Кремлевский сыщик - Сергей Соболев

В седле, чуть приставая в стременах в такт мерной поступи коня, держась левой рукой за сбрую и размахивая правой, в которой был зажат какой-то предмет, лишь отдаленно напоминающий короткий римский меч гладиус, сидел другой молодой человек. Он тоже в маскарадном костюме – в пурпурного цвета плаще с капюшоном. Э-э... да это же ее подопечный, Игорь Полянский!

«Смуглявый», в котором Вербинина опознала Руслана, понукая и без того покорно трусящего за ним коня, вывел «кентавра» на площадку.

– Attention![8]– крикнул отпрыск одного из самых богатых людей России. – А ну заглохли все! Быстро пали ниц!! Перед вами император Рима!!!

У парадного и без того царила тишина. Бодигарды молча наблюдали за происходящим. Анна подошла к «кентавру». Негромко, так, чтобы слышали лишь эти двое молодчиков, сказала:

– Вы бы слезли с лошади, господин «император»! Не ровен час, этот скакун вас сбросит. Или сами свалитесь... ваше императорское величество. А мне за вас потом отвечать.

– Shut up, bitch![9]– процедил «император». Затем, повысив голос, крикнул: – Coram populo, senalu et patribus!..[10]– Он вдруг запнулся. Чуть наклонившись вперед, спросил у «стременного»: – Как там дальше, Руслик? Fuck... забыл слова. Гребаная латынь!..

– Нэ знаю, – сказал кавказец. – Ты па-русски дальше гавари, да. Ты же нэ артист, зачэм тебе зубрить текст!

– К-короче, народ! – крикнул «император». – Я назначил своего любимого коня с-сенатором! Вы быдло... вам всем по фигу, кто вами правит! А мне... мне б-будет приятно!!!

– Слезайте, «император». – Анна слегка дернула за вставленную в стремя ногу. – Ваш «сенатор» устал вас уже катать на себе. Дайте отдохнуть животному. И не подвергайте собственную жизнь риску.

– Что?! Это ты кому говоришь?! Да пошла ты... тварь!

Полянский замахнулся на нее своим «оружием». Это был никакой не гладиус, а полуметровой длины фаллос, вырезанный или выпиленный из дерева... «Император» и глазом не успел моргнуть, как «меч» вылетел у него из правой руки, ну а сам он махом переместился из седла прямиком в объятия своей «бодигардихи».

– Не ушиблись, ваше величество? – Анна ногой отбросила округлую деревянную штуковину подальше. – Я бы не советовала вам сегодня заниматься верховой ездой... вы не в тонусе.

– Ты мне сделала больно, сука! – процедил Полянский. – Я же тебе говорил! Сто раз говорил: не смей прикасаться ко мне своими граблями!

– Не выдумывайте, – сухо сказала Вербинина. – И не забывайте, что именно я отвечаю за вашу безопасность.

Она осознанно не называла сейчас своего клиента по имени-отчеству. Полянский-младший несколько секунд таращился на нее расширенными глазами; затем в разговор вмешался Руслан.

– Э, друг, зачэм гаваришь с женщиной, – сказал кавказец. – Они глупые существа. Пашли абратно... па-асмотрим, что там наши делают!

Двое парней в римских одеяниях, держа коня под уздцы, скрылись за углом здания.

Анна вернулась в «Бентли». Но долго там, внутри теплого компактного салона, не высидела. Ей уже некоторое время хотелось по малой нужде... Мужики – личные шоферы и бодигарды ВИПов – то и дело шастали к поставленным специально для таких вот надобностей в полусотне метров от паркинга кабинкам биотуалетов. В замке, конечно же, имеются туалетные комнаты, но не про их честь: охранникам, равно как и обслуживающему персоналу, категорически воспрещено пользоваться «парадными» туалетами...

Вербинина подошла к припаркованному через одно авто черному Hummer H3. Это транспорт Бориса Когана; в машине его водитель и телохран. Он едва ли не единственный из всей собравшейся нынче в усадьбе компании бодигардов, с кем ей прежде уже доводилось пересекаться. Постучала костяшками пальцев в стекло.

Медленно, как бы нехотя, опустилось стекло.

– Ну? – заспанным голосом сказал охранник одного из приехавших на веселье «бриллиантовых мажоров». – Чего тебе, Вербинина?

– Просьба есть, коллега. Мне надо отлучиться... на пару минут.

– Дело житейское... – ухмыльнулся здоровяк. – Или хочешь, чтобы я с тобой прогулялся?

– Спасибо, но я как-нибудь сама справлюсь. Просьба обычная – если мой появится, если опять нарисуется, дайте знать.

– Да не боись ты, – лениво сказал двухметрового роста мужчина, сидящий в кресле водителя. – Раньше восьми утра они не разойдутся. Ты ведь сама не первый год замужем...

– Вот именно. Поэтому и прошу о дружеском одолжении.

– Да иди уже, – беззлобно сказал мужчина. – Куда они денутся? Мимо нас все равно ни один не проскользнет.

Анна вернулась на паркинг минут через пять и сразу направилась к «Бентли». Сидеть внутри этого полуспортивного кара ей поднадоело; хотела взять плащ с заднего сиденья (оставила его там специально, чтобы не стеснял движений и чтобы не запачкать ненароком).

Вдруг застыла: передняя дверца со стороны водителя оказалась приоткрытой... Заглянула в салон, осмотрелась. Плащ на месте, сумочка тоже. Подмышечная кобура с укороченным револьвером марки «Леди Смит» на месте, то есть постоянно на ней, в кобуре под мышкой. Пиджак на Вербининой не приталенный, а свободного кроя; кобура компактная, как и сам револьвер. В ее арсенале есть и более солидные «зареганные» стволы. Но на подобные мероприятия она чаще всего берет именно «Леди Смит», потому что, учитывая размеры, он не так заметен при скрытом ношении...

Анна вновь подошла к «Хаммеру», стукнула тыльной стороной ладони по крыше. На этот раз водитель не стал опускать стекло, а вышел из автомобиля.

– Эй... ты чего?

– Я же просила, Валентин!

– Ну, просила, – недовольно прогудел здоровяк. – Ну и че?

– Мой выходил?

– Да... И опять вдвоем с этим... кавказцем.

– С Русланом?

– Да.

– Отпирал машину?

– И вашу, и джип. Ну и че? А то ты сама не видишь?

Анна процедила воздух сквозь стиснутые зубы.

– Просила же вас!.. Трудно было «маякнуть»?

– Я не нанимался приглядывать за чужим телом!

– Мой что, пытался завести движок?

– Откуда мне знать? – Здоровяк почесал подбородок. – Они недолго тут пробыли. Твой открыл тачку своим брелоком. Потом... потом они ушли.

– Куда?

– На кудыкину гору, – угрюмо произнес габаритный бодигард. – Туда же, откуда и пришли... обратно во флигель.

– Спасибо за помощь. – Анна криво усмехнулась. – И за товарищескую поддержку.