Алкоголик. Эхо дуэли - Андрей Воронин

— Хорошо!

— Что хорошо?

— Расскажу…

— Тогда не томи, рассказывай как да что.

— Не знаю я ничего! – вдруг завопил бармен, и Абзац отпрянул от него. – Ничего я не знаю! Ничего!

— Как это не знаешь? – спросил Абзац. – Прекрасно знаешь. Почему пистолет оказался у тебя? Расскажи, почему Одиссею перерезали горло, а Васю зарезали отравленным кинжалом? Расскажи, сразу легче станет! Излей душу, ведь я специалист по альтернативному решению конфликтов. Поверь, я неплохой психолог. Излей душу. Обещаю, тебе полегчает.

Абзац почувствовал, как рубашка прилипает к лопаткам. Хотелось, чтобы все поскорее закончилось. В конце концов пистолет был у него, а все эти местные разборки мало его интересовали.

И что с того, что глаза бармена с расширенными зрачками блестели безумной тревогой?

Он, Олег Шкабров, почти выполнил задание, теперь осталось вернуться в Москву. Это не его война! Пусть сами разбираются, разрешают свои конфликты, а ему своих предостаточно.

— Так зачем Антикварщику пистолет системы Кухенройтера? – спросил Абзац.

— Тихо ты, – прошипел бармен. – Не называй его по имени.

— А разве Антикварщик – это имя?

— Не надо, – залепетал бармен. – У него нет души.

Его снова затошнило.

— Ладно, обещаю, больше никаких имен и погонял.

— Очень умный, да? – бармен с трудом поднял голову. – Слова не скажу, хоть зарежь!

— Да ты ничего не знаешь, чтобы сказать, шестерка, – рассмеялся Абзац. – Ничего тебе делать не буду, таких не убивают. Будешь живым посланием, передашь своим, чтобы забыли про пистолет. Он у меня и все.

— Каким своим?

— Это уж тебе лучше знать! А мне некогда вникать в ваши проблемы.

Краем глаза Абзац видел, как к развалинам молочно-товарной фермы подбирались дикие собаки. На этот раз они не лаяли – двигались молча. Лохматые кавказские овчарки, такие худые, что больно смотреть. Худые и голодные. Все мы становимся дикими, когда голодные. Только они не совсем дикие, а полудикие.

— Да, – вздохнул Абзац, отламывая кусок хлеба, – резать я тебя не буду… сейчас я пойду, а ты тут останешься. У меня здесь есть друзья, они составят тебе компанию. Не хочу, чтобы ты прилип ко мне как муха…

— Здравствуйте, уважаемые! – обратился Абзац к собакам и кинул кусок хлеба. Хлеб не долетел до земли. Самый крупный кобель, видимо вожак, схватил хлеб на лету. Смеясь, Абзац продолжал скармливать буханку псам.

— Что ты хочешь сделать? – завизжал бармен.

— Я? – Абзац не оборачивался. – Сейчас хочу вернуться в город, потом… Потом не твое дело. Ты оставайся здесь, тебя постерегут собачки. Охранять! – приказал он вожаку стаи.

— Не оставляй меня с ними, – взмолился бармен.

— Не оставлять? Может, хочешь, чтобы я прострелил тебе ногу. Могу и не только ногу… Знаешь, у нас в Москве так делают.

Бармен заскулил.

— Не хочешь? Тогда оставайся с собачками. Это братья наши меньшие. Четвероногие друзья.

Абзац развернулся и пошел.

Вырулив на пыльную дорогу, Абзац почувствовал себя свободным; позади остался бармен, окруженный стаей полудиких собак. «Пусть договариваются», – подумал он и стал насвистывать мелодию своей любимой песни «Вообрази». И вдруг под курткой ожил треснутый мобильник с ублюдочной розой на экране. А он уже успел забыть про это благо цивилизации. Как это все достало!

— Слушаю, – рявкнул он трубку.

— Это Паша, – послышалось в ответ, – я уже приехал. Ты где?

— Все нормально.

— В смысле?

— Объект на месте!

— Да? – изумился Паша. – Отлично. Когда и где удобнее встретиться?

— Перезвони мне через час, – ответил Абзац. Он хотел вернуть машину и попрощаться с Николаем.

— Что-то не так? – в голосе Паши чувствовалось недоверие.

— Все так, просто перезвони.

Абзац нажал кнопку отбоя. Скоро все кончится, скоро…