Нож в сердце рейха - Виктор Федорович Карпенко

– Как ты устроился? – прервал молчание Артур.

– Пока терпимо. Я капитан-фронтовик, нахожусь на излечении после ранения. Получил отпуск на месяц. Устроился у одной вдовушки. Но через десять дней отпуск мой заканчивается…

– Это плохо. А что, в Москве не могли сделать документы покрепче?

– Дело в том, что это подлинные документы: и капитан Рихард Базель существует, и в госпитале во Львове ему была сделана операция, и отпуск он получил в Берлин на тридцать дней, но вот доехать до столицы рейха не сумел и теперь живет и здравствует где-то под Горьким. А я вместо него здесь.

– Это плохо, но мой дядюшка может тебе помочь задержаться на какое-то время в Берлине… Правда, не знаю, на сколько…

– Это было бы неплохо. Теперь о тебе: чем ты занимаешься в ведомстве адмирала Канариса?

– Меня взяли в аналитический отдел. Опять же, дядя помог. Мой шеф, полковник Шульц Крамер, по субботам играет в компании дядюшки в преферанс, а иногда они охотятся вместе. В Австрии у дядюшки поместье, вернее, у его жены баронессы фон Зальц, вот там и охотятся. Я ведь сейчас тоже как бы барон… Видишь ли, единственный наследник. Так… баронесса, на правах родственницы, всеми правдами и неправдами меня женить хочет. Хоть дома не появляйся, – невесело усмехнулся Артур.

– Сочувствую… Так дом на Гюнтерштрассе твой?

– Баронессы… но я в нем живу. И ты, Олег, сегодня вечером приходи. Надо же тебя познакомить с дядюшкой… – И, взглянув на часы, заторопился: – Все, время мое истекло. До встречи вечером. Скромный домашний ужин в 19:00. Не опаздывай! Баронесса этого не любит. – И Артур стремительно зашагал по набережной, чуть прихрамывая на левую ногу. «Надо не забыть спросить, что у него с ногой», – отметил для себя Олег. Так же, не спеша, он продолжил прогулку по набережной. Ему, как офицеру-фронтовику, находящемуся в отпуске по ранению, по предписанию врача надо побольше находиться на свежем воздухе и набираться сил.

Дверь открыла молоденькая девушка в голубеньком переднике и белом чепце.

– Вам кого, господин офицер?

– Я Рихард Базель, к Артуру Бергу.

– Вас ждут. Проходите. – Девушка сделала шаг в сторону и присела в книксене.

В большой прихожей, с лепным потолком и сверкающей люстрой в центре, Олег снял шинель, фуражку и передал прислуге. Портупею, на ремне которой была прицеплена кобура с пистолетом, оставил себе. Но девушка не уходила.

– В доме баронессы не принято находиться с оружием, – извиняющим тоном пояснила она свою настойчивость.

Олег понимающе кивнул и передал ей портупею.

– По тебе часы можно проверять! – раздался голос Артура, спускающегося со второго этажа по лестнице из белого мрамора, украшенной бронзовыми канделябрами в виде древнегреческих полуголых нимф и козлоногих сатиров. Он был в синего цвета брюках, такого же цвета, свободного покроя рубахе.

– Что в Эрмитаже… – не удержался Олег, показывая на лестницу.

– А то! Баронесса! Надо соответствовать! – улыбнулся Артур. – Пойдем, представлю.

Друзья прошли в левую дверь первого этажа.

– Здесь у нас столовая. Все готово к ужину. Ждали только тебя.

Справа от весело потрескивающего камина поднялась супружеская пара.

– Баронесса Элеонора фон Зальц, – Артур представил молодящуюся, строгого вида стройную невысокую женщину немногим за пятьдесят, с умными карими глазами и седой прядью в каштановых волосах.

– Артур, мальчик мой, ну зачем так официально. Это же твой друг. – И, подавая руку Олегу, без всякого манерничания сказала: – Можно просто Нора.

– А это мой дядюшка Пауль.

Дядюшка, не в пример Артуру, оказался круглолицым, розовощеким, с небольшими бакенбардами на улыбчивом лице.

– Рихард Базель, – в свою очередь представился Олег. – Для друзей просто Рихард.

Когда расселись за овальным столом и выпили за знакомство, баронесса спросила:

– Вы, Рихард, прямо с фронта? Как там?

– По-разному… Никто не думал, что затянется война… и что армия не будет готова к русской зиме, – иронизируя, усмехнулся Олег. – А так ничего… ничего хорошего!

– Да, Россия не Польша и тем более не Франция, – вступил в разговор Пауль. – Еще канцлер Бисмарк предупреждал: нельзя воевать с Россией! И что? Вот результат – 43-й год, а войне ни конца ни края. И чем закончится… никто не знает.

– Пауль, не будь столь категоричен! – мягко осадила его баронесса. – Ведь у нас в гостях фронтовик…

– Да, конечно, простите, капитан, за откровенность, но в аристократической среде большие сомнения насчет победы немецкого оружия. Я неоднократно бывал в России, видел людей, изучил ее промышленный потенциал… Да что там говорить, вся российская история учит: не буди спящего медведя, а то не поздоровится.

Неизвестно, до чего бы договорился Пауль, если бы не внесли горячее: домашние свиные колбаски под соусом.

«Вот тебе и война! Говорят, голодно живут немцы. А тут вино, закуски, свинина…» – невольно подумал Олег, оценивая стол «скромного домашнего ужина».

Больше часа длилась трапеза. Говорили, но не о войне. Эта тема как-то сошла на нет, а о довоенной жизни: о путешествиях, театре, о современных художниках и современных направлениях в живописи. Баронесса оказалась большой поклонницей и знатоком оперного искусства. В этой теме Олег был ориентирован и смог заинтересованно поддержать беседу. В конце ужина Артур посетовал, что у Рихарда через неделю заканчивается отпуск и он опять должен будет вернуться под бомбежки и пули. Барон Пауль фон Зальц сам изъявил желание помочь капитану продлить свое пребывание в Берлине. Прощаясь, он доверительно сообщил:

– Я обязательно вам помогу. Ведь Великой Германии можно служить не только с автоматом наперевес. Вы раньше были инженером-связистом… а связисты нужны и в Берлине. Что-нибудь придумаем.

Артур вызвался проводить гостя, а заодно и подышать свежим воздухом.

– Я систематизирую разведданные по юго-востоку Союза. Фюрер не оставил планов по овладению бакинской нефтью, и потому силы, стянутые на сталинградское направление, получат дополнительные подкрепления. Очень скоро у меня будут сведения о расстановке войск на