Исполненный долг - Александр Тамоников

— Так точно, товарищ полковник!

— Иди. И смотри, никому о наших делах ни слова! Иначе всем хана!

Прапорщик укоризненно посмотрел на командира:

— Могли бы и не предупреждать. Не маленький!

Захаров, развернувшись, направился в расположение отделения обеспечения, в штате которого числился водителем.

Вертолет шел ниже облачности, почти над самыми вершинами многочисленных перевалов. Андрей знал, что минут через пять начнется плоскогорье, а на нем довольно крупный лесной массив. Действовать следовало до подлета к «зеленке». Он повернулся к иллюминатору: внизу близкие горы, чуть выше — рваные белоснежные облака. Он сидел на скамейке рядом с лейтенантом Николаевым. Напротив — Лопырев со Столяром. Ближе к кабине — особист и следователь. Автоматы генеральских посланцев лежали у них на коленях и стояли на предохранителях. Это хорошо. «ВАЛ» же Николаева приведен к бою. Как и договаривались. Что ж! Пора начинать! Андрей поднял с пола термос, отвинтил крышку. За его действиями безразлично и спокойно наблюдали конвоиры. Налив в крышку кофе, Москвитин вдруг резко отбросил ее в сторону, одновременно выхватив пистолет из левого кармана своей куртки, а также бесшумный автомат из рук Николаева, поднялся и выстрелил из «ПМ» в Столяра. Пуля вошла старлею в шею. Все в салоне замерли. Москвитин встал посередине салона, направив пистолет в сторону офицеров штаба, автомат на Лопырева, приказав:

— Всем сидеть смирно! Лопырь, брось мне под ноги стволы свой и Столяра, особист и следователь тем же макаром — свои пистолеты. Быстро, иначе расстреляю всех, к чертовой матери!

Андрей понимал, что надо провести основную акцию до того, как из пилотской кабины на выстрел появится один из летчиков. Стрелять в него он не мог, да это было бы и небезопасно. Следовало поторопиться. Отбросив ногой автоматы и пистолеты к дверке, Москвитин приставил глушитель «ВАЛа» ко лбу Николаева.

— Где гранаты?

Вячеслав спокойно ответил:

— Да где и должны быть.

— Достань одну.

Но лейтенант проговорил:

— Тебе, майор, надо, ты и доставай.

И глазами Николаев указал Андрею на нижние накладные карманы полевой куртки. Лейтенант, как и Захаров, был посвящен в план побега Москвитина и всего лишь играл отведенную ему роль. Не опуская автомат, прекрасно зная, что офицер не окажет никакого сопротивления, майор без проблем извлек из куртки Николаева наступательную гранату «РПГ-5». И вовремя. Дверка кабины пилотов открылась, и в ней появился один из летчиков с табельным пистолетом в руке. Андрей зубами выдернул кольцо. Теперь гранату от взрыва удерживала лишь предохранительная чека, зажатая в руке майора. Отпусти Москвитин ее — и через секунды взрыв! Пилот мгновенно оценил ситуацию, бросив пистолет на пол. Особист и этот «ПМ» отбросил ногой к майору. Летчик спросил:

— Что ты хочешь, майор?

Андрей улыбнулся:

— Самую малость. Чтобы ты передал командиру приказ на посадку вертолета!

— После чего ты подорвешь нас?

— Не говори глупости. Мне ваши жизни не нужны. Кто заслужил смерть, тот ее уже получил.

— Но мы не сможем сесть в горах.

— Cовсем скоро, судя по времени полета, внизу должно обозначиться плоскогорье и лес. Вот рядом с «зеленкой» экипаж должен опуститься до такой высоты, чтобы я мог покинуть ваш гостеприимный борт. Тебе все ясно, капитан?

— Ясно.

Капитан-летчик вернулся в кабину. Москвитин между тем собрал оружие, сложил его в сумку, заставив конвойных передать ему и запасные магазины, что было немедленно выполнено. В конце возникла небольшая проблема. Одной рукой Андрей никак не мог застегнуть сумку, вторая же по-прежнему сжимала гранату. Москвитин приказал помочь Николаеву. Лейтенант выполнил требование майора. Вертолет начал снижение. Москвитин перевел глушитель «ВАЛа» на бледного, испуганного Лопырева, приказав:

— Лопырь, к двери борта. Открой ее.

Человек Оболенского метнулся к десантному люку. Открыл его. Салон тут же наполнился грохотом двигателя и заметавшимся по салону ветром. Андрей выкрикнул Лопыреву:

— Сколько до земли?

Тот, посмотрев с опаской вниз, так же громко ответил:

— Метров пятьдесят.

— Лес рядом?

— Да. Поле и лес.

— Хорошо.

