Казанский Каин - Евгений Евгеньевич Сухов

Речь шла о новой банде, орудующей в милицейской форме, что, помимо ее кровавых деяний, еще и дискредитировало органы внутренних дел среди населения города. Не хватало еще, чтобы горожане начали шарахаться от людей в форме милиции. А ведь подобное было уже не за горами. Когда подполковник Фризин обрисовал сложившуюся ситуацию в городе довольно темными красками, он предоставил слово майору Щелкунову. Его доклад о деятельности банды получился обстоятельным…

– На настоящий момент, – начал говорить Виталий Викторович, – в одно производство объединены четыре уголовных дела. Первое дело – это убийство в собственном доме частного сектора Адмиралтейской слободы вдовы профессора Завадского Ангелины Завадской. Совершено оно в ночь с двадцать первого на двадцать второе апреля нынешнего года. Вдова убита двумя выстрелами в сердце, произведенными из пистолета системы «парабеллум». Дом вдовы ограблен. Преступник знал, где хранятся ценности и деньги, а это значит, что он уже бывал в доме Завадской, и, скорее всего, неоднократно. Надо полагать, что это был один из ее непостоянных ухажеров, которых, по нашим сведениям, у нее было несколько… К сожалению, не всех удалось отыскать и допросить… На тот момент преступник пока еще орудовал в одиночку. А вот в начале августа, когда было совершено нападение на грузовик авиационного завода, везший зарплату работникам завода, бандитов, по нашим предположениям, было уже трое. Они были одеты в милицейскую форму, поэтому водитель грузовика на требование милиционера остановился безоговорочно, как ему и предписывают «Правила дорожного движения по улицам и дорогам Союза ССР». Бухгалтер завода Екатерина Пастухова и водитель грузовика Степан Замятин были убиты выстрелами из «парабеллума», из которого в апреле была убита Ангелина Завадская. Деньги в сумме четырехсот восьмидесяти тысяч рублей – вся месячная зарплата работников авиационного завода – были похищены… Затем, – после недолгого молчания продолжил доклад Щелкунов, – банда совершила еще два вооруженных ограбления. Первое – дерзкий налет на трудовую сберегательную кассу на улице Горького, где преступники убили четверых человек – трех служащих сберкассы и одного посетителя – и похитили сорок восемь тысяч рублей. И второе – ограбление магазина промышленных товаров на улице Баумана. Здесь преступники убили опять-таки четверых человек и похитили уже семьдесят три тысячи рублей. В обоих вооруженных налетах снова участвовал человек, вооруженный уже известным нам «парабеллумом». Двое других нападавших были вооружены револьверами. В последнем деле – нападении на промтоварный магазин – имеется свидетель, который видел, как незадолго до закрытия магазина в него вошли трое милиционеров и заперли входную дверь на щеколду. После чего приказали всем присутствующим лечь на пол. Кроме милицейской формы, свидетель больше ничего не разглядел. То есть, в каком звании были эти «милиционеры», как они выглядели, он сказать не сумел. Потому как, услышав первый выстрел, сильно испугался, зажмурился и открыл глаза лишь после того, как бандиты покинули магазин. Я, конечно, постараюсь вытащить из этого свидетеля еще что-нибудь, что, возможно, окажется полезным для оперативно-разыскных мероприятий, и попробую найти еще свидетелей, но надежды на это крайне мало. Надо признать, что в настоящее время эти трое ряженных в милицейскую форму преступников опережают нас во всем. Без сомнения, бандой руководит умный и предусмотрительный человек, просчитывающий все действия наперед, в том числе и наши, и не боящийся оставлять за собой трупы. А жертв преступной деятельности этой банды насчитывается уже одиннадцать человек. Полагая же, что на совершенных преступлениях бандиты не остановятся – а у них имелась возможность лечь надолго на дно или вовсе больше не рисковать и жить себе преспокойно и припеваючи где-нибудь далеко от Казани, когда они взяли четыреста восемьдесят тысяч, – нам нужно действовать иначе…

– Это как? – вскинулся начальник уголовного розыска города подполковник Фризин.

– Надо предпринимать шаги на опережение, – заявил Виталий Викторович.

– И что именно ты предлагаешь? – уперся взглядом в своего подчиненного Абрам Борисович, ожидая подробных пояснений.

– Каждодневное наблюдение за городскими промтоварными магазинами. В крупнейших из них – устроить засады…

– У нас на это не хватит людей, – не очень уверенно возразил Фризин.

– Надо, чтоб хватило… Подключим оперов из районных отделений города, – произнес Щелкунов тоном человека, знающего, что он говорит. Было видно, что этот вопрос майор продумал заранее, и теперь его следует лишь осуществить.

На том и порешили…

* * *

После совещания у начальника уголовного розыска города Виталий Викторович еще раз допросил свидетеля.

– Только давайте так, – предупредил его Щелкунов. – Не торопясь, подробно и с самого начала.

Вениамин Васильевич кивнул и начал…

– Я решил сделать себе покупки. Поизносился, знаете ли, да и война три года как закончилась, можно было себе уже позволить. Ну, подкопил деньжат и пошел… Да, – перебил он сам себя, – я еще выбирал, в какой именно магазин направиться: в этот, на Баумана, или в универмаг на Чернышевского, что недавно открылся. Выбрал тот, что на Баумана. Я там несколько раз бывал, так что с ассортиментом был более или менее знаком. А этот новый… Еще неизвестно, какой там товар… Ну, приехал я, значит. Вечер наступал, смеркалось понемногу. До закрытия магазина оставалось с полчаса, может, чуть больше. Стал выбирать одежду. Я хотел купить себе новый костюм, пару рубашек, галстук, шляпу и пальто. Ну, и еще из обуви что-нибудь красивое и крепкое. Стал, значит, присматриваться, что в магазине имеется для меня подходящего. Мерить, конечно же, стал. А то купишь невесть что, а потом жалеть будешь. Да и денег жалко на вещь, которая нравиться не будет… А обратно ведь не примут… Выбрал, стало быть, костюм из шевиота, две белые рубашки и шелковый галстук. Потом подобрал шляпу и стал мерить понравившееся пальто. И тут, – он шумно сглотнул, похоже вновь начав переживать произошедшее с ним, – я услышал металлический звук. Как будто кто-то резко и с силой задвинул дверной засов. А потом услышал, как кто-то очень громко сказал: «Всем лечь на пол! Это ограбление!» Занавеска примерочной была задернута не очень плотно, и через щелочку между ее половинками я увидел, как в магазин вошли трое мужчин в милицейской форме. Один из них был офицер…

– Стоп. В каком звании был этот офицер? – перебил свидетеля Щелкунов.

– Капитан или старший лейтенант. Не могу сказать точно, – виновато промолвил Власьев.

– На предыдущих допросах вы этого не показывали, – раздумчиво заметил Виталий Викторович.

– Так я только что вспомнил, – сообщил Вениамин Васильевич.

– Хорошо, продолжайте, – произнес Щелкунов, в который уже раз убеждаясь в необходимости и пользе повторных допросов свидетелей. Всегда вспоминается что-то новое, о чем на предыдущих допросах допрашиваемый даже не заикался…

– А потом, через минуту или две, я