случилось дальше?

— А дальше все прекратилось.

Уланов удивился:

— Прекратилось?

— Да.

— С чем вы это связываете?

— Не знаю. Но думаю, что наступившее затишье — временное; да, оно продолжительное, но тот, кто стоял за этими случаями, я уверен, всего лишь взял паузу.

— И кто это может быть?

— Понятия не имею.

— А вам не приходило в голову, что эти случаи — действия завидующего вам конкурента, который не смог достичь ваших высот, но трудится в том же направлении, торгово-развлекательном. Либо человека, работавшего с вами долгое время и которого вы, скажем, уволили, за какую-нибудь, с его точки зрения, мелочь?

Лемехов вздохнул:

— Что мне только не приходило в голову. Были и предположения, естественно, что это происки конкурентов, но никаких доказательств этому ни полиция, ни частные сыщики не нашли. Мститель-одиночка, уволенный мной? Это абсурд. Я никого не увольнял из руководства. Да и не под силу одному человеку обстрелять автомобиль, а значит, иметь оружие — стреляли из «АК», — и закрепить мину на днище катера, а значит, иметь навыки не только сапера, но и хорошего пловца, тем более устроить пожар.

Уланов проговорил:

— Спорное утверждение. При желании все это мог совершить один человек, имеющий специальную подготовку.

— Вы бы смогли?

— Да, — спокойно ответил Уланов, — обстрел машины? Проще простого. Выбор позиции — только дело времени. Оружие? Его можно купить. Мина? Нырнул на минуту, прикрепил заряд, вынырнул. Пожар? Определил, где при строительстве применялись горючие материалы, принес под видом покупателя воспламенитель, который легко даже в домашних условиях изготовить, установил, скрылся. И для этого, Аркадий Анатольевич, профи высокого уровня не требуется. А главное, чего добился тот, кто устраивал все эти пакости? НИЧЕГО. Хотел бы убить — убил бы. Подорвать на том же катере. Хотел бы сжечь торговый центр — сжег бы. Активировал бы воспламенитель извне, вот и пожар. Сейчас у вас есть ощущение опасности?