Бомба для президента - Олег Владимирович Кондратьев

Чуть слышно пробурчал Вадик:

– Ага, как напарников раздавать, так мне сразу эту… неистовую.

Но кое-кто все прекрасно услышал:

– Господин! Когда и чем так обидели тебя скромные и послушные девушки Востока? Поделись со мной! Твоя покорная рабыня знает, как им отомстить, – сладкоголосо пропела Гюльчатай.

– О-о-о! Ты-то уж точно знаешь и как отомстить, и как достать любого настоящего мужчину до печенок!

– Тогда, господин, тебе вряд ли стоит тревожиться: как ты сам правильно изволил заметить, я достаю только настоящих мужчин.

– Тьфу ты!

– Ну-ка, выметайтесь все! Мне тоже надо отдохнуть. – Гера сам приглашающе распахнул дверь номера. – Серж, ты у меня оставайся, не тащиться же тебе из-за пары часов в свою гостиницу. Можешь занимать эту роскошную кровать, я на диване помедитирую.

Когда они остались в номере одни, Талеев спросил:

– Какой-то вид у тебя… Задумчивый и отрешенный.

– Да вот, все пытаюсь вспомнить… Мелькнула какая-то мысль, но так мимолетно, что ее содержание никак не отпечаталось в мозгу. Осталась лишь уверенность, что мысль – важная. И мелькнула она еще вчера. Вот и пытаюсь восстановить ход событий.

– Да ты только вчера у нас и появился, потом ресторан…

– Нет-нет, в ресторане я уже вспоминал ее.

– Ну, тогда не знаю.

– Ладно, сейчас подремлю, голова прояснится. Разберемся!

Они отправились отдыхать.

Глава 8

Контуженный взрывотехник оказался прав во всех своих предположениях. Это подтвердил предварительный отчет криминалистов, работавших в пострадавшей квартире. Его принесли Талееву в гостиницу около девяти часов утра и сообщили, что после лабораторных анализов и кое-каких тестов на специальном оборудовании можно будет точно идентифицировать марку и состав взрывчатого вещества, оригинальную схему минирования и некоторые другие подробности. Дня через два. Ну, от силы через четыре. Обнаруженные пальчики прогонят по картотеке, но, как обычно, вряд ли это что-то даст, кроме личности Азера. «В чем мы и так ни секунды не сомневаемся», – подумал журналист и поблагодарил за срочную работу.

Он торопился, потому что Редину надо было отправляться по своим военно-служебным делам и присутствовать на итоговом совещании у командира Беломорской базы. А посетить отряд малых и средних обслуживающих судов Гера хотел непременно в компании опытного военно-морского офицера.

Уже с первых минут посещения опытный офицер Редин категорично заявил, что подобного бардака не встречал за всю свою долгую и тернистую военно-морскую карьеру! Во-первых, этот «убогий флот маломерных корыт» в очередной раз подвергли «организационному структурированию» (!). Теперь часть его принадлежала заводу СМП, часть – «Звездочке», а еще чем-то (?) командовала Беломорская база. Если и раньше-то с трудом можно было разобраться в существующей иерархии, то теперь это было вообще проблематично. Во-вторых, какая-либо рабочая документация на выходы судов отсутствовала напрочь. Зато им на пальцах объяснили, как все происходит: загрязнилась акватория – выходит мусоросборник, не загрязнилась – все равно выходит, потому что положено. Нужна перешвартовка – выходят буксиры, или просто чего перевезти с берега на берег… Кто отдает распоряжение? Так, по телефону… Какие-то ходовые журналы велись только на двух океанских буксирах. А больше никому и не нужно… Специальная охрана всей «мелочи», пришвартованной часто где придется, отсутствовала.

Даже Талееву стало понятно, что ничего существенного они здесь не выловят. Гера, правда, поинтересовался о приеме на работу каких-либо специалистов за последнее время. К радости или огорчению, но таковых не оказалось вовсе. Дальнейшее было пустой тратой времени. Журналист решил хотя бы максимально обезопасить этот участок доступными ему способами.

Он позвонил в дирекцию завода и предложил на двое суток вообще прикрыть это «рыбье гнездо». И получил категоричный отказ, потому что буксиры понадобятся как раз в момент торжеств. И пожарный катер тоже. По технике безопасности. Тогда Талеев позвонил в УФСБ и хоть здесь добился заверений в том, что с утра в отряде вспомогательных судов будет работать спецгруппа, строго контролируя все передвижения людей и техники. И на том спасибо!

Еще он сделал звонок Анатолию, который инструктировал «Звездочку», и обратил его внимание на этот нюанс. Новостей у Толи не было.

Пора было разбегаться по итоговым «посиделкам»: Редину – в штаб базы, Талееву – к директору СМП.

Ожидаемое разочарование постигло и Вадима с Галей. В отделе кадров завода им сообщили, что интересующий их работник не появляется на производстве уже третий день. Безо всяких заявлений и предупреждений хотя бы по телефону.

Ну да, такое иногда случается. Его могли бы и задним числом оформить в отпуск за свой счет, но только не теперь! Был бы еще работник ценный, а что узнаешь за полтора месяца о человеке? Ни в кадрах, ни в бухгалтерии его никто не смог даже вспомнить в лицо.

Вы поинтересуйтесь на месте, где он работал. Это склад № 6 расходных материалов. Кстати, туда после выходных придет новый работник, а на этого уже лежит на подписи приказ об увольнении за прогулы. Так что…

А что могли сказать на складе № 6?

Да, работал.

Нет, не пил.

Нет, не воровал.

Спокойный, в меру исполнительный. Дружескими или какими другими связями обзавестись не успел.

Где жил? А кто его знает.

Семейный? Не интересовались.

И вам не хворать!

Счастливо!

Технические вопросы готовности новой лодки к посещению Президентом были, естественно, самыми главными на директорском «сборище», но очень мало волновали Талеева. Первый час журналист на последнем ряду перешептывался с начальником охраны завода и представителем ФСБ, второй – по памяти рисовал на листе бумаги план-карту территории завода с указанием проходных и маршрутами регулярных обходов стрелками военизированной охраны. В начале третьего часа он наконец услышал первую – и последнюю – полезную информацию: с 18 часов сегодняшнего дня проход на СМП по обычным пропускам прекращается. На время городских торжеств и спуска лодки, то есть на полтора суток, вводятся специальные разовые пропуска. Их получат лишь судостроители, непосредственно участвующие в обслуживании субмарины. Все другие работы на заводе в это время производиться не будут. Полные списки лиц, которым будут выданы эти пропуска, сейчас готовятся в отделе кадров. Кроме того, военизированной охране поручено еще раз в течение вечера и ночи проверить изнутри и снаружи все подведомственные объекты, запереть их на замки и опечатать.

Талеев поднял руку, вежливо кашлянул и тихо покинул зал заседаний под неодобрительными взглядами руководства. В коридоре он позвонил Алексеевой и отправил ее за списками в отдел кадров. Причем приказал, чтобы против каждой фамилии она сама указала должность и конкретное место работы. Ну, или вообще,