Бархатный капкан - Владимир Колычев

— Вот видишь, а ты боялся, — с презрительной усмешкой сказала она. — Никто в меня не стрелял.

— Еще не вечер! — буркнул Серж.

— Ты еще заплачь!.. Валдай, давай в «Шишкин лес»! — неожиданно для себя распорядилась она.

— Зачем в «Шишкин лес»? — недоуменно глянул на нее Серж.

— А чтобы ты спросил!

Яне нужно было снять стресс, и она знала один безалкогольный способ, как это сделать.

Серж остался в машине, а она с охраной прошла на территорию, нагрянула в административное здание, ворвалась в кабинет директора.

— Ну и кто здесь кляузу на Яну Газарову подал? — глядя на дородную бабу со старомодной высокой прической, спросила она.

— Нет, не кляузу… — пробормотала директорша.

— А Стаса зачем замочила?

— Какого Стаса?! — Женщина обморочно закатила глаза.

Яна понимала, что эта дура не решилась бы на столь жестокий и опасный ход, но ей нужна была более серьезная причина для наезда, чем жалоба в суд. Если вдруг дело дойдет до прокуратуры, ее обязательно поймут. Погиб, можно сказать, близкий человек, это ввело ее в состояние аффекта. Да и не дойдет дело до прокуратуры…

— А такого! — Она схватила со стола хрустальную вазу с цветами, бросила ее на пол.

И монитор компьютера с удовольствием швырнула в стену. Начатый разгром завершили ее телохранители. Пусть знает старая сука, каково катить бочку на саму Яну Газарову!

Ей действительно полегчало, а дома вдруг захотелось напиться. Но Яна взяла себя в руки. Она усилила охрану, а когда закончила с этим делом, подъехал Бобрик со своими бойцами.

Недолго думая, она замкнула этих ребят на Гяура, а через него — на себя. И велела составить подробный список бойцов с комментариями: кто и чем занимается. И главное, она велела бросить все силы на поиски киллера. Только тогда она села за стол.

— Не найдут же гада! — в сердцах бросила она.

Стас так и не смог найти и наказать убийцу отца. Возможно, за это он и поплатился. И Яна станет следующей, если не сможет остановить серию убийств.

— Не найдут! — кивнул Серж.

Яна глянула на него с возмущенным удивлением. Пока она занималась людьми, он успел набраться. Глаза осоловелые, язык заплетается. Неужели от страха его так торкнуло? Странно, раньше он так не боялся.

— Найдут. Если я взялась за дело, то найдут.

— Ты уверена?

Яна зло глянула на Сержа. В том-то и дело, что уверенности не было. У нее и у самой кошки на душе скребут. Кто-то коварный и опасный потихоньку подбирается к ней. Может, ей и жить осталось всего ничего. Не верила она, что сможет найти убийцу, именно поэтому и разозлилась на Сержа.

— Завязывать тебе с криминалом надо. Ничем хорошим это не закончится. Тебе же ясно дали понять, все, хватит!

— Кто дал понять?

— Не знаю, но дали! Все, приехали, конечная остановка, расходимся по домам! — Серж поднял руки, как будто сдавался в плен.

— По каким домам?

— А это не твой дом?.. Живешь здесь нормально, живи. Бизнес в собственности, так в чем проблема? Занимайся бизнесом, решай проблемы. Цивилизованно решай. Не так, как ты это сегодня. А если эта дура в милицию заявит?

— А с чьих рук милиция кормится? — усмехнулась Яна.

Она сама налила себе, выпила, не приглашая Сержа. Он и без того уже вмазался, пока его догонишь. А она не прочь была его догнать, душа этого просила.

— С чьих?.. Роберт ментов прикармливал, а ты всего лишь его дочь. Когда Дика арестовали, много тебе менты помогли? А с Диком что стало? Менты — это палка о двух концах.

— Что-то ты разговорился!

— А душа болит! — Одну руку Серж приложил к груди, а другой наполнил бокал. — За тебя болит!

— А может, за себя? — хмыкнула она.

— И за себя тоже. Ты вот в «Лесу» шороху навела, а если шишки на тебя посыплются, что делать будешь?

— Обратно эти шишки в дупло засуну.

— А по закону это можно? За изнасилование сажают, если ты не знаешь. Возьмут «быков», которых ты наняла, они тебя сдадут, вместе с ними сядешь. Хорошо, если Костицына тебя испугалась, а если нет? Если она уже заявление накатала? Ты же не знаешь, какая она? Может, она до конца стоять готова!

— Не нагоняй тоску!

— Да хрен с ней, с этой дурой!.. Ты подумай, кто братву отстреливает?.. Может, и ты на очереди!

— Я же сказала! — прикрикнула Яна.

— Что, страшно? — Серж взял ее за руку. — Слезай с трамвая, пока не поздно, не жди конечной остановки, вдруг там погост.

— Тебя не поймешь, то дом этот на конечной остановке, то погост. Ты уж определись!

— Вот только не надо! — Серж пьяно погрозил ей пальцем.

— Эка тебя развезло!

— Что у трезвого на уме, то у пьяного, сама понимаешь…

— Что-то ты ничего не боялся, когда Дика взяли. И когда повесился он, не боялся.

— Не повесился он! Повесили его!

— Кто тебе такое сказал? — встрепенулась Яна.

— Знаю!

— Откуда?

— Ниоткуда… — Серж спохватился и прикусил язык, но было уже поздно.

— Ну, хорошо…

Яна вышла из комнаты и вернулась с помповым дробовиком в руках.

— Колись!

— Да это я так, ляпнул, не подумав… — Серж смотрел на нее трезвыми глазами.

Яна передернула затвор и прижала ствол к его промежности.

— Клянусь, выстрелю!

— Э-э, а как я… мы потом!.. — Он взмахнул ладонями на неподвижных, поднятых кверху руках, как будто взлететь собирался. — Ну того!..

— Никак! И не надо мне!.. И не надо было!.. Считаю до трех и смываю свой позор кровью! Твоей кровью! Два! — заорала Яна.

Дик изменял ей, и она имела полное право переспать с Сержем. Но произошло это недели через три после его смерти. Траур она не выдержала, но Дик этого не заслужил. И Серж соблазнял ее очень грамотно. Не устояла она, а сейчас об этом вдруг пожалела.

— Не надо! Я скажу!

— Откуда ты про Дика узнал?

— Я так понял!

— Ну, смотри, сам напросился… Три!..

— Нет!

Серж был в светлых брюках, и хорошо было видно, как по ним расползается мокрое пятно.

— Тьфу на тебя! — презрительно скривилась Яна.

— Это Стас! Он мне сказал!.. То есть про Дика он мне не говорил, но я не дурак, понял… — с жалким видом пролепетал Серж.

— А что он тебе говорил?

— Ну, он подъехал ко мне, вызвал на разговор. Работу предложил, надо, говорит, Дику помочь. И за тобой заодно присмотреть. Я к тебе потом пошел…