Долг с глушителем - Сергей Самаров

- С удовольствием, Сергей Тимофеевич. У меня ведь жена - та ещё любительница театра. Она когда-то в молодости даже пыталась в театральное училище в Москве поступить, это ещё до свадьбы правда было. Тогда, слава богу, не прошла по конкурсу. А потом со мной встретилась, дети пошли, у нас же их трое. Один, как я вам говорил, в спецназе ВДВ служит, офицер. Младший сын и дочь пока ещё студенты. А нам, пока дети не выросли, не до театров было, иногда только вырывались. А сейчас уже по возрасту не часто удаётся.

- Тогда я завтра утром, часов этак в девять, вам контрамарку завезу.

- Вот и отлично! Благодарю! Буду ждать. А Петру Николаевичу, кстати, не опасно пределы дома покидать? - Воробей посмотрел на Говоруна.

Тот довольно крякнул, бравируя, хотя отлично знал, что в театр не пойдёт и заявил:

- Кто не рискует - тот не пьёт шампанское! Так, кажется, картёжники говорят? А вся наша жизнь сплошная игра, катись она с горы кувырком! Не только мне всё время в разные игры играть приходится, кое-где и правила на ходу выдумываются. Причём каждый норовит по собственным действовать.

- А кто будет говорить о том - куда Пётр Николаевич поехал? Кто может сдать его Садовнику? Я думаю, что это вполне безопасно, поскольку непредсказуемо, - сказал Васильев, думая о том, насколько прав был Говорун, когда говорил о том, что каждый норовит по собственным правилам играть.

Вот и сам Сергей Тимофеевич придумал собственные правила. Теперь вот надо через кого-то довести их до сведения Садовника. Ведь Васильев просчитал, что один из двух полковников передаст сведения, если не напрямую Садовнику, то хотя бы его работодателю. Однако, у того же Садовника тоже вполне могут быть и собственные правила игры. Этот момент следовало учитывать.

- Возможно, - как-то нехотя проговорил мент.

- Значит до завтрашнего утра, Алексей Викторович, - Васильев протянул полковнику руку.

Тот пожал её с благодарностью во взгляде, но ладонь мента тоже была влажной. Конечно, он мог находиться в стрессовой ситуации от одного только общения с Говоруном. Однако, влажность ладони второго полковника, Сергею Тимофеевичу тоже ой как не понравилась. Он отошёл в холл и опять понюхал свою ладонь. Запах был резкий и противный.

Окончание рабочего дня проходила в делах и заботах, но уже, слава богу, без всякой стрельбы. Сначала рабочие установили ещё три настоящей камеры видеоконтроля и столько же муляжей. Они тоже совершали челночные движения, словно просматривали те места, которые только что покинул глаз настоящие камеры.

После настройки этих камер была проведена их короткая проверка. После этого Барон, по просьбе отставного майора военной разведки, собрал тех охранников, которых переводил в сектор визуального контроля территории, как сразу назвал новую службу Васильев. Их было только трое, они должны были всю ночь, через каждые два часа сменять друг друга.

Следующую бригаду Барон пока приглашать не стал. Утром эти ребята придут на работу и получат все объяснения. Сергей Тимофеевич попросил присутствовать при инструктаже и монтажника Серёжу, который подключал камеры, понимал в их работе больше него, мог поправить, если он что-то будет говорить неправильно. Кроме того, могли возникнуть вопросы, на которые сам он не сумел бы ответить.

Но поправлять отставного майора не понадобилась. Он всё рассказал правильно, ничего не упустил и вопросов к нему не возникло. После этого монтажник Серёжа ушёл подключать другие камеры. Он пообещал, что к концу рабочего дня это дело будет завершено.

Сергей Тимофеевич ещё дважды проверял как работяги устанавливают светильники на столбы, уже вкопанные в землю. Там тоже всё было в порядке. Более того, работа шла с большим опережением графика. Мужики стремились всё завершить сегодня, чтобы не возвращаться на место, где неподалёку стреляют.

Забравшись на столб, они чувствовали себя там прекрасными мишенями, однако, дело свое делали без общих перерывов, курили во время работы – кто, когда хотел.

Все эти ребята из двух фирм, наверняка, знали с кем имеют дело и чей заказ они выполняют. Ссориться с уголовным авторитетом не хотелось никому, особенно владельцам фирм, которые обязательно проинструктировали свой персонал перед тем, как отправить его на работу.

Все камеры были полностью установлены уже к шести часам вечера, сразу же апробированы и включены в работу. Через сорок минут была готова и система освещения. Апробирование там не требовалось, да и провести его можно было никак не раньше, чем через час, когда наступит темнота. Только тогда удастся узнать - как четко работают датчики движения.

В завершении всей работы, люди из частной энергетической компании подключили дизельный генератор, предварительно заправив его под завязку соляркой, привезенной в канистрах, одним из охранников. Чтобы опробовать генератор требовалось только отключить энергопитания дома, что и было сделано с помощью отсоединения одного провода на столбе. Генератор включился едва ли не мгновенно, только лампочки слегка мигнули, после чего провод на столбе снова был присоединен.

Эта операция была, естественно, прямым и весьма грубым нарушением правил техники безопасности. Но вызывать и ждать аварийную бригаду ради такого пустяка никто не собирался. А предельная собранность и аккуратность электромонтера была в его собственных интересах. Дураков, которых по небрежности могло бы убить током, в бригаде не было.

Все работы были завершены. Осталось только опробовать как работают датчики движения, но Сергей Тимофеевич дожидаться этого не стал. Он договорился с бароном и в двадцать минут восьмого выехал в театр к жене, на машине, полученной во временное пользование.

Васильев поставил её у служебного входа в театр. Позвонил Люсе и сказал, что ждет ее. Она, оказывается, уже освободилась, сидела около дверей, поэтому вышла сразу и отыскала его глазами.

О новой машине Люся пока ещё ничего не знала, а Сергей Тимофеевич не торопился в ввести её в курс дела.

Сначала он спросил жену про контрамарки. Она сразу достала их из сумочки и передала ему. Только после этого отставной майор распахнул перед женой пассажирскую дверцу автомобиля и пригласил её в салон.

- Твоя!? - спросила Люся с восхищением.

- Служебная. Выделена мне на время. Однако, это лучшее из всего того, что я мог пожелать себе.

- Тогда время тени, чтобы долго-долго на этой машине ездить.

- Не в моих это силах и возможностях. Послезавтра, наверное, придётся возвращать. Этот срок уже в моих интересах - или отдавать, или на кладбище с военным оркестром отправляться.

- Ну, тебе на кладбище ещё рано, - Люся всегда полностью безоговорочно верила в его силы, возможности и везучесть. - Поехали что ли.

Жена, как обычно, не задавала лишних вопросов. Она просто села на переднее пассажирское сиденье и пристегнулась ремнем безопасности.

Домой они ехали молча. Сергей Тимофеевич сунул в карман контрамарки и даже слегка расслабился. Он понимал, что Садовник уже строил планы на завтрашний день. Это автоматически означало, что сегодня ждать неприятностей не стоит. Ни ему самому, ни его жене в этот вечер опасаться ничего не следует. Незачем Садовнику что-то менять, перекраивать уже готовые собственные решения и, тем самым, создавать себе дополнительные трудности, искать потом новый путь, ведь он уже все просчитал и выверил.