Смерть оловянных солдатиков - Андрей Ильин

* * *

И началась война, которая должна была начаться, так как долго и тщательно готовилась. И Галиб точно знал и мог указать, где базируются боевики Раджиха, сколько их, чем вооружены, как охраняют подходы. Что сильно облегчало задачу нападавшей стороны. И родственники погибших, объединив усилия и вооружившись кто чем мог, напали ночью на один из лагерей Раджиха. И всё там перевернули и всех порезали и постреляли. И шумно отпраздновали победу. На чем их боевые успехи закончились. Потому что Раджих был опытным воином и, быстро во всем разобравшись и перегруппировав силы, нанес ответный удар.

И у него тоже откуда-то была информация о численности, вооружении и расположении противостоящих ему сил. Отчего он смог нанести противнику серьезный урон в живой силе и… Ну и несколько джипов пожег. Его люди ворвались в родовую деревню, где проживала семья одного из переметнувшихся боевиков, вырезали несколько домов, убили с десяток вооруженных мужчин, захватили богатую добычу и несколько десятков пленных. Что было очень важно, так как пленные являлись хорошим аргументом в будущей торговле. Ведь торговаться Восток умеет гораздо лучше, чем воевать. И делает это с большим удовольствием.

На чем война стала стихать. От души постреляв, порезав и покрасовавшись подле поверженных трупов, стороны успокоились. Потому что на Востоке с его жарким климатом люди вспыхивают быстро как порох, но так же скоро остывают. Не любят на Востоке затяжных войн и долгой однообразной работы, на какую способны европейцы. Там все любят делать быстро, за один раз, а потом долго-долго праздновать победу.

И стороны стали искать пути примирения, привлекая многочисленных ближних и дальних родственников и уважаемых людей из чужих родов.

И Муслюм сказал Сабиру. Сабир Фараду. Фарад Исмаилу… И так по длинной-длинной цепочке образовалась прямая связь между враждующими сторонами, которую со стороны ну никак не проследить. И начался долгий, витиеватый переговорный процесс. На фоне необъявленного перемирия.

Что устроило всех. Но не устраивало Галиба. И случилось еще одно нападение на людей Раджиха. На самом пике обмена мнениями и любезностями. Бойцы Галиба ударили по базе Раджиха, где побили много его людей. Да и черт бы с ними со всеми, но там хранилась одна из наличных касс группировки. В большом несгораемом сейфе. Который в ходе нападения куда-то исчез. Со всем содержимым. А вот этого простить уже было нельзя. Убивать – убивай, как того требуют древние обычаи, но на наличность не зарься!

Переговоры были прерваны. Муслюм послал Сабира. Сабир сказал обидные слова Фараду. Фарад пригрозил Исмаилу… Переговорная цепочка рассыпалась. Война вступила в новую горячую фазу. Более жестокую. Потому что в нее ввязалась третья сторона. Ввязался Галиб. Который был плохой переговорщик. Так как молчал. Но был хороший воин, умеющий ставить цели и достигать их. И имел для этого много бойцов, которые были выдрессированы на подчинение. Они не сомневались, не оспаривали приказы, не бузили, а шли и исполняли их буквально. Чтобы носы, уши и руки при себе сохранить.

Галиб действительно умудрился в самые короткие сроки построить боеспособную, готовую решать самые сложные задачи армию, которую теперь натравил на Раджиха. И упрекнуть его в преследовании каких-то своих целей было невозможно, так как руководствовался он не корыстью, а самыми благородными мотивами – местью за пришедших на его сторону бойцов и защитой их родственников. Которые попросили у него помощи! При этом защищал он родственников так рьяно, что во все стороны клочки летели. От воинства Раджиха. А родственники пачками гибли в вооруженных стычках и засадах. И это была уже не кровная месть. Это была война. На уничтожение. Но под вполне себе благородным предлогом. Что работало на авторитет Галиба. И никто в нее не пытался встревать и мирить враждующие стороны. Никто не хотел ссориться с Галибом.

Так все удачно сложилось.

Через две недели сильно поредевшее воинство Раджиха запросило перемирия. Не были они готовы к столь жестокой войне. Это тебе не глотки пленным резать и мирных жителей взрывать. Здесь воевать надо. И умирать. Каждый день. Не понять за что.

Парламентеры пришли к Галибу и, почтительно склонившись, сказали:

– Галиб, это не наша война. Мы не понимаем, за что гибнем.

Галиб ответил. При этом говорил его Помощник, и парламентеры слушали его, а смотрели на Галиба.

– Вы погибаете из-за Раджиха. Он начал эту войну первым. Он убил ваших «братьев», которые хотели прийти к Галибу, чтобы продолжить воевать с неверными. Теперь что-либо изменить трудно, так как Раджих вашими руками убил многих наших бойцов и их праведные души требуют отмщения.

– И что же нам делать?

– Воевать, как это положено настоящим мужчинам.

– Мы все погибнем.

– Но как настоящие мужчины!

– Но это не наша война, – вновь повторили парламентеры. – Зачем «братьям» убивать друг друга, ослабляя наши силы? Скажи, что нам сделать, чтобы прекратить эту войну?

Галиб подумал и махнул рукой. Помощник озвучил.

– Принесите голову Раджиха. Его голова прекратит междоусобицу. И прекратит кровную месть. Не вы, это он виновник смертей и должен ответить за содеянное своей жизнью.

Парламентеры переглянулись. Круто забирает Галиб. Но это действительно единственный выход. Единственная возможность остановить кровную месть. Кровь «гасится» только кровью!

– Мы подумаем.

– Думайте.

Ночью бойцы Галиба нанесли еще один удар по бойцам Раджиха. Они окружили дом, где отдыхали полтора десятка бойцов, и расстреляли его из гранатометов. Выживших они добили выстрелами в упор и дорезали кинжалами. Это была очень удачная и психологически рассчитанная операция. Бойцы Раджиха дрогнули. Правда, не все, но большинство.

Они пришли в Галибу не с пустыми руками. Они принесли круглое блюдо, накрытое пестрой тканью.

– Мы исполнили твой приказ, – сказали они и сдёрнули ткань.

На блюде лежала голова с закатившимися под брови глазами. Она стояла на ровно перерезанной шее, как пенёк. Это был Раджих.

Галиб удовлетворенно кивнул. Поднос поставили на пол перед его ногами. Все-таки они слишком буквально восприняли фразу – «принесите мне его голову». Ну да что с них взять, с боевиков. Они медресе не оканчивали.

Галиб поднял руку. Он принял новых воинов под свое покровительство. Но это был не конец испытаниям.

– Вы пришли все? – спросил Помощник.

– Нет. Несколько приближенных Раджиха отказались последовать за нами.

– Тогда они заслуживают смерти.

«Новобранцы» замялись:

– Они наши «братья».

– Тогда приведите их ко мне. А тех, кто не пойдет, – убейте. За каждого из них вы получите по пятьсот долларов…

Ну, так бы сразу и сказал!

– Мы исполним твой приказ, Галиб! Мы приведем их или они умрут! С этого дня и до конца дней мы будем служить тебе верой и правдой. Аллах свидетель!