"Боинг" идет на таран - Максим Шахов

Наклонившийся Джан закончил приматывать левую руку второго пилота. Обрезав стилетом скотч, он сказал:

– Все, брат!

Равиль спросил:

– Надежно?

– Да, брат, – кивнул Джан.

– Ну тогда все… – сказал Равиль. – Идем.

Сунув пистолет в карман брюк, он быстро направился к креслу бортинженера. Из-за истребителя они потеряли кучу времени. Поэтому теперь нужно было спешить.

Равиль на ходу расстегнул молнию на своей поясной сумке. Обогнув кресло бортинженера, он подошел к нему сбоку. Первым делом Равиль достал из сумки инсулиновый шприц и освободил его из упаковки.

– Что… что вы собрались делать? – невольно спросил командир.

– Заткнись! – прикрикнул на него Джан.

Поскольку пилоты теперь были обездвижены, он сунул свой стилет в карман.

Равиль, не поворачивая головы, попросил:

– Подержи, брат!

Джан шагнул к нему и быстро взял шприц. Равиль осторожно вытащил из упаковки ампулу, потом нашарил металлическую полоску с напылением из алмазной крошки. Проведя полоской по ампуле, он движением большого пальца надломил ее.

– Давай, брат! – протянул руку Равиль.

Взяв шприц, он начал наполнять его содержимым ампулы. Командир, разглядевший надпись на упаковке в открытой поясной сумке, спросил:

– Это что, инсулин?

Равиль промолчал. Втянув в шприц остатки содержимого ампулы, он бросил ее на пол и, подняв руку, выпустил воздух. После этого татарин кивнул Джану:

– Держи его, брат.

Джан шагнул к креслу. Командир невольно подался к спинке и вскрикнул:

– Вы что, собрались ввести мне инсулин?

– Прижми, чтоб не дергался! – сказал Равиль Джану.

Тот протянул руки и упер их в плечи командира. Равиль наклонился к левому подлокотнику. На тренировках в Ульяновске амир объяснил шахидам, что при внутривенных инъекциях накладывание жгута вовсе не обязательно. Делается это только для того, чтобы вены вздулись и в них было удобнее попасть иглой.

Командир, как и все остальные члены экипажа, был в одной сорочке. Равиль попытался надорвать ее около локтя, однако материал оказался крепким, а у татарина была свободной только одна рука.

– Где нож? – спросил он, повернувшись к Джану.

– В кармане, – кивнул тот.

– Достань!

Джан, продолжая прижимать левой рукой командира к спинке кресла, правой выхватил из кармана стилет. Равиль натянул рукав командирской рубашки и кивнул:

– Режь!

Стилет с приглушенным хрустом полоснул по ткани. Равиль рывком надорвал рукав дальше. Командир невольно сглотнул. Джан сунул нож обратно в карман и прижал его к спинке плотнее.

Равиль наклонился к локтевому сгибу командира. Его руку Джан примотал к подлокотнику ладонью вверх, так под надорванной сорочкой обнажились вены. Равиль ухватился левой рукой за бицепс и поднес иголку.

– Что вы хотите мне уколоть? – вскрикнул в этот момент командир, дернув рукой.

– Замри, а то придушу! – прошипел Джан.

Он тут же обхватил правой рукой горло командира и сжал его. Равиль приблизил иголку к самой большой из вен. Он уже начал прокалывать кожу, когда командир, резко наклонив голову, неожиданно вцепился зубами в руку Джана.

– А-а! – вскрикнул тот, инстинктивно подаваясь назад.

Командир дернул рукой, и иголка так и не попала в вену, только слегка царапнув кожу. Равиль резко разогнулся. Джан, глядя на укушенную до крови руку, крикнул:

– Ах ты, баран! Башку отрежу!

Сунув руку в карман, террорист выхватил стилет и приставил его к горлу летчика.