Старший лейтенант хотел было отойти от двери, но Москвитин остановил его:

— Куда? Оставаться на месте!

Лопырев глазами жертвенного барана посмотрел на майора. Видимо, поняв, что с посадкой его участие в побеге проклятого профессионала Москита не закончится. Правильно понимал.

Как только вертолет завис над неровной площадкой, не позволяющей винтокрылой машине приземлиться, со своего места поднялся Гурко:

— Вы совершаете большую ошибку, Москвитин!

Андрей взглянул на особиста, ответил:

— Я ее совершил давно, согласившись служить под началом подонка. Я покидаю борт, не советую пытаться уничтожить меня на земле. Улетайте или разнесу «вертушку»! Большой привет генералу Оболенскому!

Майор повернулся к Лопыреву:

— Пошел вниз, Лопырь!

— Но…

Договорить старший лейтенант не успел. Отбросив «ВАЛ» за спину, Москвитин схватил за шиворот Лопырева и буквально выбросил из вертолета. Следом сбросил сумку. Подмигнув особисту и следователю, спрыгнул сам. Вертолет тут же начал подъем, а Андрей приказал телохранителю генерала:

— Схватил сумку и в лес! Бегом марш!

Когда Андрей и Лопырев ворвались в кусты, Москвитин остановил старлея:

— Стоять! Теперь налево и бегом вдоль «зеленки» к перевалу!

Рокот двигателя вертолета затих в окрестных горах.

Лопырев проговорил:

— Сейчас с «вертушки» свяжутся с ближайшей войсковой частью, и сюда выбросят десант, который оцепит район. На что вы надеетесь, майор?

Москвитин, высматривая яму, куда можно было бы бросить гранату, ответил:

— На твои ноги! И чем быстрее ты будешь передвигаться, тем больше шансов у тебя остаться в живых, при определенных условиях, естественно. Бегом марш!

Он увидел трещину. Метнул в нее «эргэдэшку»! Раздался взрыв, не принесший никому вреда.

Старшему лейтенанту пришлось подчиниться. Не отягощенный никаким грузом, кроме автомата, и прекрасно физически подготовленный, майор все время подгонял его. Так что перевала достигли быстро. Как раз за несколько минут до того, как над плоскогорьем появились три вертолета «Ми-8». Один из них поднялся на приличную высоту. Оттуда велась разведка всего района. Две другие машины барражировали над открытой местностью.

Москвитин, зажав Лопырева в расщелину скалы, следил за движениями пилотов. Два вертолета опустились к самым камням, из них, как ранее сам майор, начали спрыгивать солдаты. Всего высадилось около сорока человек. Негусто для того, чтобы попытаться накрыть район возможного пребывания беглого преступника с заложником. Ведь наверняка так на данный момент трактовалась ситуация с Андреем в штабе ОГВ. Третья «вертушка» начала снижение и вскоре выбросила из своего чрева еще человек двадцать пять. Стало ясно: к поискам и нейтрализации Москвитина федеральное командование привлекло роту. Маловато будет. Но, скорей всего, в штабе, особенно в отделе контрразведки, понимали, что майору спецназа даже с заложником, также являвшимся офицером спецслужбы, а следовательно, имеющим приличную физическую форму, в любом случае удастся уйти с плоскогорья. И направление отхода просчитать невозможно. Привлекательней выглядел лес, но пойдет ли туда спецназовец? Поэтому и выслали роту. Ведь как-то среагировать в штабе на побег Москвитина соответствующие чины должны были? Вот и среагировали, отправив роту на зачистку местности, чтобы было о чем доложить своему начальству. Да и ротный, если не дурак, особого рвения проявлять не будет. Ему растягивать подразделение в назначенном квадрате не в кайф. Глядишь, вместо беглого майора и на банду моджахедов нарвешься. Попробуй тогда отбиться, когда рота будет разбросана мелкими группами по обширному плоскогорью. А уж пилотам вертолетов вообще нет смысла кружить на малой высоте. Слишком велика вероятность получить под винт ракету ПЗРК типа «Игла». В этом глухом районе все возможно. Майор оказался прав. «Вертушки», высадив десант, поднялись за облака, рота, повзводно разошлась метров на сто от места высадки и остановилась. Командир подразделения предпочел осмотреть местность через бинокль. И никуда он не торопился! Опытный офицер! Война научила беречь себя и людей при выполнении распоряжений вышестоящего командования. Поиски, если таковыми можно назвать статичное пребывание на плоскогорье мотострелковой роты, командир которой больше думал о том, как бы не напороться здесь на боевиков, продолжались чуть более двух часов. Затем вертолеты, вынырнув из-за облаков, подобрали подразделение и скрылись за макушками деревьев лесного массива.