Судьба и воля - Борис Седов

Но сделать это практически невозможно! Да, в больнице или, скорее всего, военном госпитале, куда бригады «скорой» обычно доставляют всех потерпевших с огнестрельными ранениями, Аню, как свидетельницу, какое-то время будут неотлучно охранять менты. Но Киржач далеко не лох, чтобы позволить себе такую роскошь, как живой свидетель. Вне зависимости от того, повяжут Артема в ближайшие дни или нет, его псы сделают все, чтобы Анюта замолчала навсегда…

Значит, нужно идти на риск и вступать в контакт с «органами», обьяснить, пока не поздно, как все было на самом деле. Только говорить нужно не с родной милицией, а непосредственно со спецами из ФСБ. Иного выхода просто нет!

Впервые за последние два года Артем вспомнил о Максе Лакине. Много лет назад они учились вместе, на одном курсе. После выпуска расстались и случайно встретились уже в девяносто девятом, на коммерческом международном турнире по боям без правил. Лакин с подругой сидели за столиком в кафе во время перерыва, ели мороженое и пили апельсиновый сок. Артем оказался рядом. Узнали друг друга, поздоровались, поболтали о том, о сем. Выяснилось, что Макс уже давно служит в одном из подразделений УФСБ по Санкт-Петербургу. В каком именно – он не уточнял, а Артем не спрашивал.

Такие подробности каждому встречному не рассказывают, пусть даже бывшему сокурскнику. Тем более, что друзьями, и даже приятелями, они в «альма матер» не были. К удивлению Артема, во время прощального рукопожатия Лакин бегло продиктовал номер своего сотового телефона: «На всякий случай. Сегодня не нужен, завтра, может, чем и пригожусь!» Очень похоже, этот час настал. Мельком услышанный два года назад номер, как ни странно, вспомнил без малейшего напряжения…

Сбросив скорость, Артем свернул в ближайший двор, заглушил двигатель. Провожаемый изумленными взглядами трех сидящих на скамейке и попивающих пиво молодых отморозков – не часто воочию увидишь тачку с характерным пулевым отверстием в покрытом паутиной трещин лобовом стекле! – вышел из «девятки», хлопнул дверью и как ни в чем не бывало направился обратно на улицу. Мысленно уже представляя, как сразу же после его исчезновения эти юные шакалы, потенциальное «пушечное мясо» бандитских группировок, метнутся к машине и сначала осторожно, а затем все увереннее начнут окучивать ее, выискивая наметанным взглядом, что бы скоммуниздить. Первой, понятно, будет выдернута магнитола. Затем придет очередь бардачка с кассетами. Ну и болт с ними. Теперь уже все равно.

Выйти дворами на питерскую трассу, проходящую через центр городка, вытянуть руку и поймать согласившегося подбросить до Питера частника оказалось делом двух минут. Выложив сразу затребованную предусмотрительным водилой сотню и удобно устроившись на заднем сиденье «опеля», Артем достал трофейный мобильник и набрал номер сокурскника. На том конце ответили почти сразу. Артем не без облегчения узнал спокойный, несколько флегматичный голос Лакина:

– Да, слушаю.

– Макс, привет. Это Артем Греков.

– А-а, здорово. Сколько лет… Ты по делу или так, вообще? – деловито осведомился привыкший рацонально относиться к времени собеседник. Слух уловил характерный щелчок бензиновой зажигалки.

– По делу. Нужно срочно встретиться. Говори, где, во сколько.

– Что-то серьезное?

– Серьезней некуда.

– На сколько я тебе нужен?

– Минут на тридцать.

– Ты один?

– Как перст.

– Ты где сейчас? – продолжал выпытывать Макс.

– В тачке, за городом. Двигаюсь с юга. Через полчаса примерно буду на проспекте Ветеранов, – чуть слукавил Артем. «Опель» приближался к Петербургу точно с запада.

– Тогда сделаем следующим образом. Красненькое кладбище знаешь, возле метро «Автово»? Там еще новый мост через железку строят.

– Знаю, – кивнул Артем, словно бывший сокурсник мог его видеть.

– Возле главного входа, через час. Я как раз буду в том районе по делам, вот заодно и встретимся.

– Договорились, – бросил в трубку Артем. И, как оказалось, вовремя. Едва он закончил разговор, как телефон издал противный писк и на дисплее мобильника появилась надпись: «Карта блокирована».

Чернявый ас асфальтовых дорог с похожими на локатор ушами, которого после точного удара ногой в пах теперь с большой вероятностью ожидали проблемы с продолжением рода, видимо, более или менее оклемался, если даже вспомнил про свою захваченную врагом «моторолу» и предупредил оператора «Дельты-телеком», чтобы заблокировали SIM-карту.

* * *

Макс приехал на новенькой голубой «десятке-купе», подогнав ее почти вплотную к главным воротам Красненького кладбища, заглушил мотор, закурил, сверил время по наручным часам, лениво откинулся на спинку сиденья и принялся ждать бывшего сокурскника. А когда заметил показавшегося из-за высоких ворот кладбища Артема, легким прикосновением к кнопке на закрытой панели автомагнитолы включил запись. Это нехитрое действие – фиксировать на пленку каждый разговор, в той или иной степени могущий касаться прямых служебных обязанностей, – вошло у капитана ФСБ Лакина в привычку. В машине для этой цели служил магнитофон, во всех прочих местах – закамуфлированный под зажигалку портативный цифровой диктофон с крохотным, не более булавочной головки, выносным микрофоном, крепящимся на одежде.

Такая предусмотрительность не раз приносила плоды…

Открыв пассажирскую дверь спортивного вазовского «купе», Артем упал на сиденье и молча протянул руку. Лакин стиснул ее в своей не менее широкой, чем у бывшего сокурсника, горячей и мозолистой от частого общения с «железом» ладонью, затолкал окурок в пепельницу и сказал:

– Выкладывай, что там у тебя стряслось. Только давай без лишних подробностей, у меня… через двадцать семь минут «стрелка» с «барабаном».

– С кем?

– С осведомителем, – спокойно пояснил Макс. – Есть, знаешь ли, такая категория граждан, добровольно оказывающих информационную поддержку правоохранительным органам.

– Без подробностей не получится, – дернул щекой Артем.

– Тогда валяй как есть, – пожал плечами Макс, бросив взгляд в панорамное зеркало.

В течение последующей четверти часа эфэсбэшник ни разу не перебил то и дело срывающегося на эмоции Артема, внимательно слушая историю его злоключений, начиная от выплеснутого в лицо жульена и заканчивая брошенной в Ломоносове машиной с пробитым милицейской пулей ветровым стеклом. Когда Артем, в качестве вещественных доказательств продемонстрировав Максу мобильник и пистолет, наконец замолчал, предоставив Лакину возможность высказать свое мнение по всему этому дурдому, капитан ФСБ снова потянулся за сигаретой, закурил, сделал две глубокие затяжки, некоторое время хмуро разглядывал тлеющий огонек и только затем спросил:

– Что ты хочешь от меня? Конкретно.

– Во-первых, я хочу, чтобы ты как представитель «конторы» поверил мне. Все произошло именно так, как я сейчас тебе рассказал, и не иначе.