Операция «Антитеррор» - Сергей Самаров

– Он работал руководителем военно-спортивного клуба для подростков. Сам же этот клуб придумал и создал. Такая, как говорят, полуфашистская организация. По крайней мере, на эмблеме у них была трехлапая свастика. Парни там носили черную униформу и брили головы. Насчет приветствия вытянутой рукой не знаю. Однажды был за ними криминал, побили азеров на базаре. Но дело тогда замяли, азеры сами напросились. Три часа назад домой к Столыпину пожаловали два кавказца. В квартире он разговаривать не стал и вышел в подъезд. Перед носом у жены закрыл дверь. Из-за чего разгорелся сыр-бор – неизвестно. За себя постоять он умел. Один из гостей вылетел сквозь стекло с четвертого этажа и неудачно приземлился на козырек над подъездом. Перелом позвоночника и моментальная смерть. Второй ушел. У Столыпина три пулевых ранения. Стреляли из пистолета с глушителем. Состояние критическое. Надежды, врачи говорят, почти нет.

– Тяжелый случай. Что надо от меня? Я с профашистскими организациями дела никогда не имел и мало соображаю, что они собой представляют.

– Первый вариант. Столыпин официально выступал за подготовку качественного пополнения для армии. Этим и прикрывал свой клуб, чем многим, кстати сказать, импонировал. Его в областной администрации сильно поддерживали. Не давали в обиду. Он в самом деле готовил крепких парней. Специально для ВДВ и морской пехоты. Даже какой-то договор с военкоматом заключил. Некоторые его ребята и сейчас в Чечне воюют.

– Это я могу одобрить. А второй вариант?

– Второй? Те же азеры. Рассчитались за драку на базаре. Правда, сам Столыпин в ней не участвовал и дело это уже мхом поросло. Но со счета сбрасывать его тоже нельзя.

– А третий?

– Теперь третий. Опять: спецназ и чечены. То же самое, что с тобой и с Прохановым. У того, что в окно выпал, документов при себе нет. А на лице национальность не написана. Попробуем поискать.

– А коммерческие отношения ты исключаешь?

– Столыпин не занимался коммерческой деятельностью. Это установлено. Его пытались и раньше проверить. Ничего не нашли...

– Коммерческая деятельность может быть разной. Как только ты сказал про профашистскую организацию, я сразу представил себе вооруженный отряд. Вполне вероятно, что кавказцы поставляли ему оружие. Какие-то разногласия по поводу оплаты, и – конфликт...

– Это тоже возможный вариант. Надо будет провести дома у Столыпина обыск.

– Пока он жив, иначе потом это будет выглядеть кощунственно.

– Спасибо за подсказку, – согласился мент. – Пошлю Володю, если смогу его найти. Сам я здесь по другим делам засел надолго.

– Понятно. Скоро мне позвонит Асафьев. Я ему расскажу, пусть подключается. Может, будет лучше, если обыск проведет ФСБ? Они работают более культурно по сравнению с вашими. По крайней мере, не так наглеют и откровенно не хамят.

– Хорошо. Звони, если что... Я у себя в кабинете.

И не успел я положить трубку, как раздался новый звонок. Теперь это должен был быть Асафьев.

– Я еду, – только и сказал майор, сберегая секунды. Мой укор насчет утреннего разговора подействовал. Но в данном случае он сберегал свои секунды. Мне почему-то показалось, что это не одно и то же.

– Быстрее. Есть новости.

– Еду.

Я все-таки успел принять душ и после этого поставить на газовую плиту чайник, когда в дверь позвонили трижды. Так мы с майором и договаривались.

– С Прохановым все обговорили. Теперь с тобой пора заняться. Кстати, что за новости?

– Похоже, чечены всерьез принялись за ягнят из спецназа ГРУ. Несколько часов назад тяжело ранен Валерий Петрович Столыпин. Бывший сержант. К нему приходили двое кавказцев, я предполагаю, чеченцев. Одного из них он уложил.

– Кто этим занимается?

– Главный «убойник» города. Он мне и позвонил.

– Надо ехать к нему.

– Без меня не обойдетесь?

– Ты же знал этого Столыпина. Лучше бы с тобой.

Значит, опять не спать. Хорошо хоть перекусить успел.