Ледяной бронежилет - Сергей Зверев

– А как она попала в территориальные воды СССР, – удивился Бриг, – да еще так далеко на восток?

– Течения, командир. Тут было не придраться. Якобы судно потеряло ход, потому что прохудились баки с горючим и его отнесло аж к Таймыру, где оно и погибло вместе с экипажем. Потому что подвижка льдов произошла во время снежной бури. Кто-то погиб вместе с судном, не успев выбраться, кто-то упал в холодную воду и впоследствии просто замерз. А этот моряк – единственный, кому удалось спастись и добраться до материка. Прости, Бриг, за каламбур, ему удалось выбраться сухим из воды.

– В странном месте он выбрался на берег, – с сомнением сказал Бриг. – И что дальше?

– НКВД его потряс немного, но время было такое, что не до него, подозрения в его принадлежности к фашистам не оправдались. Скандинавия в то время уже отвалилась от гитлеровской Германии. И, что примечательно, этот швед не изъявил желания перебраться в центральные районы Советского Союза или вообще вернуться на родину. Он попросил разрешения остаться жить навсегда в Ново-Михайловском. Фактически согласился на вечную ссылку в заполярной дыре. Короче, я так понял, что про него впоследствии совсем забыли. Более интересного или подобного интересного я ничего не нашел.

– Интересно, конечно. И что, он женился, нарожал детей, получил советский паспорт?

– Нет, – странным голосом засмеялся Чип. – Ему выдали справку на имя Георгия Линева. Так что он ни жениться, ни тем более выбраться с Таймыра никуда без полноценного паспорта не мог. Потомков не оставил, я так понял.

– Ладно, дальше давай.

– Дальше ты просил уточнить насчет лодки U-339. Нашел я ее. Ничего примечательного. Построена в Эмдене, вошла в строй в августе 1942 года. Весной 43-го ей крепко досталось от британского противолодочного самолета. С сильными повреждениями лодка вернулась на базу. Повреждения, как я понял, были настолько серьезные, что лодку сняли с боевой работы и отправили для использования в учебных целях. Больше на операции в море U-339 не выходила.

– Ну да, только у нас в районе Таймыра весной 45-го появляется ее вахтенный журнал, – хмыкнул Бриг.

– Весной 45-го лодка была затоплена. Вот в чем проблема, командир.

– Где? Надеюсь, не в Карском море и не в море Лаптевых?

– Нет, – опять с каким-то сарказмом в ответ на язвительный тон командира отозвался Чип. – Затоплена она недалеко от города Вильгельмсхафена в Северном море. В точке с координатами 53º31´ северной широты и 08º10´ восточной долготы.

– В результате боя?

– Нет, по приказу Деница в ходе операции «Регенбоген». Это они свою военно-морскую честь так спасали. Кригсмарине, как именовались в те годы военно-морские силы Германии, должны были перед объявлением капитуляции во Второй мировой войне затопить все свои боевые корабли. И вот тут начинаются игры. Союзное командование запрещает Германии топить корабли, гросс-адмирал Дениц слушается и отменяет свой приказ, но офицеры флота в Балтике не подчиняются и топят 238 подводных лодок.

– Включая и U-339, – догадался Бриг.

– Точно, включая и учебную лодку U-339. Но это было уже в начале мая 45-го.

– Так, а она, похоже, с марта уже лежала на дне здесь, в Карском море. Любопытно. И с какой секретной миссией она ушла из Германии в марте. И почему ее кто-то решил «похоронить» в мае у берегов Нидерландов?

– Может, по ошибке? – предположил Чип. – Утопили все, что были, не вглядываясь особенно в номера на палубных надстройках, а потом сели за столы, вытащили все формуляры из сейфа военно-морского штаба и давай переписывать из одного списка номера лодок в другой. Для отчета перед союзным командованием.

– Ну, это у нас могло такое быть, но не у немцев, – возразил Бриг. – Нет, ее именно решили спрятать в списке мертвых кораблей, зная, что проверить факт ее затопления почти невозможно. Слушай, а может, у нас здесь на Таймыре появился все же только один вахтенный журнал, а? Без лодки.

– Тут я для тебя, командир, приготовил еще одну справочку. Я нашел список команды лодки. Учебная-то она учебная, но все равно был постоянный состав. Нельзя же курсантам все доверять, кто-то и за лодкой следить должен, и подстраховывать, и учить специалистов. Ну, естественно, командир лодки обер-лейтенант Вернер Ремус и далее по убывающей. Включая штурмана Густава Берга.

– Как ты сказал? – насторожился Бриг.

– Да-да, такое вот удивительное созвучие. Немецкого штурмана с U-339 звали Густав Берг, а шведского моряка, который появился весь обмороженный на Таймыре в марте 45-го, звали Густав Линдберг. Да еще и, как мы подозреваем, с вахтенным журналом со своей лодки. Зачем он его упер? Спасать было больше нечего, кроме журнала?

– Он не журнал спасал, – задумчиво проговорил Бриг, – не бумагу. Он спасал важную информацию, которая и через многие годы должна была остаться важной. И вот она понадобилась. Ты осмотрел чердак, на котором пацаны нашли журнал?

– Да, хлам там всякий. Старые поломанные стулья, сетки он панцирных кроватей, ведра дырявые, велосипеды без колес. Ну, все как обычно для старых домов с большими чердачными помещениями. Там начали чинить крышу к зиме. Снимали шифер, кое-где обрешетку менять начали, вот и выпало из-за стропилы. И знаешь, что интересно? Завернут журнал был в прорезиненный кусок ткани. Я моряков спрашивал, они говорят, что это от гидрокостюма. Очень старого. Вполне возможно, что именно 40-х годов прошлого века.

– Вот он почему выжил? – засмеялся Бриг. – А этот Густав был большой сволочью.

– Может, ему капитан приказал спасать журнал?

– Капитан априори самый опытный и умный член экипажа. Козе даже морской понятно, что одному добраться до берега крайне сложно. Это смертельно опасное предприятие. И одного капитан не послал бы.

– А вот второй и погиб, а штурман добрался, – предложил вариант Чип.

– Ладно, хватит гадать. Тем более что нам фиолетово, кто и как там погиб. Нам нужны координаты места затопления лодки в Карском море. Нам нужно знать, что там на этой лодке есть. И третий момент: нам надо туда успеть раньше диверсантов. Гоняться по всему Таймыру мы за ними не можем, да и незачем. Они все равно пойдут туда, где лодка. У тебя все?

– Почти, командир. Чех со своего компьютера пользовался засекреченными архивами ЦРУ.

– Взламывал коды доступа?

– Нет, – засмеялся Чип. – Он туда заходил по протоколу. У него были коды доступа к архивам. И эти архивы как раз связаны с фашистскими секретными проектами.

– Оружие возмездия?

– Не только. Американцы вывезли в 45-м из Германии все материалы разработок немецких ученых вместе со специалистами. Многое пошло в разработку, но исходные материалы они сохранили и оцифровали. Там разработки в области ракетных двигателей, танковой брони, навигационных систем. Даже в области медицины.

– Чем конкретно интересовался Чех? Или он лазил по всем разделам? Звучит несколько нелепо.