Кровавая регата - Сергей Иванович Зверев

Вечером Сэм расстелил свое одеяло, вытянулся на нем, заложил руки за голову и стал наблюдать за тем, как полуголый Марк занимался тхеквондо. Он фыркал, резко выбрасывал в стороны руки и ноги, сопел и даже один раз задел стену ногой. С потолка посыпался мелкий мусор. Засыпающий дядя Володя пробормотал ругательство и повернулся на другой бок.

– Тише ты! – прошипел Сэм. – Не хватало еще, чтобы хилый потолок обвалился!

Марк повернулся к нему, выдохнул, поклонился и заявил:

– Ночная тренировка закончена!

– Твою же мать! Что это такое?! – крикнул Сэм и подскочил.

Ничего не понимающий Марк отпрыгнул к стене и встал в боевую стойку. Дядя Володя поднял голову.

Несколько мелких животных, плохо различимых в полусумраке, пробежали по одеялу между ногами Сэма и стремительно метнулись к порогу. Попискивая, они ткнулись в преграду и бросились в угол, под глиняную стену.

– Крысы, блин! – отдуваясь, сказал Сэм. – Напугали.

– Чего ты так орешь? Я чуть не обделался от страха. – Марк глубоко вздохнул, выпрямился, опустил руки. – Эти не первые. Я утром еще заметил, как они из склада выскакивали. Бегут, прямо как с тонущего корабля. Надо чем-нибудь дыры в стенках заделать. Иначе не уснем.

– Давай с пола земли наберем и туда запихаем.

– Это не поможет, но хоть что-то, – сказал Марк.

Друзья собрали с пола глину вперемешку с землей, смочили ее водой и усердно работали около часа, ногами утрамбовывали смесь в темных углах.

Закончив с этим, Сэм ощупал одеяло, сел и задумчиво сказал:

– А я видел, как сегодня кошка котят из дома выносила и прятала в траве. Ты заметил, Марк?

– Ну и что? – Марк протяжно зевнул.

– Давайте спать, – пробормотал дядя Володя, накрываясь одеялом. – При чем тут сомалийские кошки? Они же дурные, не то что наши.

– Да так. – Сэм пожал плечами. – Вспомнить толком не могу, но что-то такое в детстве было.

– Сэм, потом поговорим о твоем детстве. – Марк зевнул еще раз и отвернулся к стене. – Спать хочу.

– Да конечно, надо спать, – рассеянно проговорил Сэм, обхватил колени руками и посмотрел в потолок. – Блин, ну почему я кошку вспомнил? А, Марк? Спишь?

Ночью Марку приснился нехороший сон. Бесформенные призраки с фигурами, похожими на кляксы, с черными лицами и белыми зубами, хорошо различимые в прозрачной воде, быстро поднимались с самого дна океана. Они вынырнули на поверхность, принялись прыгать по волнам, пенящимся вокруг «Ориона», хватались за снасти и раскачивали его.

Марк пытался схватить или ударить хотя бы одного призрака, но у него ничего не получалось. Он знал, что Сэм крутит штурвал, а дядя Володя пьет кофе в каюте, сражался один и удивлялся, что его друзья ничего не замечали.

Призраки облепили катамаран по бортам и начали его трясти. Парень все-таки изловчился и ощутимо заехал одному из них кулаком в живот.

– Марк! – Голос Сэма ворвался ему в уши. – Перестань драться! Это я! Проснись!

Марк дернулся еще раз и открыл затуманенные глаза.

– Вставай! Землетрясение!

Марк вскочил и чуть было не упал. Глинобитный пол покачнулся, над головой что-то заскрипело и захрустело, с потолка полетели мусор и щепки. Где-то в поселке истошно завопили женщины.

Дядя Володя стоял посредине комнаты, задрав голову.

– Сейчас стропила обвалятся! – выкрикнул он. – Марк, Сэм, ломайте дверь!

Парни бросились к ней. Марк несколько раз ударил ногой по сухим доскам. Одна из них вылетела наружу, оставила после себя острые зубья длинных щеп. Сэм кинулся в угол, поднял какой-то сверток, сунул его в руки Марка, потом схватил одеяло, обмотался им, бросился на дверь, с треском вылетел наружу и покатился по песку. Марк помог дяде Володе, выбрался из заточения вместе с ним.

По белому песку, в свете звезд казавшемуся серым, беспорядочно носились черные тени. Крики детей и взрослых разрывали барабанные перепонки. Кто-то кричал, кто-то плакал и выл. Что-то горело вдалеке. Жители метались вокруг обрушенных хижин, пытались голыми руками растащить завалы.

– Давай к джипу! – заорал Марк.

Сэм, пригибаясь, побежал вперед, лавируя между мечущимися африканцами, которые не обращали на пленников ни малейшего внимания.

Марк подхватил дядю Володю и быстро пошел за Сэмом.

– Помочь бы надо, – пробормотал дядя Володя на ухо Марку. – Вон там наверняка дети в доме остались. Смотри, как тетка в припадке бьется.

– У вас тоже внучки дома остались! – заявил Марк. – Мне они дороже!

Они пробежали по плотному песку вдоль длинного сарая, завернули за угол и поднялись на косогор. Возле горящего каменного дома суетились люди. Джип, на борту которого играли отблески пламени, стоял на границе темноты и света.

Марк, пригибаясь, подбежал к машине с темной стороны, дернул заднюю дверь. Сэм еще несколько дней назад предусмотрительно отключил сигнализацию – усадил на сиденье дядю Володю и прыгнул на водительское место.

– Сэм, заводи! Как здесь эта херня включается?!

Сэм сунул руки под руль, что-то там соединил, и джип завелся. Марк аккуратно, без рывков и пробуксовки, развернул машину и поехал в темноту, не включая фары.

В суматохе никто из местных жителей не обратил на это ни малейшего внимания.

Охранник, стоявший у ворот, всерьез вознамерился поговорить с Камилом о несчастье, постигшем жителей деревни. Но парню сейчас было не до этого. С каждой секундой от него все дальше и дальше уезжали пять миллионов долларов. Он попросил передать уважаемому Ахмеду, что принес ему чрезвычайно важное известие. Охранник знал Камила и его дядю, поэтому без вопросов позвонил по телефону и после короткого разговора открыл тяжелую скрипучую калитку.

Камил забежал на широкий пыльный двор и бросился к большой ржавой водопроводной колонке, заботливо обложенной разноцветной мокрой плиткой. Как бы он ни торопился, но зайти грязным в дом уважаемого человека нельзя. Он засунул голову под кран, блаженно фыркал, тер волосы и глотал холодную чистую воду, помыл шею, ноги и руки.

Потом парень осмотрелся. Во дворе стояли несколько джипов с задранными в небо стволами тяжелых пулеметов. По краям кузова были приколочены грубо обтесанные доски, служившие сиденьем. В углу, недалеко от сарая, под широким навесом сидели с десяток человек в камуфляжной форме, в кроссовках, с автоматами на коленях и о чем-то весело болтали. Оттуда потянуло знакомым пряным запахом. Камил ухмыльнулся.

Высокий худой охранник вышел на крыльцо, поправил автомат и заявил:

– Давай! Ахмед ждет!

Парень поднялся по лестнице, прошел к белой двери, поднял руку, постучал и громко проговорил:

– Уважаемый Ахмед, это я, Камил.

– Заходи! – услышал он, осторожно толкнул дверь и