Стерва, которая меня убила - Андрей Дышев

Я оказался не столь проворным, как она. Не дождавшись от меня расторопности, Лисица сама схватилась за лямки и передала сумку парню. Тот, оглянувшись по сторонам, открыл дверцу ящика и запихнул ее внутрь. Из ящика выплыл вкусный до головокружения запах жареного шницеля.

– Все будет о’кей! – сказал парень, махнул рукой и потащил свой поезд дальше.

Лисица прикрыла железную дверь, со значением посмотрела на меня и сказала:

– Вот так!

Мы пошли дальше по этому бесконечному коридору, ведущему в небо. Остановившись у стеклянных дверей, из-за которых тянуло упругим сквозняком, Лисица тихо сказала:

– Здесь контрольный пост и выход на летное поле. Повтори свою фамилию.

– Еремин, – сказал я и едва увернулся от подзатыльника.

– Я тебе сейчас такого Еремина покажу! – зашипела Лисица и даже щелкнула зубами. – Ты Рюмин из основного экипажа. Из основного!

Я кивнул и очень сильно заволновался. Лисица перекрестилась и толкнула дверь.

Мы очутились в небольшой комнате со стеклянной стеной, за которой на летном поле сверкали лайнеры. У открытой двери за столом сидели двое мужчин в серой форме, из их карманов торчали антенны раций. «Я Рюмин, Рюмин, Рюмин, – мысленно повторял я. – Из основного…»

Лисица подошла к ним, озорно козырнула и мимоходом бросила:

– Привет, мальчики! В Москву, «тридцать один – семьдесят семь».

Я участил шаг, чтобы сократить дистанцию и пройти пост в лучах ее обаяния. «Мальчики» не слишком радостно кивнули Лисице и нацелили пытливые взгляды на меня.

– Привет! – подражая Лисице, сказал я и тоже попытался молодцевато козырнуть, но задел козырек, и фуражка свалилась с моей головы на пол. Проклиная себя за свою неловкость, я нагнулся и тотчас услышал вопрос:

– А вы кто и куда?

– Еремин, – ответил я, выпрямившись. – Из основного экипажа…

– Кто?? – поморщившись, спросил один из «мальчиков».

И тут я понял, что сказал нечто ужасное. Медленно подняв глаза, я увидел лицо Лисицы. Нет таких слов, чтобы выразить всю глубину ее ненависти ко мне, масштабность ее гнева и неутолимость ее жажды вцепиться мне в глаза своими сиреневыми ногтями.

– Рюмин из основного! – громко сказала она. – Вы что, мальчики, уши сегодня не мыли?

Но повод для подозрения уже был дан. Один из контролеров опустил глаза, провел пальцем по списку, лежащему на столе.

– Что-то я не видел его раньше, – пробормотал он.

У меня стали дрожать колени. Опять я впутался в историю с этой Лисицей! Будто не мог проститься с ней в зале!

– Можно подумать, ты все экипажи в лицо помнишь! – развязно сказала Лисица и протянула мне руку. – Пошли!

– А где командир? – спросил второй и поднял ногу, загораживая проход, как шлагбаумом.

– Позже придет! Открывай дорогу, нам самолет готовить надо! Пассажиры капризные.

– Двойной супер, что ли? – спросил один «мальчик» у другого и протянул мне лист, на котором было написано: «Полетное задание». – Топайте!

Мы вышли под солнце, на воздух, крепко пахнущий сгоревшим топливом. Я переставлял ноги, как ходули, и мне все время казалось, будто контролеры целятся мне в спину из пистолета.

– Тебя сразу прибить? – спросила Лисица, искоса глянув на меня. – Или пощадить?

– Пощадить, – ответил я. – Но зачем столько сложностей? Не проще ли было проститься в зале?

– У меня складывается впечатление, – громко сказала Лисица, перекрикивая грохот турбореактивных двигателей, – что тебе не терпится от меня отвязаться.

– Это неправда! – крикнул я и обнял Лисицу за плечо.

– Тогда полетишь со мной.

Я даже опешил от радости. Значит, топчаны и мусорные баки пока отдыхают. Я лечу с Лисицей! Боже мой, когда я последний раз летал на самолете!

– Ты молодчина! – не в силах совладать с эмоциями воскликнул я и поцеловал Лисицу в щечку. – И летным обедом накормишь?

– Накормлю! – махнула на меня рукой Лисица, как на любимую собаку, которая уж слишком проявляет свою слюнявую любовь.

Неожиданно мы остановились.

– Пришли.

Я ожидал увидеть этакое крылатое чудовище с размахом крыльев в ширину стадиона, который запросто может взять на борт всех жителей небольшого городка. Но мы стояли у маленького самолета, пузатенького, как майский жук, с винтовыми моторами и остреньким длинным носиком.

Лисица смотрела на мою реакцию.

– А почему он такой… – произнес я.

– Какой? – ревниво уточнила Лисица.

Я хотел сказать «мелкий», но в последний момент ввернул другое слово:

– …такой компактный?

– Он экономный, – пояснила Лисица, продолжая пристально смотреть на мое лицо.

– А мне там найдется место? Согласен даже на откидной стульчик.

– Ты будешь сидеть справа от командира, – странным голосом ответила Лисица.

– Справа от командира? – переспросил я, понимая, что не понимаю чего-то очень существенного. – А разве там есть место?

– Да, там сиденье второго пилота.

Наконец до меня дошло, что Лисица опять толкает меня на что-то страшное.

– Ты с ума сошла? – крикнул я и невольно отступил от нее. – Ты за кого меня принимаешь? Ты забыла, кто я на самом деле?

– Сейчас ты Рюмин, второй пилот, – ответила Лисица спокойно.

– Да, но я умею водить «Жигули», а не самолет!

– Самолет поведет командир.

– А я что буду делать? Сидеть с умным лицом?.. Неужели в резерве не нашлось нормального летчика?

– Все? – спросила Лисица, глядя на меня с презрением. – Сдался?

– Я не сдался, милая, – с жаром заговорил я. – Но ты требуешь от меня невозможного! Может, мне еще космонавтом прикинуться? И высадиться на Луну, как Армстронг?

– Любой мальчишка мечтал бы оказаться в кабине экипажа. А ты струсил.

– Да твой командир просто вышвырнет меня из самолета!

– Он никогда не видел Рюмина.

– Но он все равно догадается, что я не пилот!

– А ты сделай вид, что пилот! – настаивала Лисица.

– Но для чего? – не понимал я. – Зачем так рисковать?

– А кого я посажу на место второго пилота? Рюмин убит. Окуркин в милиции. Третья замена – это уже чрезвычайное происшествие! Ты не представляешь, какой начнется скандал. И все тайное очень быстро станет явным.

Я развел руками и замолчал, всем своим видом демонстрируя недовольство. Вместо приятного полета со стаканом пива или «крепляка» я должен разыгрывать перед командиром сквернейший спектакль! Всякой игре есть предел!